Сергей Самаров - Невольник силы

– Капитан Арбузов, – представился старший из офицеров.

– А это Мишка, – в ответ представил Варягов своего водителя, хлопнув того по плечу, чтобы ошибки не произошло, и считая, что себя представлять он не должен, потому как уверен был, что офицеры группы спецназа знают о нем все, что смогло накопать ГРУ. И уж отчество и фамилию точно. А если знают, тогда зачем ему самому представляться.

– Нам надо повернуть на главной дороге направо, потом я покажу, где повернуть налево. Там далеко не проедем… Дорога к заброшенной лесопилке… Машину придется оставить, потому что дальше не проехать… Водитель подождет вас на месте…

– А почему не проехать? – спросил Мишка. – Тысячу раз ездил…

– Там дорога такая, что… – возразил Арбузов. – Разве что на танке…

– Ничего страшного, дорога как дорога… У нас все дороги такие… Главное, что дождя давно не было. Проедем…

Капитан переглянулся с сидящим вполоборота усмехающимся Варяговым. Тот пожал плечами и кивнул, соглашаясь с Мишкой.

– Если командир обещает, значит, проедет…

– А в последний раз вы когда там были? – отчего-то поинтересовался Арбузов.

– С недельку назад… Может, дней десять… За металлоломом ездил, – ответил Мишка.

– Интересного ничего там не нашли?

– А что там интересного? Двигатели со станков давно растащили, еще до меня… На двигателях проволока медная – хорошо стоит… А остальное – черный металл… Копейки…

– А людей? Никого не видел?

– Откуда там люди?.. – сказал Мишка и вдруг задумался, отчего машину основательно тряхнуло на том, что грубо называется дорогой. – А вообще-то…

– Что? Продолжай…

– Я еще удивился… Показалось мне, что куревом там свежим пахнет…

– Неделю назад… Или даже десять дней назад… – скорее сам своим мыслям отвечая, чем кому-то напоминая, сказал капитан Арбузов.

– Да, точно, пахло там куревом… Если б я сам не курил, я б гарантированно сказал… А так… Год назад бросал, так запах издали чуял… Сейчас не то…

– Так пахло или нет?

– Пахло, кажется…

– Могло пахнуть, – согласился Арбузов.

Лейтенант со старшим лейтенантом переглянулись:

– Должно было пахнуть.

– А что там? – поинтересовался Призрак.

– До сих пор пахнет…

Они свернули на боковую дорогу. Вернее сказать, свернули в лес, потому что по глубокой извилистой колее, оставленной тяжелым транспортом, Мишка ехать не просто не желал, но и не смог бы и потому ехал, ловко проскальзывая между деревьями рядом с колеей и ломая бампером невысокие и даже высокие и порой крепкие кусты.

– Ловцы металлолома? – Вадима Александровича этот вопрос по-прежнему интересовал, и интересовал не просто так, а целенаправленно, потому что своим следующем шагом в поиске убежища террористов он видел именно поиск их базы на таких вот заброшенных участках, на разграбленных лесопилках и фермах. И во многом именно с этой целью выбрал себе в помощники Мишку, хорошо знающего округу, знающего, где можно надежно спрятаться.

– Пахнет анашой… А ловцы металлолома не оставляют, когда убегают, портативную метеостанцию от дальнобойной снайперской винтовки… И ловцы металлолома не оставляют отпечатки пальцев, принадлежащие известному члену джамаата Айдамирова… И вообще, ловцов металлолома обычно не зовут Исрапилами Мингаевыми…

– Вот так, так… – сказал Вадим Александрович, как присвистнул. – База?

– Едва ли. Что-то другое… Непонятное назначение.

– Три человека какое-то время жили в заброшенной деревне рядом, – добавил лейтенант Замышляев. – Но их, судя по следам, уже больше суток там нет.

– Уже интереснее, – заметил Вадим Александрович. – А Исрапил Мингаев?..

– Ушел, когда мы с вертолета десантировались, – вступил в разговор и старший лейтенант Доставалов. – Ушел не в деревню, а на дорогу… Насколько было возможно, я по следу прошел. Потом след потерял… Но направление держал четко. Возможно, с пути позвонил, чтобы предупредить остальных… А тут, говорят, Призрак к Айдамирову сунулся… Одновременно… Если только он по адресу попал… Как должен себя повести Айдамиров?

