Стивен Хантер - Ночь грома

Все заглянули внутрь.

— Пусто, — вздохнула Тельма. — Но я не могла ждать. Нужно было его немедленно остановить.

— Вы приняли верное решение, мэм.

— У тебя не было выбора, Тельма, — поддержал ее сотрудник группы захвата. — Ты поступила совершенно правильно.

— Он прав, Тельма, — добавил второй. — Не бери в голову. Никто не сможет тебя упрекнуть.

— Мистер Свэггер, вы точно не ранены? Может быть, вам лучше показаться медикам?

— Нет-нет, со мной все замечательно. Наверное, все это даст о себе знать потом, но пока что я как во сне. Следователь Филдинг, где вы научились так стрелять? Мне никогда…

— Тельма три раза подряд побеждала в первенстве стрелковой ассоциации среди женщин по Юго-Восточному региону, штаты Теннесси, Северная Каролина и Кентукки. У нее получалось так хорошо, мистер Свэггер, что она могла податься в профессионалы. Вам очень повезло, что Тельма оказалась рядом. Наверное, она лучший стрелок во всех правоохранительных органах этой части страны. А может быть, и всех Штатов.

Мигая красными и синими огнями, подъехала патрульная машина, затем еще одна, еще, и в конце концов на месте происшествия воцарился полномасштабный бедлам.

Хуже всего то, что нельзя было курить. Старик мог заметить огонек сигареты в темном салоне красного «кадиллака эльдорадо» Верна и броситься в бега. Поэтому Верн и Эрни, оба в отвратительном настроении, уныло сидели в машине на тускло освещенной стоянке перед мотелем «Горная империя». Времени было за полночь, и оба мучились без сигарет уже несколько часов.

— Слушай, а может, мне выскочить из машины и сбегать покурить? — предложил Эрни.

— Ни в коем случае, кузен, даже и не думай. Вдруг старик подкатит как раз в этот момент и высветит тебя своими фарами? Именно так и произойдет, ты сам это знаешь, так происходит всегда, когда в угоду своим потребностям забываешь о деле. Ты будешь вести себя как хороший мальчик и сделаешь то, что сказал папаша. Скорее всего, мы сегодня пришьем старика, и тогда можно будет накуриться хоть до одури.

— Верн Пай, не побоюсь это сказать, мне совсем не нравится твой тон. Я вовсе не говорил, что поступлю так, правда? Нет, я сказал «а может». Всего лишь рассуждал вслух. Ты у нас такой крутой, я вижу, как ты лупишься на горячих девочек моложе пятнадцати и без сисек. Пожалуйста, Верн, следи за своим языком.

— Ну, прошу прощения, сэр, я просто хочу сделать дело правильно и быстро, чтобы можно было вернуться к моим обычным занятиям. А к какой девочке я проникаюсь чувством — это не должно никого волновать. Я только скажу, что мне пребывание в этом живописном Маунтин-Сити надоело не меньше, чем тебе, кузен.

— Ты даже не хотел сюда ехать, вот почему у тебя такое мерзкое настроение.

— Да, не хотел. Я считаю, этого делать не надо. Но раз наш старик велит сделать так, я должен ему подчиниться, и ты тоже, даже несмотря на то, что ты согласен со мной, а не с ним.

— Всем известно, что, если преподобный приказывает идти, я иду. Вот как обстоят дела.

— Даже сейчас, когда мы в машине одни, ты боишься его ослушаться.

— Быть может, я просто уважаю порядки, только и всего. А если тебе на них наплевать, то нечего заводиться и злиться на меня.

Но тут на стоянку свернула машина. Оба немного пригнулись, и оба отметили, что это действительно маленький «форд» или «тойота», какие предлагают агентства проката. Машина медленно проехала в поисках свободного места и наконец приткнулась недалеко от номера 128, в котором, как было известно братьям, остановился объект.

— Возможно, это он, — пробормотал Верн.

— Будем молить Бога, — сказал Эрни. — А может быть, это молоденькая девочка в мини-юбке и блузке на бретелях, со свежим номером «Тайгер бит» [26] «Тайгер бит» — модный журнал для подростков. в руках.

— Козел!

Из машины вышел мужчина, двинулся к багажнику, открыл крышку, достал что-то и зажал под мышкой, оглянулся по сторонам, проверяя, все ли в порядке, и медленно направился к домику. Но прихрамывающая походка выдала его с потрохами. Похоже, боль в правом бедре была вызвана серьезной раной, и не одной. И двигался мужчина скованно, словно стянутый повязками в нескольких местах. Остановившись, он еще раз оглядел стоянку, убедился, что все чисто, нагнулся, отпирая дверь, вошел в номер и запер дверь за собой.

— Боже милосердный, — сказал Верн, — я уже чувствую вкус «Мальборо».

— Это наш паломник, он самый. Не могу поверить, что этому седому старику удалось замочить Кармоди и Би-Джея! Но сегодня ночью он узнает, что значит трахать Грамли.

— Ты говоришь святые слова, кузен.

Достав из кобуры под мышкой «глок» 40-го калибра, Верн оттянул затвор, проверяя, что патрон дослан в патронник, а тем временем Эрни проделал то же самое с короткоствольным «питоном» с никелированной рамой, который лежал у него в кожаной кобуре на ремне.

Подумав немного, Верн принял решение.

— Я скажу так: мы подождем. Пусть старик устроится на месте. Почистит зубы, посмотрит в окно, позвонит кому надо, может быть, отопьет глоток-другой из бутылки бурбона, которую принес с собой, разложит свои вещи, и тут мы выбиваем дверь и разряжаем наши стволы в человека, лежащего на кровати. Он даже не понимает, что на него обрушилось, а мы быстро уходим. Как тебе это нравится, кузен? — спросил Верн.

— По-моему, отличный план, — согласился Эрни. — Будем звонить твоему папаше?

— Даже не знаю. Ты похож на него больше, чем я. В первую очередь нос и рот.

— Я не люблю зеленовато-голубой цвет. Он не подчеркивает оттенка моих глаз. И я не ношу этот страшный седой парик, делающий преподобного похожим на того полковника-конфедерата, который торгует жареными цыплятами. Моя мамаша никогда не говорила, что он мой отец. Так что ничего не могу сказать.

— Хо-хо, приятель, вижу, я задел за больной нерв.

— Черт побери, кузен, да он наверняка наш общий папаша, и что с того, что твоя мать его родная сестра? Итак, что это говорит о здравом смысле нашего старика? И зачем нам ему звонить?

— По-моему, моя мать его дочь, а не сестра. Он у нас любит мешать суп, правда? В любом случае, я думаю, нам нужно пригласить других ребят. Пусть кто-нибудь вышибет дверь из ружья, а затем отойдет в сторону.

— Если кто-нибудь из наших захватит с собой ружье, он вряд ли захочет отходить в сторону. Он захочет всадить сразу из двух стволов в того, кто лежит на кровати, и посмотреть, как в воздух поднимутся перья и вата. А мы с тобой останемся не у дел. Нет, мне это не по душе. «Слышали, кто-то завалил двоих Грамли и старина Верн Пай нашел обидчика и сурово наказал его?» Я хочу, чтобы обо мне говорили вот это, и я хочу получить вознаграждение за три часа без курева.