Иван Стрельцов - Псы войны

«Черт возьми, что здесь произошло?» — думал Улдузов.

Но тут взгляд бывшего генерала привлекло пространство между оградой и лесом. В некоторых местах зияли воронки от взрывов мин. Не понимая, в чем дело, Ахмед начал рассматривать ограждение и вдруг увидел труп, повисший на колючей проволоке, на нем сидело несколько больших серых ворон. Хорошо разглядеть труп с такого расстояния не представлялось возможным, поэтому Улдузов по рации обратился к пилоту:

— Вениамин, садиться надо.

— Где? — поинтересовался пилот, впервые не услышав командных нот в голосе шефа.

— Там, где сочтешь нужным.

— Хорошо.

Вертолет так резко пошел на снижение, что у всех перехватило дух. Наконец посадочные лыжи коснулись земли. Второй «Ми-8» завис прямо над приземлившимся собратом. Улдузов снял с головы шлемофон и, указывая в сторону подвешенного трупа, закричал своим телохранителям, стараясь перекрыть рев вертолетного мотора:

— Притащите мне его.

Телохранители молча выпрыгнули из вертолета. Котов немного отбежал и встал на изготовку с оружием. Бузин, прижав к бедру свою винтовку, слегка согнувшись, бросился к трупу. Пока он, петляя, бежал к ограде, все с напряжением следили за опушкой леса, не притаились ли там враги. Наконец Тимофей добежал до трупа, несколько секунд ему понадобилось, чтобы отогнать стервятников. Ожиревшие птицы, лениво замахав крыльями, отлетели в сторону и, усевшись на ближайший камень, с любопытством наблюдали за действиями человека. Тем временем Тимофей натянул на левую руку тонкую лайковую перчатку и, ухватив мертвеца за кисть, потащил к вертолету. Как только он достиг цели, Котов, не поворачиваясь к лесу спиной, тоже отступил к вертолету. Улдузов и Ванин разглядывали труп, или то, что от него осталось. Лицо покойника было обезображено пернатыми хищниками, они выклевали у трупа глаза, щеки, губы, изо рта торчали потемневшие кривые зубы. Тело распухло и источало зловоние.

— Ну, что скажешь? — спросил Улдузов, обращаясь к Ванину.

Полукровка осмотрел труп, потом брезгливо сплюнул и деловито проговорил:

— Убитый в плавках, значит, нападение было неожиданным, а судя по внешнему виду, труп висел на проволоке дня три.

— А еще? — требовал Ахмед.

— Стреляли из пулемета, — вставил Бузин, указывая на три бурых пятна на груди, и тут же перевернул труп. Спина убитого возле лопаток представляла сплошное разлагающееся месиво.

— С расстояния двести-триста метров, то есть с опушки леса, — пояснил свою мысль биатлонист.

— А почему же мины взорвались? — спросил генерал.

— Это хищники: волки, лисы, куницы, — объяснил телохранитель, — рванулись на запах трупов. А когда подрывались одни, остальные разбегались, затем возвращались пожирать собратьев.

Еще раз оглядев руины лагеря, Бузин уверенно сказал:

— Минное поле они не пересекали, стреляли из леса. Хорошие стрелки.

— Да? — удивленно проговорил Ахмед, потом скомандовал: — Живо в вертолет, здесь уже все ясно, летим на «Беби».

Бузин в мгновение ока запрыгнул в вертолет, за ним последовал Котов. Вертолет вновь взревел мотором, подымая вокруг себя облако пыли, оторвался от земли. В проеме из кабины пилотов показалась улыбающаяся физиономия Дениса Михайлова, второго пилота. Не говоря ни слова, он протянул Бузину бутылку «Пшеничной» водки. Кивком головы Тимофей поблагодарил его, потом стянул лайковую перчатку, выбросил ее, вымыл руки водкой, протер лицо, затем глотнул прямо из бутылки, прополоскал рот, выплюнул. Протянул бутылку Котову, второй телохранитель отрицательно покачал головой, китайцы из охраны Ванина презрительно отвернулись от предложенной водки. Тимофей выбросил бутылку из вертолета через открытую дверь, едва не зацепив Улдузова, который сидел у самого края и по внутренней связи беседовал о чем-то с начальником охраны. Лицо того было сосредоточенное…

Расположившись в кустах на холме, Петр Татенков установил квантовый дальномер и долго наблюдал за лагерем и золотодобывающим прииском. Это была последняя точка их «круиза» — объект А («Адан»). Прииск представлял собой три не очень глубоких рва, которые тянулись на несколько сот метров в глубь тайги, в конце соединяясь у небольшой плотины, отделяющей прииск от болота. По-видимому, плотина аккумулировала в болоте воду, которую использовали для промывки грунта из рвов, естественным путем отделяя золото от породы.

Лагерь был самый обычный, такой же, как «Беби» и «Цицерон». Десяток бревенчатых срубов с узкими окнами-бойницами и асбестовыми трубами дымоходов. Над самой большой возвышалась радиоантенна. Огорожен был лагерь, как и его собратья, рядом надолбов, перетянутых колючей проволокой. И, как обычно, минное поле отделяло лагерь от леса. Возле вертолетной площадки — вышка с крупнокалиберным пулеметом.

— Аристократ, приготовься, — сказал Татенков находящемуся неподалеку от него Донцову.

Олег сидел перед небольшим по размеру дисплеем, кабели от дисплея тянулись к треножному станку гранатомета. Рядом с ним стояли открытые ящики с реактивными гранатами. В каждом ящике лежал определенный тип гранат. Первые были фугасные, с ярко-красными наконечниковыми взрывателями. Затем осколочные гранаты с рифленым корпусом и зеленого цвета взрывателем. Потом осколочно-фугасные с таким же рифленым корпусом, только цвет взрывателя был двойной, сначала красный, а затем зеленый. Эти гранаты компьютер мог взводить для взрыва на дистанции как по расстоянию, так и по высоте, для этого необходимо было ввести в него нужную команду. В последнем ящике лежали гранаты с таким же гладким корпусом, как фугасные, только взрыватель был не красного цвета, а фиолетового. Эти гранаты были кумулятивного действия и могли прожигать броню до 1000 миллиметров. Хоть Ветеран и приволок с собой эти гранаты, но все же он высказался: «Будем надеяться, что тяжелых танков бандюги тут не прячут».

Татенков, не отрываясь от дальномера, называл координаты, тип гранаты и способ поражения. Донцов быстро заносил все эти данные на магнитный диск компьютера, затем вынимал из ящика нужные гранаты и укладывал их в порядке очередности. Наконец перед гранатометом протянулась цепь из десяти разноцветных гранат.

— Готово, все десять, — тихо проговорил Олег.

Татенков наконец оторвался от окуляра дальномера и с сомнением посмотрел на молодого опера.

— Олег, ты уверен, что все будет в порядке?

— Если координаты точные, то все будет о’кей, — заверил Олег. — Да брось ты, Петрович, переживать, мы же это опробовали, все будет нормально.

— Ладно, уговорил, — хмыкнул старый вояка. — Выключи это чудо техники и иди передай Каскадеру, что у нас все готово, пусть там решают.