– Насторожиться… – среагировал Вадим Александрович на предложенную мысль. – И обязан проверить ситуацию. Не так, чтобы может проверить, а может и не проверить… Он не знает, кто и с какой целью десантировался в лесу… Но его человека спугнули оттуда, и это могла быть не случайность… Могла, конечно, быть случайность, а могла и не быть… И второй настораживающий момент тоже может быть случайностью, а может случайностью и не быть… Следовательно, чтобы проверить сразу два момента, следует проверить тот, что внешне выглядит безопаснее… То есть прощупать Призрака, который кажется только простым любителем красивых котов… Если Призрак окажется лицом опасным, значит, и на базу высадка спецназа была тоже целенаправленной акцией. Это уже будет значить, что его обкладывают… Если сюда же добавить гибель двух членов джамаата в доме директора пансионата, то выстраивается картина оперативной охоты… Как в этом случае должен поступить Абдалмуталип?..

– Как он должен поступить? – переспросил капитан Арбузов.

– Мне срочно нужна его психограмма. Ротмистров сказал, что у него есть… Мишка, добавь «газку»…

– Я знаю, как поступил бы Призрак, – сказал Арбузов. – Он показал бы дезинформирующую ситуацию, обеспечивающую якобы его бегство, а сам бы остался… Мы обязаны думать, что Абдалмуталип имеет тоже высокую квалификацию, и предполагать, что он останется, несмотря ни на что… И продолжать поиск, даже если будем точно знать, что он сбежал…

– Согласен, – кивнул Вадим Александрович. – Мишка, ты что, ездить разучился…

– Темнеет, – сказал Мишка и включил фары.

– Кажется, едут, – сказал изнутри, из комнаты, старший лейтенант Добровольский.

Надсадный и даже чуть-чуть истеричный звук работающего изношенного автомобильного двигателя майор Ротмистров тоже издалека услышал. Он как раз из окна выбрался и под окном сел, чтобы воздухом подышать, потому что на свежем воздухе думается легче, чем в затхлом помещении.

Вечер был тихим и мягким, какими не бывают вечера в городе, и хотелось тишиной наслаждаться. Поэтому звук двигателя раздражал.

– Это они, – подтвердил старший лейтенант Югов. – Фары включили… Я перевожу их в инфракрасный режим, иначе машину спутнику уже не видно.

– Сообщение от Мочилова идет, – предупредил Добровольский. – Короткое. Сейчас расшифрую…

Ротмистрову очень не хотелось возвращаться в помещение, но пришлось.

– Нашли, товарищ майор, четверых Таймасханов, кто повязан с террористами, – уже начал передавать содержание сообщения старший лейтенант. – Один из них достаточно серьезный – эмир Таймасхан Баштаров. Был заместителем Удугова в правительстве Дудаева. То есть заместитель министра пропаганды. Являлся ответственным за пропаганду среди воинских формирований. Человек с двумя высшими образованиями, гуманитарным и техническим. Является непримиримым врагом тейпа Кадыровых и потому продолжает воевать террористическими методами. Подозревается как один из участников в подготовке взрыва старшего Кадырова. Причастен к нескольким террористическим актам. В последнее время проживал сначала в Грузии, потом в Катаре и в Бахрейне и только время от времени наведывался в Чечню. Каждый его приезд был отмечен несколькими следующими один за другим террористическими актами. В фонотеке ГРУ есть запись речи Баштарова перед боевиками, сейчас запись на фонетической экспертизе. Сложность в том, что перед боевиками Баштаров выступает на чеченском языке, и можно провести экспертизу не по произношению слов, а только по произношению отдельных звуков и сочетаний звуков. Эксперты даже при утвердительном ответе смогут дать не больше пятидесяти процентов гарантии. Как только будут результаты, нам сообщат. Но полковник Мочилов считает, что присутствие в районе двух таких серьезных эмиров-террористов одновременно маловероятно. Просит, если будет возможность, добыть отпечатки пальцев нашего Таймасхана, поскольку отпечатки Баштарова в картотеке имеются в большом количестве. И просит не замыкаться на одном варианте и продолжать поиск по другим направлениям.