Лев Пучков - Рекруты удачи

— Я весь внимание! — Я напрягся: мне опять показалось, что все идет по какому-то жуткому сценарию, спланированному кем-то зловеще-умным — не чета дурачку Турпалу.

— Я тебе даю минуту, ты подумай… Возьмешь в рот — на камеру, я отпущу солдата. Или в жопу дашь. Без разницы. Нет — застрелю его. А?

— Ты… гхм-кхм… ты совсем сдурел, Турпал?!

— А что тебе не нравится, Костя?

Я отказывался верить своим ушам! Ну, ребята, такое никакой умник придумать не в состоянии. Это просто шизоид какой-то. Нет, понятно, что Турпал олигофрен, но не настолько же!

— Турпал… Ты вообще понял, что сейчас сказал?

— Я сказал. — Турпал очень серьезно похлопал себя пистолетом по ширинке. — Мой всегда готов. И это не шутка. Выбирай: в рот, в жопу или — смерть солдату. Думай, герой Костя, время пошло…

Сумасшедший «эмир» отдернул левый рукав своей камуфляжной куртки и уставился на циферблат золотого «Ролекса».

Вот такая мерзкая альтернатива, друзья мои.

Конвоиры плюс праздный снайпер из-под валуна стоят на расстоянии кинжального огня и ловят каждое мое движение. Я уже говорил, чьи они люди, это не крестьяне с «калашами» побаловать вышли.

Вася — любитель соек, со своими пацанами черт знает где и как сидит, и неясно, сумеет ли поддержать огоньком.

Ласковый олигофрен держит под прицелом пацана и, если я откажусь оказывать ему интимное обслуживание на камеру, через минуту нажмет на спусковой крючок.

Дать себя отыметь — смерти подобно. Репортаж получится — можно сразу всей армии стреляться. Вон, из джипа опять вылез давешний гражданский в тюбетейке — уставился на нас с превеликим любопытством. Зрелищ жаждет, скот…

Ну, как вам обстановочка? Нравится?

А теперь представьте себя на моем месте и за минуту придумайте правильный выход из ситуации…

— Время вышло, Костя. — Турпал сильнее вдавил ствол в тощий мальчишеский затылок, левой рукой прикрыл лицо и чуть отстранился. Солдат, который до сего момента выказывал полнейшее безразличие к своей судьбе и смотрел в землю мертвым взором, вдруг тихо всхлипнул и… перекрестился левой рукой.

— Я согласен, — замороженно выдавил я.

— Не понял? — Палец Турпала перестал выдавливать слабину спускового крючка. — Ты что-то сказал, Костя?

— Да, я сказал.

— Мне не послышалось?

— Хорош прикидываться — ты все слышал. Оставь пацана. И давай это… ну, сделаем это по-быстрому.

— Ты не шутишь, Костя?

— Нет.

— Маладэц, бляд! — Этот скотина вдруг чрезвычайно обрадовался: бросил солдата на произвол судьбы, подскочил ко мне и, ласково потрепав по плечу, горделиво обернулся к камере:

— Снимай! Все снимай! Хоть секунду упустишь — расстрэл!!! Смотри, что я буду делать с полковником спецназа, Героем России! Смотри, снимай! Вот так гордый чеченский народ — всю Россию… Ты как, Костя?

— В смысле — «как»?

— Э-э-э — какой недогадливый! Ты как хочешь, Костя, — в рот или в жопу?

— Хочу… хочу в жопу, — окончательно определился я. — Да, в жопу лучше. Гигиеничнее. Только вот… А вдруг у тебя не встанет, амир?

— У меня не встанет?! — Турпал презрительно хмыкнул. — У меня всегда готов! Давай — вставай раком, штаны снимай.

— Все, уже встаю… — Я развернулся кормой к озабоченному «амиру», нагнулся и, нырнув рукой в штаны, нащупал спусковой рычаг на рукоятке ножа.

