Лев Пучков - Поле битвы — Москва

Мы не по первому варианту — в дом ломимся, в случае неудачи сохраним позицию... А если он, а мы не сообщим?! Кроме того — наблюдатель. Зачем сидел, кому смотрел?

— Логично, — одобрил Вася. — Наблюдателя взяли, значит возвращаться не будут. Транспорт не разворачивали, будут двигаться дальше по улице, через восточную окраину. Да, оптимально — перехват за селом, второй вариант. Ну что, шуметь?

— Давай.

— Третий — Пятому, — Вася все-таки опять нырнул под плащ-палатку. Привычка — вторая натура.

— На приеме Третий.

— Ну все — поскакали.

— Ты уверен?!

— Второй вариант.

— Значит, не уверен?

— Садитесь за восточной окраиной. Как договорились. Принимайте белую «Ниву», пятидверную. Мы возьмем запад. Как понял?

— Понял. Пошли на третью.

— Понял. До связи.

Вася сунул рацию в кармашек «разгрузки» и принялся деловито проверять экипировку.

— Доволен? — я продолжал следить за усадьбой, готовиться буду, когда Вася закончит.

— Угу, — ноздри разведчика возбужденно трепетали — наконец-то пришло время действий!

— Хочешь, настроение маленько приспущу?

— Зачем?!

— Да так, для профилактики.

— Потому что вредный?

— Нет, потому что «головастик». И потому что ваш с Петрушиным любимый принцип «стрелять, потом смотреть — кто» не всегда хорош. Как, например, в данном случае.

— Ну вот, началось, — Вася недовольно шмыгнул носом. — Что там у тебя?

— У меня там две равновероятные версии. И обе имеют право на существование.

— Ну давай, валяй.

— Я полагаю, не надо доказывать, что не только мы одни в курсе, что тут проживает родня Мовсара...

— Короче!

— Короче... А вдруг это местная «безопасность» из Грозного, или просто менты из того же соседнего села?

— Не понял... А чего им тут?

— А чего нам тут? Да просто так прикатили. Вдруг наобум наткнутся на Мовсара, который захочет навестить семью? На худой конец — «профилактическую» беседу провести, в надежде, что родственники что-то знают о его планах и ненароком «сольют» информацию.

— А наблюдатель? — молниеносно отреагировал Вася.

— А чье село, забыл? Мало ли что? Вдруг Мовсар точно здесь, да не один, а под прикрытием своих «покровителей». Вломишься сразу, без разведки — попадешь в историю. Так что, думаю, наблюдатель в любом случае по делу — кто бы это ни был.

— Так... — Вася сурово вздохнул и наморщил лоб. — Так... ну, наши их, сто пудов, с ходу валить не будут. Их много, наскочат хором, двадцать стволов наставят...

— А мы?

— А что — мы?

— Хм... А ты сказал, что мы возьмем запад.

— Ну, сказал...

— Вдвоем?!

— Да мало ли что я сказал! Они же в любом случае поедут вниз — транспорт стоит носом на восток, наблюдателя с западной сняли...

— А что мешает им развернуться и ехать обратно?

— Но зачем?

— А в этой ситуации все пятьдесят на пятьдесят. Или Мовсар есть, или нет. Или Петрушин с резервом просто так прогуляется, или по делу. Согласен?

— Ну, допустим...

— Вот. В селе два выезда. Или вниз, или обратно. А если это менты или безопасность, им лучше всего не ехать дальше, а возвращаться — ближе так. Согласен?

— Согласен. А тачку не развернули — потому что вниз быстрее разогнаться, если вдруг напорются на засаду.

— Видишь, какой ты сообразительный.

— Вижу. Вот это ты вредный, доктор...

Вася озабоченно нахмурился и на пару минут впал в прострацию. Оценка непредвиденных изменений в обстановке.

Вредный я, вредный. Проблему подкинул. Если это Мовсар в гости прикатил, могут остаться ночевать. Или, как минимум, будут ужинать. Это не менее часа. Если «безопасность» или менты, беседовать могут с полчаса и далее. А минут через двадцать окончательно стемнеет.

Если визитеры не захотят ехать к Петрушину, а развернутся, как я предсказывал... Что мы увидим? Мы увидим только фары, даже без всякого силуэта. В данном случае проще всего махнуть полторы сотни метров по директрисе — темно, не заметят, — и выпустить по фарам пару «мух». У нас тут лежат четыре штуки, на случай непредвиденных осложнений. А потом подойти, посветить фонариками и посмотреть — не было ли там Мовсара.

Но проще — не значит правильнее. Мы так делать не будем. Потому что Мовсар нам нужен живым: кое-кто желает с ним плотно побеседовать. Кроме того, после выдвижения моей версии мы не уверены... А вдруг там точно: менты или «безопасность»? То-то будет весело, если мы завалим четверых сотрудников!

Вася нащупал в кармашке рацию и вопросительно посмотрел на меня.

— Хреновая идея, — я покачал головой. — Спалим всю операцию.

— Да, это точно, — согласился разведчик, даже не требуя объяснений. — Не, это я так — рука дернулась...

Объяснения не нужны, работаем вместе давно, понимаем друг друга с полуслова. Ну, сообщим мы, Иванов запросит, нет ли в Тхан-Юрте сотрудников. С ходу ведь не ответят (если вообще ответят), будут проверять по инстанциям, запрашивать информацию. И сразу станет ясно, что в Тхан-Юрте что-то затевается. Эфир могут слушать нехорошие товарищи, так что...

— Ну и как нам теперь?

Поскольку я ничего хорошего не придумал, взял паузу — поразмышлять. А спустя минуту пришлось размышлять примерно над тем же вопросом, но уже на другую тему. И размышлять очень быстро...

В калитке «нашей» усадьбы возник серый силуэт и растворился в «Ниве». Сел, стало быть. Двигатель машины негромко заработал. Хлопцы собрались уезжать? Ну куда же вы так быстро?!

— Вот это жопа! — нервно бормотнул Вася. — Петрушину еще пилить и пилить...

Ай да стратеги! Все рассчитали, а это не предусмотрели. Теперь уже неважно, куда они поедут — вверх ли, вниз... А если там действительно Мовсар?

— Пошли, что ли? Там один, справимся! — выпалил Вася. — Пошли?

— Но остальные могут в любой момент выйти...

— А могут выйти спустя пару минут. Сразу ведь не вышли, значит, болтают еще. А нам как раз всего-то две минуты нужно.

— Ладно, пошли. Как ты это видишь?

Вася за восемь секунд растолковал мне, как он это видит. Затем он по рации сообщил Петрушину, что наши «гости» в любой момент могут улизнуть и мы собираемся этому воспрепятствовать. Петрушин тихо выругался, но комментировать ситуацию не стал. После этого мы тихонько начали выдвижение, взяв только личное оружие — «тяжелую» экипировку всю оставили.

Метров двадцать от своего бугра мы ползли по-пластунски, потом Вася скомандовал — перешли на получетвереньки. Как только достаточно спустились вниз и перестали видеть белеющее пятно «Нивы», поднялись и рванули во все лопатки к линии домов — я спереди, Вася сзади, прилипнув ко мне, наподобие этакого самоходного рюкзака. На пятки, между прочим, ни разу не наступил — нас, военных, учат не только строем, в ногу, ходить, но и бегать таким же макаром.