Иван Сербин - Чертова дюжина

— Итак, попробуем еще раз представить себе, что будет, если мы отдадим приказ о штурме. Стрелять мы не можем. Как известно из переговоров с террористом, каждый человек в группе несет на себе определенное количество взрывчатки. Не дай бог, кто-нибудь попадет в пластитовую шашку. Террористы, несомненно, погибнут, а мы потеряем коды. Останется Хорь. Но как только главарь узнает, что операция провалилась, он, конечно же, не станет ждать, пока его возьмут за жабры, а постарается исчезнуть. Пока мы установим его личность, пока то, пока се, этот урод будет уже далеко. Штурмовать нельзя.

— Но не штурмовать тоже нельзя, — с фальшивой весомостью заявил представитель Министерства обороны. — И что же у нас остается?

— Подождите! — вдруг вскинулся представитель ВВС. — О чем мы говорим? Во-первых, никто не собирается убивать террористов. Наша задача: вывести их из строя, обездвижить, а для этого достаточно прострелить колени и локти. И во-вторых, откуда нам известно, что сообщение «связника» — не блеф, что взрывчатка действительно существует?

Лицо командующего вытянулось. Он совершенно упустил возможность блефа.

— Ну-ка, соедините меня с экспертами. — Он развернулся и быстро прошел к стоящей в углу АТС. — Живо, живо, живо!

Оператор торопливо набрал номер. Командующий схватил трубку. Котов молча наблюдал за ним. Стоящий рядом Беклемешев потер лоб.

— И что ты думаешь по этому поводу? — спросил он майора.

— Я думаю, что мы видим сборище кретинов, — понизив голос до шепота, ответил Котов.

— Товарищ майор, мы расчистили картинку, — сообщил один из операторов.

— Что? — Котов недоуменно повернулся. — Что? Какую картинку?

— Знак, который подал террорист.

— Какой террорист? — Сейчас все мысли Котова были заняты другим.

— Тот, что выходил на связь.

— И что же он там показал?

Оператор отчего-то замолчал, а на губах его мелькнуло слабое подобие улыбки.

— Взгляните сами, товарищ майор.

Котов подошел к компьютеру, наклонился к экрану. Изображение было мутноватым, расплывчатым, однако разглядеть было можно. На статичной картинке террорист поднял руку вверх, согнув кисть так, чтобы ее зафиксировал видеообъектив. Из сжатого кулака торчал оттопыренный средний палец — всем известный непристойный жест, означающий: «пошел ты…»

Котов выпрямился. На его лице читалась такая растерянность, что Беклемешев тут же подошел поближе.

— Что случилось, Саш? — спросил он встревоженно.

— Они нас слышат, — прошептал Котов. — Черт побери, они нас слышат! Они знают о самолете со спецаппаратурой. Зиновий, быстро сюда команду по обнаружению подслушивающих устройств. Бегом!

— Хорошо, — Беклемешев бросился к телефону.

В это время генерал сунул трубку на рычаг и обернулся. На лице его играла улыбка победителя.

— На убитом террористе не обнаружено никаких признаков взрывных устройств. Ни одной пластитовой шашки. Ни грамма взрывчатки. Это блеф.

— Подождите! — выкрикнул Котов, делая шаг к столу.

Все обернулись к нему, посмотрели с недоумением и вполне отчетливой гримасой брезгливости: что тебе надо? Ты собираешься примазаться к решению, когда оно принято и стало безопасно? Собираешься советовать, как лучше захватить террористов, чтобы потом заявить, что всю ответственность свалили на тебя, а ты, герой, был вынужден в экстремальной ситуации принимать единственно верное решение? Нет уж, не выйдет.

Котов прочитал это на их лицах, но не остановился, а продолжал идти, глядя «штабистам» прямо в глаза.

— Вы не можете отдать приказ о штурме!

— Почему же? — усмехнулся представитель Министерства обороны. — По-моему, очень даже можем. Сейчас террористов очень легко взять.

— Я уверен, они предусмотрели возможность штурма и подготовились к нему, — сообщил Котов. — Эти ребята тоже не студенты-пэтэушники. Они перебьют всех ваших людей, если те попробуют взять их в тоннеле.

Члены штаба переглянулись, однако, похоже, данное обстоятельство не способно было удержать их. Ну в самом деле, на их стороне явный перевес в живой силе и боеприпасах. Чего им бояться? Когда речь идет о спасении города, два-три десятка убитых не имеют значения. Они спасают миллионы жизней, поэтому имеют моральное право принять подобное решение. И никто не посмеет осудить их за это.

— Вы свободны, майор, — брезгливо кивнул головой представитель Министерства обороны.

— Вы не можете отдавать мне подобных приказов, — категорично заявил Котов и повернулся к мрачному командующему. — Товарищ командующий операцией, я со всей ответственностью заявляю вам, что этот штурм заранее обречен на провал. Террористам известно о каждом нашем шаге. У нас имеются все основания полагать, что здесь спрятано подслушивающее устройство, благодаря которому террористы получают полную информацию обо всех решениях, принимаемых нашей стороной. Они в выигрышной ситуации. Вы только зря положите людей.

— Ну так обнаружьте это устройство и устраните утечку информации! — неожиданно багровея, выкрикнул командующий. Он чувствовал себя похабно. В тот момент, когда решение было принято, этот чертов выскочка вновь посеял в нем крупицы сомнения. — Черт побери, найдите источник утечки информации и устраните его! — продолжал кричать командующий. — Чтобы через три минуты помещение было очищено.

Стоящий в коридоре Миша повыше поднял телекамеру. Сейчас людям, собравшимся в центральном зале, было не до него, а события разворачивались интересные.

— Быстро! Я сказал, чтобы через три минуты зал был очищен!

— Есть, — холодно ответил Котов. — Однако, товарищ командующий…

— Молчать! — заревел тот. — Советы будете давать, когда вас об этом попросят! Свободны! Занимайтесь своим делом, майор!

Котов отошел от стола.

В зал уже вбегали оперативники с кейсами, в которых покоилась аппаратура для обнаружения подслушивающих устройств.

Котов тихо, почти шепотом, сказал полковнику:

— Намекни этому солдафону, что неплохо было бы проверить, каким образом террористам удалось попасть в метро. И отдай им список «костяка». От меня он сейчас вряд ли что-нибудь примет.

Представитель инженерного департамента коснулся карты.

— Вот здесь, смотрите, основная магистраль водозаборника подходит к воздухоотводу почти вплотную. Толщина кладки около тридцати сантиметров. Именно в этом месте магистраль делает поворот. Несколько лет назад вот тут, — он ткнул пальцем в экран, — наши службы обнаружили трещину. Ее ширина не превышала пятнадцати сантиметров, но при наличии необходимого инструмента террористы могли легко расширить пролом сантиметров до семидесяти и даже до метра, без риска оказаться похороненными под рухнувшим сводом.