Иван Стрельцов - Заявка на подвиг

Дверь, ведущая на кухню, была тяжелая, из толстых, плотно подогнанных досок, с широкими стальными петлями и дугами явно для тяжелого амбарного замка, которого нигде поблизости не было видно. Наверное, уволокли после закрытия пансионата.

Взявшись за массивную ручку, Раид потянул дверь на себя, она с противным скрипом отворилась. Из черного чрева на чеченца дохнуло промозглой сыростью с устойчивым запахом подвальной плесени.

– Вот здесь нам придется пожить несколько дней. – Войдя внутрь, Раид уложил рюкзаки на один из разделочных столов и жестом пригласил девушку войти.

– Мне все равно, – устало произнесла Лиза, без сил опускаясь на перевернутый стеллаж. – Я так устала, что прямо здесь бы и умерла. Сил никаких нет.

«Да, с таблетками я переусердствовал», – глядя на согнутую вопросительным знаком фигурку девушки, с досадой подумал Халилов, но вслух довольно искренне произнес:

– Ты, девочка моя, отдохни, а я все устрою.

Расстегнув один из рюкзаков, он вытащил оттуда пластиковую упаковку стеариновых свечей – несколько длинных белых цилиндров, – щелкнул зажигалкой и поднес трепещущий огонек к фитилю. С треском свеча загорелась, и на темных стенах кухни запрыгали причудливые тени.

– Сейчас, сейчас все будет хорошо, – успокаивающе бормотал под нос Раид. Отстегнул от рюкзака притороченный к боковине небольшой туристический топорик и вышел, собираясь заготовить немного дров.

На топливо пошли старые двери, оконные рамы и деревянная обшивка коттеджей. Вскоре в печи весело затрещало и потянуло приятным ароматом горящей древесины. Через час в мрачном помещении стало тепло и даже уютно.

Лиза немного пришла в себя и, сняв теплую куртку, потянулась к рюкзаку за консервами.

– Отдыхай, девочка, я сам все приготовлю, – заботливо произнес чеченец и забрал у подруги консервы.

В разогретую гречневую кашу с говядиной он незаметно сыпанул пригоршню таблеток. Это были мощные поливитамины, которые входят в рацион «зеленых беретов», отправляемых в экстремальные районы земного шара. Витамины он еще в Чечне выменял у одного арабского наемника на старинный кинжал ручной работы, который нашел в заброшенном ауле.

– Поешь и ложись, отдыхай, – разбирая спальный мешок, проговорил Раид. Он хороший торговец, он знает, что товар для продажи должен иметь отличный вид.

Когда Лиза, утолив голод, забралась на разделочный стол и влезла в спальный мешок, чеченец снова взял топор и вышел во двор. До темноты еще было время, и нужно было основательно запастись дровами…

Утром он приготовил завтрак, не забыв в порцию своей «подруги» добавить витамины.

– Ты отдыхай, только присматривай за печкой. Дров должно хватить, – собираясь уходить, напомнил девушке чеченец.

– А ты куда? – вяло спросила Лиза.

– Скоро буду, – вместо ответа бросил юноша и исчез за дверью, прихватив рюкзак с резиновой надувной лодкой.

Для того чтобы получить от дяди миллион долларов и благополучно унести ноги, нужен был оригинальный ход, и половина успеха зависела от удачного места обмена. Такое место Раид Халилов знал – небольшой островок в трех километрах от пансионата, именно там он с друзьями не раз устраивал разгульные пикники.

Добраться до водоема, где находился остров, заняло меньше часа. Небольшое лесное озерцо по краям поросло сухими зарослями тростника и осоки. Водоем уже избавился от зимнего льда, и теперь на вайнаха смотрел черный зрачок мертвой воды, похожей на саму бездну.

Издалека остров, находившийся почти на середине озера, казался выглядывающей из воды макушкой великана, на котором озорным чубом ветер шевелил заросли сухого камыша.

Остановившись на берегу, Раид настороженно огляделся по сторонам, не грозит ли откуда опасность. Но вокруг стояла тишина, даже сороки не стрекотали, лишь над головой весело чирикала синица, прыгая по веткам старой расколотой временем березы.

Сбросив со спины рюкзак, юноша принялся надувать лодку. Работа спорилась, он уже представил себе все дальнейшие действия. Наконец спустив лодку на воду, Раид запрыгнул внутрь и, взяв в руки два весла, больше похожих на теннисные ракетки, погреб в сторону острова.

Темная холодная вода лесного озера была густой, словно отработанное машинное масло. Грести было трудно, руки сводило от брызг холодной воды. Но, несмотря ни на что, молодой вайнах упорно греб.

Наконец округлый резиновый нос ткнулся в береговую полосу острова. Раид выпрыгнул на влажную землю, повыше подтянул лодку и по едва заметной тропе стал подниматься на макушку острова.

Оказавшись наверху, чеченец огляделся. Суша имела размеры приличного футбольного поля, почти вся покрытая камышовыми зарослями, из которых местами выглядывали тонкие ветки сухих деревьев.

Среди камышей едва заметно виднелась узкая тропа. Вытащив из кармана куртки «макаров», вайнах взвел курок и, стараясь двигаться бесшумно, направился по тропе в глубь острова.

Через двести метров он вышел на небольшую поляну, на краю которой примостилось непонятное строение – то ли сарай, то ли дачный курень. Кто и когда его построил, было неизвестно, но сейчас строение находилось в том виде, что и два года назад.

Держа оружие наготове, чеченец заглянул в строение. Там было холодно и тихо. Пройдя внутрь, Раид толкнул ногой дальнюю стенку. Толстые доски легко поддались, образовав широкий проем, за которым оказался высокий берег с пологим спуском к песчаной отмели, заросшей осокой.

Здесь можно было легко спрятать надувную лодку, а потом незаметно уйти от дяди и его головорезов. В том, что на встречу с племянником Аслан Тугаев придет не один, Раид нисколько не сомневался.

Установив стену на место, Халилов выбрался наружу. Все оказалось именно так, как он и предполагал. Место было глухое, дикое, пока преследователи разберутся в случившемся, он и Лиза будут далеко. А после того, как они покинут Россию, дяде его и вовсе не достать.

«Теперь главное – подготовить выход из страны», – подумал молодой вайнах. Когда-то дядя, сделав его «гонцом», ввозящим из Средней Азии наркотики, обеспечил его необходимыми связями. Теперь он решил использовать их для себя…

Дорожные сумки напоминали огромные полосатые сундуки, недаром их в народе окрестили «мечта оккупанта». Хотя на самом деле их использовали не воинственные оккупанты, а самые что ни на есть миролюбивые «челноки».

Сумок было много, аж целых десять, и занимали они небольшую комнатушку обычного деревенского дома.

Аслан Тугаев внимательно оглядел выставленные перед ним «оккупантки». В эту минуту он почувствовал себя хозяином табуна чистокровных арабских скакунов. Впрочем, нет, это были скорее не скакуны, а груженые мулы, доставившие своему хозяину целое состояние.