Борис Бабкин - Наемник

«Да ведь она хищница! — внезапно понял Рудольф. — А этот болван, — он покосился на стоявшего у окна Вадима, — ее надежная здоровенная игрушка. И на видео она со мной ходила, чтобы увлечь как мужика. А потом страх, что, мол. Терминатор узнает, разыгрывала. Не боится она ничего и никого. Вот стерва!» — невольно восхитился Рудин.

Посмотрев на часы, он поднялся.

— Вот что. Как я понял, вам нужно все это обсудить. У меня дельце есть минут на тридцать, я пойду. А когда вернусь...

— А если я не соглашусь, ты меня бритвой по горлу и в колодец? — насмешливо перебил его женский голос.

Чувствуя, что теряет инициативу, не находя подходящего ответа, Рудольф натянуто засмеялся. И поняв, что переигрывает, вплотную подошел к Татьяне.

— Вот что, умница! — процедил он. — Это слишком серьезно, чтобы шутить!

— Терпеть не могу шуток, — сделав шаг назад, спокойно сказала женщина. — И если все так серьезно, то вот что. Весь товар делим на троих. Ты из своей доли выплачиваешь Вадиму за семь лет лагерей и за его молчание пять процентов.

— Неисповедимы пути Господни, — пробормотал Серов и, круто развернувшись, вышел на улицу. Страшилу он заметил, проходя мимо раскрытых окон кооперативного кафе. Останавливаться и тем самым привлекать к себе внимание Ковбой, разумеется, не стал. Но и уйти, не увидев, с кем личный секретарь Петровича трапезничает, он тоже не мог. Дождавшись группы веселых молодых парней, он с ними вошел в зал. Страшила был один. Вполне вероятно, что кого-то ждал. Серов быстро вышел из кафе и направился на квартиру, где был Дмитрий.

— Интересно, какого черта он здесь делает? — спросил себя Сергей и стал думать.

Подстраховывает Нурию? Чушь собачья! Ведь еще в Москве было понятно, что они друг друга терпеть не могут. Это, во-первых. Во-вторых, Страшилу знают многие люди убиенного Лапы. Знает его и Маркиза.

А Алферова здесь как бы сама по себе. Ведь о ее работе на Любимова ведают считанные единицы. Для сопровождения этой дамы даже куплен почетный эскорт в виде Ковбоя.

«Впрочем, не обольщайся, — одернул себя Серов. — Ты еще не знаешь, для чего тебя купил Любимов». Но то, что Петрович не засветит Нурию приездом Страшилы, это точно. Так! А тогда зачем он здесь? Чтобы ухлопать меня? Исключено! Это с удовольствием сделал бы сам Любимов в Москве. Он, конечно, может уступить это удовольствие боевикам Маркизы. Вот, мол, Машка, тебе убийца твоего Егорушки и твоей матушки, а ты мне чемодан. Сделка, конечно, равноценная при условии что Маркиза знает, где чемодан. А если судить по убийству Лапы в Москве и ее матери в Магадане, то она сама сейчас бросила все силы на поиск чемодана. Потому что, где он, знает только убийца. Но неужели Страшила здесь один? А лжемайор в гостинице? И амбал со своей дамой? Они, наверное, и есть люди Страшилы. Болван! — сразу оценил свои умственные способности Сергей. — Лжемайор, которого я не знаю, посылает следить за мной весьма заметного мужика. Хотя, по идее, должен был идти с бабой сам. Я бы их не сразу вычислил. Значит, этот майор, лидер в троице. А ставить выше Страшилы кого-то — полный идиотизм. А вдруг майор не лже, а вполне настоящий? Тогда какого хрена ему от меня надо? Я перед законом чист».

— Опа! — Едва не сбив с ног дородную женщину. Ковбой нырнул в дверь булочной. На той стороне улицы по тротуару шли двое. Уже знакомый ему амбал и крепко сбитый стриженый мужчина. Именно так описал майора Дмитрий.

Купив у ярко накрашенной продавщицы какую-то булочку, Серов вышел из магазина и, не теряя из виду тех двоих,, пошел за ними следом.

— Неужели я ошибся, не связав воедино Страшилу и этих двоих? — начал разочаровываться в себе Ковбой, заметив, как стриженый и амбал вошли в кафе, в котором сидел Страшила.

— И все-таки я очень умный, — довольно улыбнулся Сергей, увидев быстро выскочившего на улицу майора. Через несколько секунд появился встревоженный верзила. Стриженый что-то быстро объяснил ему и торопливо пошел прочь от кафе.

— Посмотрим. Не съехал ли ты с постоялого двора, — двинулся следом за ним Серов.

Татьяна с сигаретой в руке задумчиво сидела у окна. Она с самого начала поняла: за большими деньгами приехал на Колыму этот Рудольф. Вадим что-то говорил о потерянном чемодане какого-то Любимова, но все это со слов Рудина. А ей хотелось знать правду. Именно для этого она и прижималась горячим телом к Рудину и даже легла с ним в постель, благо в ее номере никого не было. Как мужиком она осталась им довольна. А вот о деле не смогла узнать ничего нового, кроме того, что ему очень нужна встреча с Маркизой. Значит, Рудин знает что-то о смерти Лапы в Москве и этим хочет купить Машку. Татьяна сердито фыркнула.

Егор Лапин! Сейчас на месте Маркизы должна была быть она, Татьяна Зотова. Именно она была с Егором, когда тот начинал свое дело. Но потом появилась Гончарова. Нет, она не врала Рудину, рассказывая о своих дружеских отношениях с Машкой. Вместе работали, ходили друг к другу в гости, на секции борьбы, аэробики. У Гончаровой был свой мужик. А потом...

Татьяна вздохнула. Она видела, что Егор все больше и больше внимания уделяет Машке. И, что особенно злило ее, Машка принимала это как должное.

С Лапиным Татьяна познакомилась семь лет назад в Лоо, где работала в пансионате «Магадан» врачом-анестезиологом. Именно там отдыхал после очередной «отсидки» Егор Лапин. Этот тридцатидвухлетний с посеребренными ранней сединой висками человек был весел, красноречив, щедр и очень любвеобилен.

Татьяна, после того как Егор пообещал ей золотые горы, любовь до гроба и много-много счастья, бросив на берегу Черного моря дом, мужа и пятилетнюю дочку, уехала на Колыму. И была счастлива. Правда, совсем недолго. Уже через год Лапа оставил ее. Но его покровительство она чувствовала постоянно. Изредка он и сам навещал ее.

Потом в жизни Зотовой появился Вадим. Здоровый, сильный, послушный. Он знал: все, что имеет Татьяна, дал ей Егор. Наверное, поэтому и не обращал внимания на ее встречи с Лапой. Зотова возненавидела Марию после того, как увидела ту в объятиях Егора. Женщина злорадно улыбнулась. Она...

— Да это же тот мужик, которого они разыскивают по всему поселку! — узнала Зотова остановившегося напротив гостиницы мужчину. Татьяна быстро переоделась и выбежала из номера.

Мария насмешливо смотрела на разъяренного бородача.

— И это твои лучшие люди? — язвительно поинтересовалась она, кивая на двоих парней у стены. Их смущенные лица, на которых явно проглядывались следы побоев, оправдывали взгляд и тон женщины.

— Я их!.. — яростно начал Барон.

— Подожди, — остановил его повелительный голос женщины. Мария внимательно посмотрела на боевиков.