Камерон Уэст - Кинжал Медичи

Я похолодел. Бандит собирался выжечь у меня на горле свой логотип, букву «N».

— Только ей не надо.

Ноло ухмыльнулся:

— Какая трогательная забота. Милочка, наверное, в тебе действительно есть какая-то изюминка. Иногда я даже начинаю жалеть, что такие, как ты, на меня не действуют. — Теччи бросил взгляд в мою сторону. — Успокойся. Мисс Джанелли поедет с нами. Она пока нам нужна.

Теччи извлек из брючного кармана миниатюрный электрошокер, аккуратно коснулся им Джинни. Она мгновенно отключилась. Меня, видно, у машины оглоушили точно так же.

Он убрал электрошокер, щелкнул лазером. Направился ко мне.

— Джуи, Лон, помогайте. Держите ему голову. — Он посмотрел мне в глаза. — Кричи, но не очень громко, ладно, джокер?

Я сжал металлические подлокотники кресла, готовясь к боли.

Один из головорезов схватил меня за волосы, потянул назад. Загудел, заработал лазер. Крепкая ладонь прижалась к моему лбу. Я ощутил дыхание Ноло. Оно оказалось на удивление чистым. Качественная зубная паста и прочее.

— Теперь не шевелись, — приказал он. — Я люблю, чтобы все было аккуратно и красиво.

В воздухе запахло горелой плотью. Жгло неимоверно. Но я собрал волю в кулак и не проронил ни звука.

— Завиток внизу получился отлично, — пробормотал он, как школьник на уроке чистописания. — Твой папаша тоже получил такую отметину в своем кабинете. Пока мамочка преспокойно спала наверху.

Я стиснул зубы. Зажмурился.

— Никаких материалов да Винчи у него не было, я это проверил, — продолжил Теччи. — Но в любом случае с ним надо было кончать. Но папа не был таким крепким, как ты. Он кричал.

Сволочь.

Я еще сильнее стиснул зубы.

Заканчивая работу, Ноло развеселился, начал напевать мелодию «Джингл Беллз».

— Ну вот, почти готово. И снова пять с плюсом. Можете отпустить. — Он заглянул мне в глаза. Подмигнул. — Молодец. Храбрый. — Затем повернулся к головорезам: — Теперь тащите мисс Венецию в машину и возвращайтесь с канистрой. Побрызгайте вокруг. А ты, Джоко, собери тут все и смотри не споткнись по дороге, а то сломаешь вторую руку. Давайте шевелитесь, самолет ждет.

Значит, он собирается сжечь нас с Арчи живьем.

Из дома вынесли безжизненную Джинни. Конечно, ее ликвидируют тоже, как только она им станет не нужна. Лон и Джоуи вернулись с канистрами, разлили по полу прозрачную вонючую жидкость.

Ноло остановился у двери с золотой зажигалкой в руке.

— Arrivederci, [37] До свидания ( ит .). Бэтмен.

Он щелкнул ею, воспламенил бензиновый бикфордов шнур и быстро вышел, закрыв за собой дверь.

Комната мгновенно наполнилась дымом.

— Арчи! — крикнул я. — Арчи!

В ответ ничего, кроме шипения пламени.

Со штор оно уже перекинулось на сосновые потолочные балки. Начали лопаться оконные стекла. Я отчаянно задергался в кресле и вдруг почувствовал, что могу немного двигать ногами. Еще пара секунд, и мне удалось передвинуться вместе с креслом на несколько сантиметров к камину. Еще усилие, и еще небольшая подвижка.

Весь потолок затянул черный дым. Еще несколько минут, и дышать будет нечем. Я напрягся и повторил движение. Один, два, три раза.

Наконец кончики сапожек коснулись горячего стекла. Пользуясь крошечной свободой движения, какая у меня была, я ударил защитный экран. Стекло задребезжало. Я собрался с силами и ударил снова. Оно раскололось.

