Сергей Москвин - Агенты «Аль-Каиды»

Найти охотничий домик Мартынова оказалось куда сложнее, чем его условное обозначение на карте. Жуйков чуть было не проехал нужный съезд с шоссе, а потом еще долго петлял по гравийной дороге, пока в свете фар не промелькнул глухой деревянный забор, за которым виднелась крыша какого-то строения. Жуйков сейчас же выключил фары и заглушил двигатель, а его оперативники и я вместе с ними, распахнув дверцы, выпрыгнули из машины. Разбежавшись в стороны от дороги, мы приблизились к забору. Ни во дворе, ни в доме свет не горел, что, впрочем, было неудивительно. Нынешние обитатели мартыновской охотничьей заимки вполне могли лечь спать. А вот собаки, в отличие от людей, даже в спящем состоянии могли почувствовать наше приближение. Поэтому я с замиранием сердца ожидал услышать заливистый собачий лай. Уф! Стена. Оценивая крепость досок, я потрогал шершавую поверхность забора. Если во дворе и были собаки, они явно не отличались охотничьим чутьем.

На какое-то мгновение меня посетила мысль: а что делать дальше, но я тут же отогнал ее от себя. Не до церемоний. Мы идем по следу убийц и опаснейших террористов. Я потер ладони, примерился и, подпрыгнув, ухватился руками за верхний край забора. Доски даже не скрипнули. Подтянувшись на руках, заглянул во двор. Там располагались рубленый дом, баня и еще какое-то хозяйственное строение, но я на них не взглянул, потому что все мое внимание поглотил стоящий перед домом спортивный автомобиль. «Лексус» Шаргаева! – определил я, хотя никогда прежде не видел его машины. Перебросив через забор свое тело, я мягко спружинил на ноги и, на ходу выхватив из кобуры пистолет, метнулся к машине. Хорошо, что Жуйков не видит моей самодеятельности, иначе наверняка устроил бы мне взбучку за незаконное проникновение в частное владение.

Присев возле переднего крыла машины, я потрогал ладонью капот. Он оказался холодный и мокрый, на глянцевой металлической поверхности сконденсировались капельки росы. От машины я перебежал к дому и, бросив мимолетный взгляд на входную дверь, застыл на месте. На двери висел здоровенный навесной замок. Вот те на! Не закрыли же обитатели дома себя снаружи. Да и как это сделать? Выходит – внутри никого. А как же «Лексус»? Не опуская пистолет, я осторожно подошел к двери и, лишь убедившись, что замок захватывает обе металлические петли, призывно свистнул. Над забором тут же появились головы трех оперативников, а следом за ними и голова их начальника.

– Дверь заперта. Похоже, мы опоздали, – ответил я на их вопросительные взгляды.

Опера и сам Жуйков перелезли через забор. Его парни сноровисто рассредоточились по двору, а подполковник подошел ко мне. Он осветил замок карманным электрическим фонарем и – вот это мне понравилось – достал из кармана связку отмычек. Выбрав подходящие, Жуйков вставил их в замочную скважину, немного повозился, и… замок открылся. Как раз в этот момент вернулись осматривавшие двор оперативники.

– Никого, – один из них отрицательно покачал головой. – Вон только здесь, – вытянутой рукой он показал на траву рядом с «Лексусом», – следы еще одного автомобиля. Похоже, джип. Судя по ширине протектора, – уточнил оперативник.

Жуйков кивнул в ответ и, вынув замок из проушин, распахнул дверь. Он уже хотел войти внутрь, но я отстранил его рукой и вошел первым. Предосторожность оказалась напрасной. Как я и предположил, дом оказался пуст, хотя все следы недавнего пребывания людей здесь были налицо. Правда, прежде чем покинуть жилище, эти люди тщательно прибрались. Но еще свежий мусор в мусорном ведре свидетельствовал об их недавнем присутствии.

– Они уехали отсюда сравнительно недавно: час или два назад. Похоже, «поставщик» получил запрошенные деньги.

– Тогда они должны быть на хабаровской трассе, – предположил оперативник, который обнаружил во дворе следы второй машины. – А «Лексус» оставили, чтобы он не бросался в глаза на дороге. Слишком приметная машина.

Парень мне определенно нравился. Он обладал отменной наблюдательностью и быстрым мышлением. И Жуйков живо среагировал на его ценное дополнение:

– Мы перехватим их по дороге! До Хабаровска семьсот пятьдесят километров. Им потребуется вся ночь, чтобы туда добраться. Я немедленно свяжусь с хабаровским ФСБ и УВД. Заблокируем трассу. Будем проверять все проезжающие машины. Никуда они от нас не денутся, – уверенно закончил он.

Здесь ему трудно было возразить. Через Приморский край проходит только одна автомобильная дорога, которая связывает Владивосток с Хабаровском. Поэтому иного пути, кроме как по тайге, у разыскиваемых бандитов и террористов попросту не было.

Я снова бежал по полосе препятствий. Большая часть препятствий уже пройдена, о них можно забыть. Впереди остались последние, самые трудные. Уходящий ввысь деревянный забор. Я бросаюсь на него и ползу вверх. Это противоречит всем законам физики, но я ползу. Вцепляюсь пальцами в малейшие неровности неструганых досок и подтягиваю свое тело вверх. Рядом со мной точно так же ползет Валька Федотов. У него не руки, а настоящие кошачьи лапы. Они вонзаются когтями в древесину и позволяют Вальке держаться на вертикальной стене. Но я все равно опережаю его. Когда же наконец этот забор кончится? Я задираю голову вверх, но не вижу ничего, кроме бесконечной, уходящей в небо деревянной стены. Что же такое придумал Бондарев? – не успеваю подумать я и срываюсь вниз. А в следующее мгновение что-то ощутимо бьет меня по лбу… И снова передо мной стена, только уже не шершавая, а гладкая, обклеенная шпоном столешница письменного стола.

Дурацкий сон. Я поднял голову и потер ладонью ушибленный лоб, которым я ударился об стол, когда моя голова соскользнула с подложенных кулаков. Сколько же я проспал? Всего полчаса! А кажется, гораздо больше. Но нет, все точно. Вон стрелка на наручных часах продолжает свой неумолимый бег. Значит, часы в порядке, а я закрыл глаза без пяти шесть, когда, вернувшись в кабинет, уселся за стол. Что же мне снилось? Валька? Ну да! Мы снова с ним вместе проходили полосу препятствий. И еще Бондарев. Бондарев! Я чуть не подпрыгнул на стуле. Ведь в шесть тридцать должен был докладывать ему о ходе розыска. Я вскочил из-за стола и пулей вылетел из кабинета. Аппараты ВЧ-связи в приморском УФСБ имелись только у начальников отделов. Возможно, что и не у всех, но у Жуйкова такой аппарат был. Когда я ворвался к нему в кабинет, подполковник недоуменно поднял на меня свои красные от недосыпа глаза, но, узнав о цели визита, подвинул ко мне аппарат:

– Звони.

Фактически с момента нашей встречи на аэродроме в Шкотове мы с Жуйковым не расставались. Вместе вели розыск шаргаевских бандитов и зарубежных террористов. Поэтому у меня не могло быть от него секретов. Тем не менее, когда я стал накручивать диск аппарата спецсвязи, Жуйков поднялся из-за стола и тактично вышел за дверь.