Пук!!! — легкомысленно бзднул НРС, выплевывая из рукояти пулю.

— Оаааа!!! — отчаянно заорал Турпал, хватаясь левой рукой за пах и опрокидываясь навзничь. — Аааа!!!

Ту-дух!!! — «ТТ» «амира», со всего размаху грохнувшийся оземь, изрыгнул клок пламени: пулеметчика, встрявшего в секторе, рвануло вбок и понесло вправо.

Тр-р-р-р!!! — длиннющая очередь из потревоженного «ПК», моментом скосив журналистов, краешком вгрызлась в «УАЗ» и зацепила праздного снайпера.

Все это произошло буквально за две секунды, я даже распрямиться не успел — так и стоял раком. В следующие две секунды я, совершенно не раздумывая, повинуясь спинному мозгу, сделал сразу две вещи: прыгнул на спину солдату, валя его наземь, и, зажав в руке нож и теряя штаны, метнулся на карачках к врагу, который был ко мне ближе всех, — Турпалу ибн как его маму, заходившемуся на траве в болевом шоке.

А на полянке и около между тем началось настоящее веселье.

Пук-пук-пук!!! — задиристо возбухали откуда-то из дальних кустов «валы» [48] Бесшумный автомат под патрон СП-5 — СП-6, дальность эффективной стрельбы — до 400 м. Васиного расчета, проштопывая поляну стежками свинцовых брызг.

Тр-р-р-р! — досадливо рокотали снизу пулеметы БТР, на ощупь выискивая среди валунов на круче невидимых снайперов и глубоко сожалея, что нельзя взять прицел повыше и наобум разровнять лужайку к известной матери.

В общем, там и без меня справятся — сейчас есть дело поважнее.

— Держи, амир! — Добравшись до Турпала, я коленом прижал к земле его руку с «ТТ» и с маху всадил клинок в сердце врага. И с минуту держал рукоять обеими руками, наваливаясь сверху всей массой, — тело подо мной не желало испускать дух мгновенно, оно дергалось и тряслось в диких конвульсиях. — Не повезло тебе, амир… Хреновый переговорщик попался…

КПП на въезде в Джохар. [49] Вы, конечно, записки абрека можете читать — воля ваша. Но, образно выражаясь, пристально «фильтруйте базар» Разумеется, это всего лишь Грозный.. Туманное, влажное утро — как всегда у нас в конце августа. Птички-невелички недостреленные, чудом уцелевшие, где-то поют. На душе тревожно.

Нас досматривает русский ОМОН. У нас специальный «рафик» с красной надписью «Баклаборатория», внутри там все как положено — приборы есть, стол, сидушки. Документы тоже в порядке, все подлинное. Но все равно, сами понимаете, прицепиться при желании можно к чему угодно.

— Сматры, дарагой! И зыдэс сматры. И зыдэс тож сматры…

Я прекрасно говорю по-русски. Лучше, чем на родном. Акцент сейчас специально делаю. Играю тупого водилу, простака, которого только что из аула взяли, посадили за баранку, и он шугается при виде каждого начальника. Умные и шибко грамотные всегда подозрительны, да и раздражение вызывают. Такой, если обидишь, может и пожаловаться. А тупого всегда легче обобрать. Вот и играю. Сильный акцент и тупая рожа всегда безотказно срабатывают, проверено десятки раз.

— Гидэ хочишь сматры! Полик падымат нада?

— Ладно, ладно, ясно с вами… О! Мясо. Ага…

Омоновец открыл цинковый бак, в котором хранятся два барана, зарезанные утром и разделанные на несколько частей. Аппетитное мясо, ничего не скажешь. Даже жалко такое отдавать. Сами бы съели с удовольствием. Но это специально, для отвода глаза. Это уловка такая, тоже проверенная.

— А что-то мясо у вас того… подозрительное. Нет, скажешь? Почему такое жирное? Вы че, вирус распространять везете? Бактериологическое оружие, типа? Документы есть на это мясо, а?