Глаза заливал пот, я почти ничего не видел, но все же удалось наугад сунуть ноги в огонь. Веревка перегорела как раз в тот момент, когда воспламенились джинсы.

Я вскочил, потащил за собой кресло к двери и начал отчаянно тереть джинсы о косяк, пока не сбил пламя. Потом добрался до кухни, открыл зубами ящик с ножами и перерезал веревки на запястьях. Мне была бы крышка, задержись я в гостиной еще на несколько секунд.

— Арчи!

В ответ ничего, кроме рева пламени. Я открыл краны, подставил голову под воду, затем смочил полотенце, набросил на себя и побежал по комнатам искать Арчи.

Он оказался в спальне в конце коридора. Лежал на полу, связанный по рукам и ногам. Как мне это удалось, не знаю, но я забросил его себе на спину — а он весил не меньше восьмидесяти килограммов, — разорвав все швы, так аккуратно наложенные накануне Попом, и, шатаясь из стороны в сторону, ринулся на выход. И вот наконец свежий воздух. Горячий, смешанный с дымом, но все равно свежий. Я проковылял еще несколько метров и положил Арчи на траву.

Чуть отдышался, осмотрел его. Ожогов вроде нет. Пульс прощупывался. Правда, лицо все разбито, и сам он по-прежнему без сознания.

У меня обожженная нога уже покрылась волдырями, спина в том месте, где разорвались швы, отчаянно саднила. Я уж не говорю о горле. Да и дыму я наглотался тоже изрядно.

К счастью, бандиты торопились и не стали обыскивать мою машину. Мобильный телефон был на месте. Я набрал 911, сообщил о пожаре. Затем достал из багажника сумку с деньгами, вытащил десять тысяч, сунул в бумажник.

Протащился метров на тридцать в лес, зарыл сумку под деревом, вернулся к Арчи и рухнул рядом на прохладную землю.

Куда они увезли мою Джинни?

Очнулся я в больничной палате со светло-розовыми стенами. Рядом стояла сестра, проверяла пульс. Часы показывали 9.18. Хорошо. Значит, потеряна только ночь.

Я потрогал повязку на горле. Сестру это, видимо, удивило, она рефлекторно шагнула назад.

— О, вы пришли в себя. Сейчас, я позову их. — Она повесила на спинку кровати дощечку с прикрепленным листком, куда заносила данные о моем состоянии, и вышла. Я увидел, что моя правая нога покоится на подушке.

От пациента на постели рядом меня отделяла тонкая нейлоновая штора. Я пригляделся. Вроде бы Арчи. Комплекция та же. Лицо почти все скрыто бинтами, к правой руке подсоединена капельница. На тумбочке негромко бикал монитор, регистрирующий работу сердца.

Я откашлялся. Горло как будто прочистили проволочной щеткой.

— Арч…

— Мм-м… — пробормотал он в ответ.

— Как ты?

— Мм-м…

— Спасибо тебе.

— Мм-м…

— Арч, скажи, тогда в пансионате это был ты?

— Мм-м…

— Я так и знал.

В палату вошли двое. Один в белом халате со стетоскопом — несомненно, доктор; другой в форме полицейского, седой, с большим животом, в больших очках. Еще один полицейский, молодой, застыл у двери.

Доктор просмотрел запись, сделанную сестрой. Затем подошел ко мне.

— Мистер Барнетт, я доктор Клувер и…

— Что здесь делают полицейские? — спросил я.

— Шериф вам сейчас все объяснит.

— Со мной пришлось повозиться?

— В общем, да. Ожоги первой и второй степени на запястьях и правой ноге, легкий разрыв ткани на правом предплечье. Пришлось восстановить швы на спине, наложенные ранее. Ко всему прочему, вы еще надышались дымом, так что некоторое время будут ощущаться боли в легких. И наконец, самое загадочное. В области горла довольно высокотехнологичным хирургическим инструментом вам кто-то выжег аккуратную букву N.