Альберт Байкалов - Убойный вариант

Джин зевнул:

– Наверное, сегодня все прояснится.

– Хотелось бы, – Шаман вздохнул.

Говорить они о чем-либо опасались. Не исключено, что для изучения их биографий в комнате что-то предусмотрено. Джин оглядел стены, потолок, задержав взгляд на люстре. Потом, не вставая с кресла, заглянул под диван. Поднявшись, подошел к стене, исследовал обратную сторону небольшой картины, внимательно осмотрел книжный шкаф.

Догадавшись, что беспокоит друга, Шаман присел перед журнальным столиком, стоявшим между диваном и креслом, поднял плетеную вазу для фруктов. Ничего. Осторожно подвигал лежавшими на полке предметами. Среди нескольких книжек женских романов и пары журналов стояла коробка с нитками и иголками. Осторожно взяв коробку в руки, он неожиданно медленно вернул ее обратно. Заметив это, Джин выжидающе уставился на него.

Шаман вернулся на свое место и знаками дал понять, чтобы напарник сделал то же самое. Теряясь в догадках, Джин подчинился.

– Хорошо, что нам с Васей встретился Нияз, – заговорил по-чеченски Шаман. – Что бы мы без него делали? Нас обложили, как волков. Едва унесли ноги.

– Да, надо как-то отблагодарить этого человека. – Джин осторожно нагнулся и заглянул в коробку. Между катушек с нитками, под подушечкой для иголок, среди разных пуговиц, каких-то заколок виднелся лежавший на боку цифровой диктофон.

Многозначительно посмотрев на Шамана, Джин уставился в экран телевизора. Фильм закончился. Начался выпуск новостей. С первых же слов диктора он весь превратился в слух.

Как оказалось, расследование по факту нападения на ОМОН топчется на месте. Среди бойцов есть раненые. Несколько человек в критическом состоянии.

Оба чеченца поняли, что эта «деза» запущена специально. После этого сообщили о новых похищениях детей из семей проживающих в Москве чеченцев и найденных в разных частях города и области трупах, предположительно также выходцев с Кавказа. Дающий интервью представитель прокуратуры одного из округов признал, что в данном случае речь не идет о разборках между этническими преступными группировками. Во всех эпизодах в нападениях участвовали лица славянской национальности. Отрабатывается ряд версий, в числе которых и та, что в Москве и ее окрестностях орудует преступная группа националистической направленности. На вопрос о статьях, появившихся в «желтой» прессе по поводу того, что некая банда, состоявшая в основном из бывших военнослужащих, когда-то проходивших службу на Кавказе, решила таким образом выдавить из города чеченцев, прокурорский работник ответил нервным смехом.

В дверь позвонили. Шаман убрал до минимума звук. Из соседней комнаты послышались Лизины шаги в сторону прихожей. Щелкнул замок. Кто-то пришел. Некоторое время из коридора доносились приглушенные мужской и Лизин голоса. Слов разобрать было невозможно, но по интонации и осторожности стало ясно: говорят о них.

Наконец в комнату вошел невысокий, слегка сутуловатый молодой мужчина в очках. Темные волосы были подстрижены под бобрик. Русский.

Джин не стал вставать при появлении незнакомца. Шаман лишь развернулся к нему лицом.

– Здравствуйте. – Мужчина нерешительно прошел к креслу и встал рядом. – Меня зовут Вадим. Я от Хакима.

– Послушай! – Джин все-таки поднялся. – Мы не знаем никакого Хакима. Нам вчера только сказали, что от него придет связной. Но мой брат разговаривал по поводу нашего возвращения в Москву с совершенно другим человеком. Его имя Нияз.

– Нияз – правая рука Хакима, – подтвердил Вадим. – Короче, я внизу в машине. Придется поторопиться. Сейчас большие пробки, а мне поручено привезти вас в течение получаса.

– Где он нас ждет? – спросил Шаман.

– Какая разница? – нахмурился Вадим. – Вас интересует район?

– Нет, – Джин покачал головой. – Если в ресторане, то у нас нет приличной одежды.

– В ресторане, – подтвердил Вадим. – Только в кабинете своего заведующего.

– Тогда собираемся, – Джин усмехнулся собственному ответу. Как будто у них был выбор.

Вадим ушел. Собравшись и включив телефон в режим работы радиомаяка, они направились следом.

Вскоре, пройдя через черный ход какого-то серого здания, спецназовцы оказались в освещенном лампами дневного света коридоре. Вадим, указывая направление, шел впереди.

Нос защекотал запах, присущий большим кухням. Повернув направо, остановились перед пластиковыми дверями с табличкой «Заведующий».

Обернувшись и словно убедившись, что никто из чеченцев не отстал, Вадим постучал.

В небольшом помещении с единственным окном на задний двор, где они оставили машину, за офисным столом сидел средних лет коротко стриженный чеченец. Глубоко посаженные глаза, умный взгляд, слегка отливающий синевой подбородок, разделенный пополам глубокой ямочкой. При появлении гостей он встал и вышел навстречу.

– Меня зовут Хаким. Кто из вас Умар? – Обменявшись рукопожатиями, он посмотрел сначала на Шамана, потом на Джина.

– Я, – слегка кивнул головой Шаман, решив, что Хаким принял солидней выглядевшего Джина за него.

Однако Джин заметил в глазах этого человека какую-то настороженность. Он словно силился вспомнить что-то, связанное с ним.

«Может, я на кого-то похож?» – обеспокоенно предположил Джин.

– Садитесь, – Хаким указал рукой на стулья, стоявшие вдоль стены. – Это, конечно, не очень удобное место, чтобы встречать гостей, но зато о нем мало кто знает.

Говорили на родном языке. Обстановка казалась обыденной, хозяина не «заносило», как иногда случалось в таких ситуациях. Однако Джин чувствовал усиливающееся напряжение. Он все чаще ловил на себе пристальный, изучающий взгляд Хакима.

– А где Нияз? – осторожно поинтересовался Шаман.

– Он сейчас занят. – Хаким отодвинул от себя папку с бумагами. – Поехал за товаром на оптовую базу. Работает у меня кем-то вроде снабженца.

– Машина, с которой мы сняли номера, ваша? – Шаман виновато уставился на Хакима.

– Нет, – тот покачал головой. – Моего хорошего знакомого.

– Вы извините нас, – Шаман сокрушенно вздохнул. – Разве мы могли знать, что творим?

– Не волнуйся, – успокоил его Хаким. – Мы ведь разобрались? Я наслышан о ваших подвигах. Не могу понять одного: зачем вам понадобился этот ОМОН?

– Эти шакалы натворили много бед у нас на родине. Мы давно охотимся за их командиром. Но он скользкий, как уж. Постоянно уходил.

– У этого человека нюх как у собаки, – подтвердил Джин. – В Чечне он постоянно ходил с охраной. Мы расставляли на него одну за другой ловушки, но все оказалось пустой тратой времени.

– И денег, – добавил Шаман.

– Чем же он насолил лично вам? – не унимался Хаким.

– Его люди задержали на блокпосту машину с моим братом. – Лицо Шамана сделалось злым. – Нашли оружие. На следующий день отец пришел к нему, чтобы решить вопрос мирным путем. Какой чеченец рискнет ездить даже сейчас по республике с пустыми руками? Но он стал оскорблять его. Тогда отец не выдержал и ответил как надо, а вечером к нему домой нагрянули с обыском и нашли ПЗРК «Стрела». Отец никогда не хранил дома ничего подобного. Даже соседям стало ясно, что ракету подкинули. Но все равно отца арестовали.