Сергей Самаров - Правила абордажа

– Очень хочется вооружиться? – спросил после этого Тарханов.

– Не вооружиться. Хочется чувствовать себя безопаснее. Так уж ситуация сложилась.

Русский покачал головой неодобрительно.

– Ладно. Только нужно «чистый» ствол. Завтра я тебе достану. Это стоит двести долларов.

Обычно Валомбрез работал без оружия. Все-таки любое оружие – это составляющая часть мундира. А вооруженный человек без мундира – бандит. Показать как-то нечаянно, что ты вооружен, значит – или указать на свою принадлежность к мундиру, или на свою принадлежность к бандитам. Но в данном случае соблюсти собственную безопасность – это естественно. И обязательно надо распространить слух о нападении среди журналистской братии. Чтобы побольше разговоров было.

Серж вернулся к компьютеру. Да, есть для него сообщение. Во-первых, капитан Морис в списках американского контингента в НАТО не значится. Вот все и встало на свои места. Если бы был он в списках, значит, он не имел бы никакого отношения к испытаниям. Во-вторых, капитан Иван Иващенко опознан как офицер спецназа ГРУ – данные из московской картотеки. В-третьих, старший лейтенант Сергей Яблочкин, по той же картотеке, тоже опознан как офицер спецназа. Только, по данным управления, в настоящее время последний находится в Анголе, где обострились боевые действия. Пришли дополнительные данные и на подполковника Тарханова. Был на пенсии, только недавно восстановлен на службе и повышен в звании.

Так работать, надо сказать, приятно. Валомбрез помнил еще времена, когда серьезные российские разведчики оставались подолгу неизвестными. Сейчас, в век сплошной компьютеризации, все про всех знают. Уж, казалось бы, спецназовец – это не какой-нибудь резидент. Однако через компьютерные сети можно узнать все о любом. Только хорошо платить хакерам. Или вообще не иметь сетей, что лучше всего. Кстати, есть множество агентурных номенклатур, которые проходят в сети исключительно под псевдонимами. На них даже фотография отсутствует. Но это достаточно крупные фигуры, которыми сильно дорожат. Такие, как сам герцог Валомбрез. О нем мало знают. А о резидентуре и говорить не приходится. Их данные содержатся только на бумаге. Компьютеру такое не доверяют.

Но теперь и с русскими вырисовывается довольно ясная картина, словно бы переслали Сержу через компьютерную сеть примерный план операции. Детали, естественно, уточняются на месте.

Никто не пришлет трех спецназовцев для выполнения агентурной работы. И не потому, что у них кулаки работают лучше головы. Отнюдь! Просто существует строгая специализация. Один обучен лучше делать это, другой имеет склонность к иному. Однако их сюда прислали. Что это может значить? Это может значить только одно. Готовится силовая акция. Объект интереса русских спецслужб определен четко – психотронные генераторы или люди, которые с этими генераторами работают. То есть задание у русских то же самое, что и у герцога Валомбреза. Единственная разница, что Валомбрез не имеет таких широких полномочий по применению силы, как русские. И перед ним не ставится задача по захвату. Его роль более скромная, интеллигентная – собрать все возможные сведения, найти пути подступа, чтобы дать возможность внедрить в группу испытателей своего агента. Агентом будет, естественно, не он, уже к тому времени «засвеченный».

Конечно, у французов даже слов подходящих не находится, американцы наглеют через меру. Они всегда мало считаются с союзниками. Могли бы хоть в известность об испытаниях поставить, раз так настаивали на совместном применении силы всеми странами, входящими в НАТО. Хотят под общий шумок свои дела провернуть. Не поставили. И не надо. Можно и без этого обойтись. Франция всегда живет сама по себе. У каждого своя дорога. Но если идешь с кем-то дорогой попутной, то невольно увидишь, что несет с собой твой коллега. Увидеть... Узнать... Это и есть задача полковника французской разведки герцога де Валомбреза. Возможно, его скромная работа как-то поможет и ученым из французских лабораторий, уже много лет разрабатывающим эту сложную тему.

Здесь, в Македонии, как в других «горячих точках», было так заведено, что с утра журналисты рыскают в поисках новостей, пользуясь своими собственными каналами и своим нюхом. Собираться вместе медленно начинают только после обеда. Учитывая это, около часа дня герцог решил пойти пообедать. Обычно он ходил в один и тот же ресторан, где его уже знали в лицо официанты. Здесь же, как правило, в это время собиралось около десятка журналистов. Они уже присмотрелись друг к другу, многие встречались и в других местах, в других странах, и старались обычно составить один другому компанию за столом. Большие темы «копали» каждый в одиночестве, но мелочью делились с коллегами охотно.

На улице светило весеннее солнце. Снег сошел очень быстро, всего за несколько дней. И после почти зимы резко наступило почти лето. Про весну забыли бы, если бы не отсутствие зелени. Листья на деревьях еще только пробивались к свету.

Серж взял с гостиничной стоянки машину – стоянка здесь платная и охраняемая. Еще при поселении портье предупредил, что в связи с массовым наплывом беженцев и сопутствующим беспорядком машины крадут очень часто, и потому на стоянку выставили бригаду охранников. Рекомендовал заплатить и пользоваться, во избежание больших неприятностей.

С беженцами в Македонии была, честно говоря, просто беда. Маленькая страна оказалась не в состоянии принять всех желающих. Целый вагон обещаний о помощи со стороны развитых европейских стран застрял на каком-то из бюрократических разъездов. От «спасительных» бомбардировок бежали в тысячи и в тысячи раз больше, чем раньше от сербов.

Ресторан расположился на горе – в восточной части небольшого и уютного Скопье. Пятнадцать минут неторопливой езды. Узкие улицы ныряли резко вниз и сразу за этим возносили машину к вершине ближайшей горы. Из-за этого создавалось впечатление, что катаешься на «американских горках». После очередного подъема Валомбрез подумал, что местные горки и в самом деле стали американскими. За ним почти от самой гостиницы следовал «хвост» на стареньком «Фиате». Это уже, пожалуй, что-то новое. Возможно, более неприятное, чем вчерашнее происшествие. Таких машин американцы на вооружении в своей армии не держат. И потому Серж сбросил скорость, свернул за угол и остановился, якобы для покупки газеты в киоске. «Хвост», боясь упустить его за углом, после которого следовал следующий угол и еще десятки подобных – где легко потеряться, выскочил на скорости. Водитель озирался суетливо.

Валомбрез был профессионалом, и потому ему не надо было внимательно всматриваться в машину. Он и одним глазом сфотографировал, словно неделю рассматривал – за рулем сидит человек в камуфлированной одежде, но с длинными волосами. Это не американец. Не военный. По внешности Серж принял бы его за албанского боевика. А на заднем сиденье – уже американский офицер. Даже переодеться в гражданское не пожелал. Неприкрытый идиотизм? Хотя, возможно, это простая демонстрация с целью испугать, заставить нервничать. Но какого же рожна его пугать после того, как пытались выкрасть, планировали убить. Он и так напуган до предела, штаны менять не успевает.