Сергей Самаров - «Заказ» невыполним

Решив так, Джамбулат оделся и отправился в прокуратуру. Но пришлось зевать, прикрывая рот ладонью, на крыльце, потому что помощник прокурора по надзору Зияудди Индарбиев уехал куда-то по своим делам. Дежурный предложил Гарсиеву отметиться у любого инспектора по надзору, гарантировав, что данные обязательно передадут Индарбиеву. Но Джамбулат оказался:

– Мне поговорить нужно…

Хотя Зияудди Индарбиев и принимал Гарсиева намеренно холодно, Джамбулат все же предпочитал иметь дело с ним, потому что когда-то был если не в дружеских, то в приятельских отношениях со старшим братом Зияудди, Бесланом Индарбиевым, бывшим во времена Масхадова судьей шариатского суда, а потом пропавшим неизвестно куда. И хотя Зияудди, может быть, как раз из-за брата и показывал рисованную строгость по отношению к бывшему эмиру, Джамбулат надеялся, что он такой же честный человек, как и старший брат, хотя и носит погоны прокуратуры.

Индарбиев приехал минут через сорок, увидел шагнувшего к нему Джамбулата и узнал его сразу, хотя до этого они только один раз встречались неделю назад. Джамбулат не мог этого не заметить. И это сразу же слегка насторожило. Но разговор все-таки был необходим.

– Ко мне?

– Да…

– Вроде бы, в этом месяце вы уже отметились… Я вас, кажется, отправил для регистрации в горотдел. Или есть проблемы?

– Есть…

– Пойдемте…

В кабинете Индарбиев сначала убрал в сейф папку, с которой приехал, и достал с другой полки другую папку, раскрыл, глянул, словно вспоминая, что тянется за Гарсиевым. И только после этого поднял взгляд на посетителя.

– Сначала выслушаю вас. А потом скажу, что у меня для вас имеется… Я, кстати, намеревался сам вас вызывать… Может быть, мы одновременно желали встречи по одному и тому же поводу. Слушаю вас внимательно…

Тщательный план действий разрабатывали совместными усилиями. Андрей Вячеславович хотел не упустить ни одной мелочи, невнимание к которой могло бы поставить в опасное положение жизнь его дочери. И потому, по его настоянию, приходилось каждую деталь обсуждать по три, а то и по четыре раза. Оперативная группа привезла с собой подробный план городского квартала, в соответствии с которым и выставлялись посты. Причем сама Марина, знающая свои привычные маршруты, принимала в обсуждении активное участие. Самый естественный путь, которым она всегда пользовалась – мимо школы, через пустырь, когда-то представлявший собой школьную спортивную площадку, но давно уже превратившийся неизвестно во что, но не занятый пока под строительство, как большинство подобных пустырей в городе. Видимо, на картах городского архитектурного управления, как и на картах ФСБ, там официально все еще находился школьный стадион.

Но теперь пришлось убедиться, что городские планы, которыми пользуется ФСБ, давно устарели.

– Здесь вот на чертеже, сразу за бывшим футбольным полем, кустов нет. А там кусты стоят. Сирень, кажется… Или черемуха… Не помню точно… Густые, не продраться, – вносила Марина дополнения по ходу обсуждения. – Там десять человек спрячется, и в темноте их не увидишь.

– Десять человек там прятаться не будут, – решил подполковник Сумароков, – но одного человека там выставить необходимо. Если кто-то другой попробует там же спрятаться, мы кусты блокируем сразу с четырех сторон до вашего туда выхода.

– Это все второстепенно… Необходимо в первую очередь определить, где они будут осуществлять нападение, – сказал Андрей Вячеславович. – Где мы на их месте устроили бы засаду? Из этого и следует исходить, только после этого выставлять посты… Может быть, и эти кусты…

– Конечно, только кусты. Не можем же мы выставить пост на открытом месте? – сказал Сумароков. – Места для постов тоже должны соответствовать условиям возможной маскировки…

– Вот потому я и настаивал на участии в операции спецназа ГРУ, – не согласился Судоплатов. – Устроиться и замаскироваться на открытом месте может только спецназ ГРУ. Лучше, конечно, если это будет не голый асфальт… Наши парни просто залягут рядом с любой неровностью, прикроются маскировочной сеткой, и в такое время суток их заметишь только тогда, когда наступишь. При этом нам следует учесть, что у Гарсиева с Хайдарбековым богатый боевой опыт, и они основное внимание будут уделять тем местам, где возможно устроить для них засаду. Они не ожидают ее, но осторожность проявлять все-таки будут. Это у всех бывших и настоящих бандитов в крови. Я повторяю: они засады пока не ждут, – сразу ответил Андрей Вячеславович на поднятую Сумароковым руку, – но проверять все равно будут все тщательно. Следовательно, наша засада должна быть там, где они засаду не ожидают встретить…

– Флаг вам в руки, – согласился подполковник ФСБ с подполковником спецназа ГРУ, потому что тягаться в устройстве засад с военной разведкой он не собирался. – Что вы конкретно предлагаете?

– Я предлагаю исходить из обстановки. Своей группе я уже отдал приказ искать места засады, и, думаю, что-то уже найдено… Оперативной бригаде ФСБ я бы предложил блокировать все проходы и проезды по внешнему периметру. Пропускать внутрь, но не выпускать за пределы.

– Предположим, запустим внутрь… Как мы определим их, чтобы своих не перестрелять? – задал естественный вопрос Сумароков.

– А их определять не нужно. Вы внешний периметр контролируете, мы – внутренний. Два периметра не соприкасаются. Если появляется противник, он оказывается между двух линий огня. Вот в этом случае важно на линию своего же огня не попасть, потому что противник будет уже виден, и его ни с кем не спутаешь. Следовательно, стрелять необходимо будет только прицельно и только на поражение, одиночными выстрелами. Поскольку мы находимся в городе, и неизвестно, куда может попасть пуля после промаха.

– У меня в оперативной бригаде два снайпера, – сообщил подполковник Сумароков. – У того и у другого винтовки оборудованы ночными прицелами.

– Это хорошо, – согласился подполковник Судоплатов. – Дайте им конкретный приказ стрелять сразу на поражение.

– Приказ отдать не долго. Вы считаете, что стрелять следует только на поражение?

– Во избежание потерь среди собственного личного состава… Таймасхан очень опасен. Когда он прорывался через линию прикрытия, успел уложить шестерых солдат раньше, чем они подняли оружие. У нас в бригаде так стреляет только старший лейтенант Разумов. Он, кстати, участвует в операции…

– На будущее… Хорошо бы ваш старший лейтенант дал несколько уроков нашим специалистам. Потом поговорим об этом.

– Невозможно. Такие уроки не усваиваются. Они на цирк похожи… Мы пробовали у себя. И убедились, что для такой стрельбы нужен особый талант и особое устройство пальцев. Это, сдается мне, бóльшая редкость, чем, скажем, актерский или писательский дар…