Стивен Хантер - Ночь грома

Боб постарался все осмыслить, двигаясь шаг за шагом.

Покушение на убийство, выполненное профессиональным гонщиком. Но каковы доказательства того, что это действительно был профессиональный гонщик? Заключение двух экспертов по гонкам, вынесенное на основе изучения съемок с воздуха. Это были не профессиональные следователи, имеющие опыт анализа автомобильных катастроф, чьему слову можно доверять. Быть может, они уловили стремление Боба убедиться в том, что тут не все чисто, и, сами того не желая, подкрепили его подозрения, просто чтобы его порадовать. Однако ребята очень убедительно говорили про мастерство выполнения поворотов, и, несомненно, у них масса опыта в этом сложном искусстве. Это главное доказательство, которое имелось у Боба.

Второе покушение в больнице, хотя, нужно признать, не такое очевидное. То ли оно было, то ли его не было. Охранник из агентства Пинкертона, которому вроде бы можно доверять, указал, что какие-то «врачи» хотели пройти в палату к Ники. Больше их никто не видел ни до, ни после. С другой стороны, память нередко играет разные шутки, а поскольку больница большая и оживленная, такое вполне вероятно.

Возможное исчезновение страниц из записной книжки и уничтожение диктофона и ноутбука. А также отсутствие Библии. И опять же это предположения, а не факт. Ники вполне могла вырвать страницы сама, а электронные устройства наверняка пострадали при аварии машины. Ну а Библия — это что-то настолько распространенное, что о ней просто могли не упомянуть в протоколе осмотра места происшествия, или ее выбросило из машины при аварии.

Странное ощущение идеального порядка в баптистском лагере, как будто его поспешно вычистили. И преподобный Грамли, похоже, старался выудить сведения о состоянии Ники, лишь делая вид, будто помогает. Опять же, по природе своей религиозные заведения содержатся в чистоте, хотя автомат для метания тарелочек, установленный в сарае, — это уже что-то необычное, и, возможно, его держат для прикрытия, в качестве безобидного объяснения стрельбы по ночам, специально для таких любопытных посетителей, как он и Ники. Сбрасывать это со счетов нельзя, но снова одни предположения.

Странные следы на земле. Они что-то напомнили Бобу, но что именно? И почему он никак не мог это вспомнить? Где он видел такие же следы? С другой стороны, что в них такого странного? Быть может, их оставила садовая тележка, на которой перевозили… но у садовой тележки колея шире. Почему эта такая узкая?

И наконец:

То обстоятельство, что за Бобом следили. Наверное, это было убедительнее всего. За слежкой точно не стоит управление шерифа — там попросту нет людей, чтобы выделить двух сотрудников таскаться весь день за надоедливым приезжим. Но эти двое всюду катались за ним целый день, с тех пор как он побывал в управлении шерифа. Так что кто-то из управления связался с тем, с кем не должен был связываться. Парни ездили в бежевом «форде краун». Боб еще ни разу не встречался с ними взглядом, потому что опытный снайпер чувствует, когда за ним самим охотятся. Боб знал: ни в коем случае нельзя показывать охотнику, что ты его заметил и теперь он стал твоей жертвой. Так что когда Боб обнаружил, что молельный лагерь сверкает чистотой, это его нисколько не удивило, потому что те двое неотступно следовали за ним и видели, как он свернул на 167-е (сами они проехали мимо, но Боб не сомневался, что они поджидают его за ближайшим поворотом). Они заранее позвонили преподобному, и тот заставил своих «мальчиков» выполнить поспешную уборку, чтобы быть уверенным в том, что у незваного гостя ничто не вызовет подозрений.

«Ладно, — подумал Боб. — Игра неожиданно становится интересной. И вот что я сделаю: вернусь в свой номер в „Горной империи“, подожду немного, а когда стемнеет, выскользну через заднюю дверь и разрежу ребятам покрышки, после чего один, без слежки вернусь сюда и посмотрю, что к чему…»

У него зазвонил сотовый.

Боб раскрыл аппарат, надеясь, что это звонит Джули с хорошими новостями насчет Ники, но на дисплее высветился незнакомый номер.

— Свэггер слушает.

— Мистер Свэггер, это Чарли Уингейт, помните, из компьютерного магазина.

— Да, Чарли?

— Я тут немного поработал, у меня мало что получилось, но я заставил этот ящик распечатать часть своего содержимого, и мне удалось кое-что расшифровать.

Боб понял, что парень каким-то образом считал данные с жесткого диска.

— Продолжай.

— В общем, это были цифры, цифры «три», «шесть», «два».

— «Три», «шесть» и «два»?

— Да, сэр. И еще я смог установить, что там имелась такая последовательность: три цифры, затем черточка и еще четыре цифры. Те цифры, которые я определил, были последними тремя цифрами этой последовательности.

— Номер телефона!

— Точно. У меня есть один знакомый коп, тоже компьютерный гений, у него есть телефонный справочник — в общем, я только что получил все номера. У нас в округе всего около трех тысяч абонентов, и мы нашли семь номеров, оканчивающихся на «три-шесть-два».

— Валяй.

— Пять телефонов в жилых домах, я их записал, и один — в детском саду.

— Так.

— А последний номер — «Арсенал Железной горы». Это оружейный магазин на северной окраине города.

— Превосходно, Чарли. Когда будешь выписывать себе чек, добавь миллион на чай.

Этот грузовик не был угнан, он был взят напрокат в компании «Пенске», хотя кредитная карточка, которой расплатились за аренду, была украдена ловким Верном Паем.

Он шнырял по торговому центру в Джонсон-Сити, высматривая молоденьких девочек, особенно таких, у кого попки похожи на два круглых мячика. Сами понимаете, не с отвислыми задницами, а с упругими ягодицами, распирающими хлопчатобумажную ткань шорт. И вдруг Верн увидел мужчину одного с ним возраста, одинакового роста и цвета волос, и вообще достаточно похожего внешне, чтобы Верн смог сойти за него на фотографии размером с ноготь большого пальца, но далеко не такого красивого. Он толкнул этого мужчину в толпу посетителей, покидающих торговый центр, улыбнулся, извинился и ушел прочь, унося с собой один бумажник и расставшись с другим — настолько быстрыми и проворными были его пальцы. Вы спросите, что произошло? Верн знал, что кражу бумажника выдает в первую очередь отсутствие привычного веса. Поэтому, забирая одно кожаное изделие, он оставлял вместо него другое, как правило с однодолларовыми и пятидолларовыми купюрами. В этом случае жертва не замечала отсутствия тяжести в заднем кармане. И только потом, потянувшись за наличными, чтобы расплатиться за что-то, человек обнаруживал подмену и понимал, что его обокрали. Впрочем, порой случалось, что он вытаскивал новый бумажник, доставал из него пятерку, расплачивался, убирал бумажник и шел дальше! Некоторые люди вообще ничего не замечают.