Александр Шакилов - Каратели

Меж тем выстрелы внизу стихли.

— Спустимся? — нерешительно предложил Эмир.

— Здесь подождем, — покачал головой я. — Если наши справились, сами вылезут. А если нет… Подождем. А потом — по обстановке.

Насчет «потом» думать не хотелось. Без Свана нам и бонусы ни к чему. Надеюсь, Ворон справился с той напастью, что поджидала карателей уровнем ниже.

Из вспомогательного каземата через дверь мы попали в казарму ДОТа. Казарма — это, конечно, громко сказано. Здесь располагались нары в три яруса, стол с табуретом, железный шкаф для личных вещей и продуктов, на стене висел параллелепипед-бак для питьевой воды. На столе чернел дисковый телефон — я такие агрегаты только в кино видел. Чисто, аккуратно, ни малейших признаков пыли. Это потому что воздух в ДОТ проникает через систему угольных фильтров. Из казармы наружу выводился перископ наблюдения. В него-то я и увидел, что дождь льет подобно Ниагарскому водопаду.

Посреди казармы в пол был вделан люк, ведущий на нижний ярус. Или ярусы. Тут уж как архитекторами задумано. Странно, что для одноразовых учений вообще установили ДОТ. Понятно, что хотели поразить натовцев размахом нашей армейской мощи, но…

Выкрашенный в желтый цвет вентиль медленно провернулся. Мы с Эмиром тут же взяли люк на прицел, и когда он откинулся, я едва удержался, чтоб не открыть огонь. Извините, привычка: стреляй, а потом извиняйся, если будет перед кем. Эта привычка не единожды спасала мне жизнь.

Кто к нам спешит — хозяева природы или тварь дрожащая?…

Наружу высунулась голова Ворона:

— Ну и начадили мы там. Пусть проветрится, а потом уже…

Сталкер проворно выдернул свое тело из лаза. За ним сначала показалась снайперская винтовка, замаранная фиолетово-розовой слизью, а затем протиснулся и сам командир.

— Что случилось? — не удержался я от вопроса, заметив, что коллеги вовсе не собираются отчитываться о проделанной внизу работе.

— Да так, — отмахнулся Ворон. — Ничего особенного. Кровососов спугнули. Ячейку общества.

У кровососов тоже есть инстинкт размножения, как и у прочих существ Зоны. Они от сырости не заводятся. Правда, я всегда думал, что кровососы либо гермафродиты, либо… Либо даже не знаю кто. Меня мало заботили половые трудности мутантов. Если возникала необходимость, я уничтожал зверье, а не держал свечку.

Но! Представьте, что вы страстно занимаетесь любовью. Ваша подруга — секс-бомба с длинными ногами, шелковистыми волосами и большой упругой грудью. Тела переплелись, бешеный ритм приближает вас к точке наивысшего наслаждения. И тут в спальню вламываются двое грязных небритых мужиков, от которых пахнет перцовым самогоном! В руках у мужиков оружие.

Представили? Я — отчетливо, даже слишком. И какие ваши действия в таком случае? А?

Не знаю, как вы, а я бы сначала поцеловал подругу в сахарные уста. Затем выскользнул бы из жарких объятий и завалил на месте уродов, посмевших прервать процесс. Или хотя бы попытался это сделать. У них ведь стволы, а у меня всего лишь напряженная крайняя плоть, ярость и кулаки. И этого уже не мало, но всё-таки…

Вот примерно в такой ситуации оказался кровосос-самец, которого Сван и Ворон застукали во время соития с подругой. Как потом рассказывал Сван, мутанты застыли в углу, сплетя ротовые щупальца в сложный узел. То есть никаких фрикций, ахов и охов. Тишина, темнота и обмен генетической информацией. Хотя нет, не совсем так — кровососы сопели. Кто-то из сталкеров сравнивал дыхание кровососа со звуком из кухонного крана, открытого, когда в доме отключили воду. Так вот здесь открыли два крана сразу.

Какого хека каратели полезли на нижний ярус, для меня до сих пор загадка. Ведь казарма более чем подходила для ночевки на одну ночь. Но — полезли. И, врубив электричество, обнаружили парочку на месте преступления.

«Опаньки, — сказал Ворон. И добавил: — Сваливаем».

Но майор то ли не услышал, то ли, оценив обстановку, уже принял решение, отдал себе приказ и добросовестно его исполнил. У военных бывают подобные заскоки. Я не виню Свана — сам маршировал но плацу, знаю, каково это. В общем, вместо того чтобы подняться по лестнице и захлопнуть за собой люк, майор вскинул к плечу винтовку и нажал на спуск.

Пуля угодила в сплетение щупалец. То есть в органы, настроенные для ласк. Представьте, что вам… Чёрт, не надо этого представлять!

В общем, самец пришел в неописуемую ярость. Еще бы.

Сообразив, что без драки не обойтись, Ворон захотел угостить кровососа парой-тройкой маслин калибра 5,56×45 мм. Ведь мутант так замечательно стоял в профиль к карателям! Через височное слуховое отверстие виднелся двухцветный мозг. Но Ворон промазал. Пули угодили кровососу в толстую лобную кость, не причинив особых повреждений. Кровосос только качнул головой, будто в глаз ему попала пролетающая мимо муха.

И вдруг его словно «трамплином» подбросило. Наклонившись, он прикрывал подругу от людей, но только по нему начали стрелять, мутант резко выпрямился.

Таких гигантов Ворон еще не встречал и не горит желанием встретить вновь. Свану не с чем было сравнить, но размеры мутанта его тоже впечатлили. Как-никак два с половиной метра ростом, не меньше. Череп кровососа упирался в потолок, и было видно, что мутант сутулится, что ему тесно.

Выстрелом из СВД ему наполовину отсекло одно щупальце из четырех. Оставшиеся три яростно вздыбились, и мутант попер на карателей, словно паровоз, который медленно, но уверенно набирает ход. Его и людей разделяли метров десять, не больше, так что всерьез разогнаться он не мог.

Сообразив, что карабкаться наверх уже бессмысленно, Ворон принялся поливать кровососа очередями из М-16. СВД подрагивала в руках Свана, выстрелы слились в один сплошной грохот.

Мышцы бугрились на теле мутанта, когда он шагал к карателям, широко раскинув лапы и растопырив длинные пальцы. Его обветренная кожа была коричневой, сплошь в прожилках вен. Кровосос сильно наморщил лоб — ни дать ни взять греческий мыслитель, познавший тайну бытия. Черные глаза мутанта сильно гноились, смрадная жижа стекала по морде, которую можно было бы назвать людской, если б не ротовой аппарат.

Говорят, кровососы тем и сильны, что прут прямо на стрелка, не обращая внимания на раны. Подтверждаю: так оно и есть. Но мутант, с которым встретились каратели, был из другой породы.

Внезапно он припал на передние лапы, резко уйдя из сектора обстрела, и прыгнул вперед, словно уссурийский тигр. Ударом плеча он отбросил Свана к стене, щупальца его устремились к лицу Ворона, но сталкер откатился в сторону.

К чести Свана, ударившись затылком о бетонную стену, он не потерял сознания и не перестал стрелять. Он выпустил в кровососа целый магазин, пока тот размахивал лапами, пытаясь зацепить верткого сталкера. И уж Ворону пришлось изрядно попрыгать, чтобы уцелеть. Тронь его мутант хоть пальцем, сломал бы сталкеру кости — всё-таки туша еще та, да и лупит от души, куда там боксерам-супертяжеловесам.