Сергей Самаров - Элитный спецы

– На рыбалку?

Вопрос ответа и не требует, потому что на крыше машины привязаны к багажнику удочки, они сами за себя отвечают.

– Почти… – Ширвани никогда не был заядлым рыбаком, но теперь приходится – это очень удобно и не вызывает подозрений. Даже те, кто сами не рыбачат, рыбаков обычно стараются понимать. – Просто хочется в такую погоду на бережку посидеть… С удочкой… А рыба… Это дело вторичное…

Такое скромное объяснение вполне соответствует замкнутому образу жизни, который ведет Ширвани. И никого удивить не может – просто человек по натуре своей нелюдим.

– Это точно, – кивает старший прапорщик. – Рыба в магазине вкуснее… Особенно копченая да под пивко…

Он возвращает Ширвани документы, даже не заглянув в них, и дает солдату знак рукой. Совершенно ненужный знак, потому что шлагбаум на этом посту считается нормальным в поднятом состоянии. Ни разу здесь не было случая, чтобы кто-то не остановился по требованию постовых.

Ширвани отжимает скрипучее сцепление и переключает передачу. Дорога здесь не самая хорошая, давно никто не занимался ее ремонтом, и хотя движение по закрытой трассе небольшое в сравнении с движением на трассах общедоступных, время свое берет, и в асфальте тут и там зияют небольшие выбоины, на которых машину беспрестанно потрясывает.

Скоро наступит час, когда этому КПП придется туго… Вернее, он вообще перестанет на некоторое время существовать. Его просто сомнут, как это предусматривает план, разработанный Казбеком Ачиловым. Отставной подполковник сам когда-то обустраивал это место и знает, что три человека, слабо подготовленных для ведения боя, не смогут защитить дорогу. Они не успеют даже объявить тревогу, потому что прокисли на такой службе. Это там, в Чечне, на каждом КПП постоянно готовы к нападению, и приближающуюся на большой скорости машину держит на прицеле гранатометчик. На этом посту даже гранатомета нет… Здесь об опасности даже думать не умеют. И уж тем более не подозревают, как эта опасность близка и реальна. Только Ширвани знает об этом.

Через несколько километров Ширвани сворачивает с асфальтированного шоссе на грунтовку. Как ни странно, по грунту ехать спокойнее, нет мелкой и нудной тряски, а многочисленные ямы и ухабины достаточно большие, они заставляют то и дело притормаживать и плавно преодолевать их. Дорога сначала идет слегка в гору, потом резко срывается вниз, к густым кустам, окружающим речку по берегам. Ширвани проезжает дальше, туда, куда никому особо соваться нет надобности. И останавливается за пригорком, почти на излучине речки. Место заметное, и было выбрано сразу, чтобы не плутать в поисках друг друга. Ширвани выходит из машины и громко хлопает дверцей, чтобы его услышали, хотя услышать должны были бы и шум двигателя.

И почти сразу же из кустов выходят двое – Расул и Раппани. С Ширвани здороваются подчеркнуто уважительно. Сам Ширвани не слишком любит рассказывать о себе. Он и не рассказывал, но, должно быть, нашелся разговорчивый – кто-то за глаза представил, и произошло это совсем недавно, потому что в две прошлые встречи они общались с ним на равных и даже слегка свысока, принимая за простого помощника, привлеченного к операции со стороны.

– Привезли?

– Три автомата, пять шашек тротила, взрыватели…

– А кирпичи?

– Два…

Ширвани молча открывает багажник, откуда выбрасываются в кусты два обыкновенных строительных кирпича и заменяются другими. Два кирпича Ширвани возит в багажнике постоянно. Когда он в первый раз проезжал через КПП, машину проверяли. И кирпичи видели. И даже поинтересовались их предназначением. Ширвани тогда естественно усмехнулся – «ручник» в машине слабый, плохо держит. Если машину на горке оставлять, лучше под колеса кирпичи подкладывать. А то сама, не спросясь, уехать может.

Эти кирпичи – важное звено в операции. Внешне их не отличить от обычных. Но внутри уже залитые глиной готовые заряды – тротиловая шашка и взрыватель с аккумулятором, активируемый радиосигналом. В нужный момент останется только нажать кнопку на пульте, и последует взрыв. Кирпичи укладываются бережно, аккуратно. Вставленный в гнездо взрыватель шуток и неуважительного отношения к себе не любит. Может, чего доброго, и от удара сработать.

И только потом Ширвани поднимает заднее сиденье. Там можно поместить три автомата и пять стограммовых шашек тротила. Под это сиденье в машину заглядывали дважды. Теперь уже не смотрят. Ширвани стал для охранников поста привычным человеком.

– Рыба…

– Там, на берегу… В пакете…

Расул с Раппани приехали на берег еще вчера. Их специально выбрали для этого дела, как рыбаков. Они и в две прошлые встречи тоже отрабатывали легенду Ширвани. И сейчас приготовили для него улов, потому что сам Ширвани червя на крючок не умеет толком насадить.

Просидев три часа на берегу с удочкой в руках, хотя он и не насаживал на крючок наживку, не хотел руки пачкать, Ширвани начинает собираться в обратную дорогу. Такое сидение необходимо – вдруг кто-то ненароком увидит его просто спящим. Может случайное слово сказать при пересечении КПП, и это зародит сомнение. Лучше уж так. А рыбы Расул и Раппани ему наловили. Им больше нечего было здесь делать, кроме рыбалки, потому что все предварительные подготовительные действия в этом месте были завершены еще две недели назад.

Обратный путь Ширвани преодолевает осторожнее. Тоже понимает, что за кирпичи везет в багажнике, и притормаживает на каждой выбоине. И даже не себя жалко, если произойдет случайный взрыв. Дело жалко, которому отдано столько сил.

Смена на КПП будет только через два часа. Ширвани привычно останавливается перед шлагбаумом. Солдат-постовой улыбается ему, старший прапорщик машет рукой из двери будки, а сам рыбак показывает в окно целлофановый пакет с рыбой – приличный улов для здешних мест. И лицом выражает довольство собственной удачей.

Сейчас у него даже документы не проверяют. Что их проверять, если только недавно проверяли… Солдат делает знак рукой, и Ширвани отпускает тормоз. Зная обстановку, он даже передачу не выключил, как остановился на первой скорости, так и едет, получив разрешение…

На следующее утро Ширвани выходит на работу.

Как всегда, он приходит первым, принимает смену сразу на КПП, и никто не обращает внимания на обычную небольшую спортивную сумку, что начальник смены всегда носит с собой. Эта сумка – точно такой же предмет туалета, как рубашка, и к ней давно привыкли. Более того, разговаривая в дежурной комнате с охранниками освободившейся смены, Ширвани расстегивает сумку, вытаскивает термос и пьет кофе. Что может быть в этом подозрительного? В местную столовую, как все знают, Ширвани никогда не ходит. Поговаривают, что у него какие-то нелады с желудком, и потому он не любит свинину, которую в столовую поставляют из пригородного подсобного хозяйства. А может, он вообще вегетарианец… Кому какое до него дело…