Анна Данилова - Девушка по вызову

– Ты действительно хочешь, чтобы мы пошли сейчас в ресторан? – переспросил Сергей, делая Эмме незаметные знаки, чтобы она собиралась. – Мы в принципе не против, правда, Эмма?

– Правда… – она проскользнула в спальню, откуда недавно вышла заспанная, с заплаканным лицом. Заперев за собой дверь и оказавшись перед большим зеркалом, она, увидев свое отражение, тотчас вспомнила слова Ядова о том, что мужчины не любят плаксивых женщин. Ей давно пора взять себя в руки. В ресторан так в ресторан, нельзя же постоянно думать о Перове и о туманном будущем. Ведь сейчас она счастлива. В соседней комнате находится человек, которого она любит. И что дурного в том, что сейчас они все вместе поедут в ресторан?

Эмма открыла дорожную сумку и принялась доставать оттуда свои вещи. Конечно, никакого вечернего платья там не было. Разве могла она предположить, заглянув перед отъездом на минутку в свою квартиру за документами, что ее пригласят в ресторан? Она тогда думала только об одном – как бы выжить и не попасться в лапы Перова. Поэтому самое большее, что она могла сделать, это прихватить мыло с пастой да смену белья. Неужели Ядов говорит правду и они смогут сейчас заехать в магазин и купить платье? Но ведь так не бывает…

Единственное, что она могла сделать, не выходя из спальни, это привести в порядок лицо, подкрасить ресницы, губы и слегка сбрызнуть волосы лаком. Эмма вышла в гостиную в своих кремовых шортах, розовой блузке и сандалиях.

Мужчины сразу уставились на ее ноги. Первым пришел в себя Сергей, он дернул за рукав остолбеневшего Ядова:

– Ты как будто впервые видишь женские ножки… Здесь, кажется, кто-то собирался в ресторан?

Ядов кинулся в свою комнату и спустя четверть часа возник в гостиной в идеально сшитом черном смокинге с довольно сносно уложенными волосами. Сергей просто померк на его фоне в своем хотя и дорогом, но довольно скромном костюме. Что уж было говорить о фактически пляжном наряде Эммы!

Сначала на такси отправились в гараж, расположенный в нескольких кварталах от дома Ядова, оттуда серебристая “Мазда” донесла их до оживленной Тверской. Покружив по центру Москвы, Ядов привез их к обещанному магазину.

– Ты, Орлов, оставайся здесь, а мы с Эммой решим вопрос с платьем как-нибудь без тебя, хорошо?

– Нет вопросов… – пожал плечами Орлов, который, как ни анализировал события сегодняшнего дня, все равно не смог понять причину возбуждения Ядова. Ну не ради Эммы же он так изгаляется?!

Маленький, но уютный магазинчик напоминал своим ароматом и красноватыми бархатистыми тонами внутренность футляра для духов. Ядов со знанием дела прохаживался между рядами одежды, то и дело останавливаясь, чтобы, выразительно сощурив глаза, посмотреть на то или другое платье. Эмма покорно шла за ним следом, бросая рассеянные взгляды по сторонам и с трудом понимая, ЧТО именно ищет этот оригинальный длинноволосый господин в смокинге.

– Вот, пожалуй, это то, что тебе нужно, – сказал Ядов, снимая с кронштейна плечики с длинным черным платьем и протягивая его Эмме. – Поди примерь… Когда оденешься, позовешь меня…

Эмма скрылась за бархатной занавеской, сняла с себя шорты с блузкой, надела платье и вдруг расхохоталась… Сквозь черную полупрозрачную ткань просвечивало ее белое белье, кроме того, элегантный покрой платья портили запыленные кожаные сандалии. На ее смех появился Ядов, который, приблизившись к занавеске, спросил, можно ли заглянуть, и, получив согласие, просунул голову в тесную кабинку:

– В принципе могло быть и хуже… Сейчас я приглашу девушку, и она посоветует, какое белье тебе больше всего подойдет для этого выреза и, соответственно, подберет обувь…

Когда Эмма вышла из магазина, Сергей сначала не узнал ее. Он ждал их возвращения, находясь в состоянии полусна. Тихая монотонная музыка Баха, льющаяся из магнитофона, убаюкивала его и вводила в глубокий сомнамбулический транс. Ночная Москва казалась ему гигантским прозрачным аквариумом, заполненным подсвеченной янтарного оттенка водой с проплывающими в нем гигантскими рыбами-автомобилями, лоснящимися, сытыми и урчащими от удовольствия. Появившаяся на крыльце магазинчика молодая леди в черном облегающем платье с большим вырезом на груди, подчеркивающим ее точеную фигурку с полной грудью и тонкой талией, была слишком хороша для этого суетного и опасного мира…

Он пришел в себя только тогда, когда девушка в черном приблизилась к их машине и тронула Сергея за рукав:

– Очнись… Ты что, не узнал меня?

Он мотнул головой, стряхивая с себя наваждение и мысленно спрашивая: “Где я и что я здесь делаю?”, и вдруг понял, что видит перед собой реальную, с порозовевшими щеками и источающую дивный аромат Эмму. Очевидно, он не узнал ее из-за сколотых в тяжелый узел на затылке волос, которые он привык видеть распущенными и струящимися по плечам. “Боже, как же она хороша!.."

– Ну что, тебе понравилось платье? Сережа, неужели ты уснул? – Эмма наклонилась и поцеловала его через открытое окно в висок. Она не могла, конечно, знать, что в тот момент, когда ее губы коснулись его лица, Сергей неожиданно представил Эмму в постели с другим мужчиной. А ее улыбку и легкий смех почему-то воспринял с болью.

– Да, шикарное платье… Ядов, старина, может, ты нам все-таки объяснишь, что происходит и почему ты ведешь себя так, словно назавтра объявлена война… Ведь ты скряга, каких мало… С какой стати ты тащишь нас в ресторан? Может, ты нашел мне еще одну клиентку? Но вообще-то мне пока хватит и той работы, которую заказала Катя… Только успеть бы сделать… Или ты провернул выгодное дельце? Да не молчи же ты, наконец!

Они мчались по широкой Тверской, обгоняя сверкающие автомобили. Ядов молча держался за руль, и казалось, будто не он ведет машину, а машина управляет его движениями.

– Сережа, ну что ты к нему пристал… Разве не видишь, что он не хочет говорить… Кстати, господин Ядов, я хочу поблагодарить вас за платье… Или вы мне дали его напрокат? – Эмма и сама удивилась своей смелости в обращении с этим довольно-таки странным типом.

– Оно твое, Эмма, носи на здоровье… И все-таки чувствовалось, что происходит что-то не то, что Ядов взвинчен до предела и едва сдерживается, чтобы что-нибудь не выкинуть. Он заметно побледнел, на лбу его выступил пот, а руки продолжали мертвой хваткой держать оплетенный рыжей дырчатой кожей руль.

– Теплые устрицы в собственном соку, паровой стейк из лосося, фазанья грудка с утиной печенкой… – говорил Ядов, прикрыв глаза и глядя поверх вытянувшегося в струнку щекастого официанта, тщательно записывающего заказ в золотистый крохотный блокнот. – А выпить.., как обычно, вот только девушке принеси кампари…