Иван Стрельцов - Бандитские игры

Я бросился к выходу, предварительно плотно закрыв дверь в помещение — все-таки на дворе не май месяц.

На противоположной стороне улицы стоял «Шевроле-Блейзер», возле кованой ограды суетился Андрей Акулов, он кого-то поторапливал. Наконец из ворот вывалился человек в дутой ярко-красной куртке (лучший цвет для беглеца, еще бы на спину белый круг), с большим чемоданом.

— Ну как там? — спросил Андрюха, заталкивая на заднее сиденье чемодан нашего клиента.

— Считаешь, я не в состоянии договориться с двумя колхозниками? — удивленно проговорил я, залезая на переднее сиденье.

Андрюха закрыл дверцу, обежал машину и сел за руль, «Блейзер» сорвался с места, проехал немного вперед, круто развернулся и, набирая скорость, помчался обратно.

— Знакомься, Каскадер, наш клиент вице-мэр города Хребет-Уральский — Картунов Вадим Григорьевич, — проговорил Акулов.

Я повернулся лицом к пассажиру и протянул руку, представляясь:

— Глеб Кольцов.

— Очень приятно, — ответил Картунов, пожимая мою руку — у него была тонкая, не по-мужски мягкая ладонь.

При свете фонарей, то и дело озаряющем салон машины, я мог разглядеть клиента. На вид ему лет сорок пять — пятьдесят. Короткая стрижка, высокий лоб, прямой нос, глубоко посаженные глаза, прикрытые сверху белесыми бровями. Большой рот с тонкими бесформенными губами. От уголков рта к носу шли две глубокие морщины, явный признак смешливости. Весельчак парень. Подбородок широкой округлой формы. Из увиденного можно было сделать вывод: «Неглупый, но и не волевой. Не удивительно, что попал в такую историю».

«Шевроле» буквально летел по узким улочкам Хребта, прыгая на ухабах и поднимая брызги воды и льда, подобные взрывам гранат.

Повернувшись к Акулову, я сказал:

— Андрей, верни мне мой «шпалер».

— В «бардачке», — бросил мой напарник.

Я открыл «бардачок» и достал оттуда белую кожаную сбрую с моим «макаром» в подмышечной кобуре. Сбросив куртку, надел себе на плечи ремни сбруи. Щелкнули замки застежки на поясе, под левым плечом ощутил приятную тяжесть оружия. Когда вооружен, даже самую критическую ситуацию не оцениваешь как безнадежную.

Вот мелькнули последние городские постройки, впереди только гаишный КПП, и все… дорога на Екатеринбург, а оттуда на Москву.

— Ну, кажется, дело сделано, — весело прокричал Андрюха.

— Слава тебе, господи, — набожно перекрестился Картунов.

Я успел только сказать:

— На Украине говорят: «Не кажи „гоп“»…

«Шевроле» выскочил из-за поворота прямо к КПП.

Возле приземистого здания, облицованного бледно-коричневой плиткой, с большими буквами ГАИ на крыше, стоял милицейский «жигуленок», рядом переминался автоматчик в бронежилете, надетом поверх шинели. А дорогу, ведущую из Хребта к трассе Тюмень — Екатеринбург, перекрывал «Икарус».

— Черт, твою мать, — нажав на тормоз и резко крутанув руль, выругался Акулов. Несмотря на свои габариты и вес, машина, как опытная фигуристка, развернулась на сто восемьдесят градусов и, набирая скорость, понеслась обратно в город.

Обернувшись, я глядел назад. Автоматчик вскочил в «Жигули», машина засияла разноцветными проблесковыми огнями и, оглашая окрестности воем сирены, рванулась за нами следом.

— Вот тебе и дело сделано, — буркнул я себе под нос — что толку всех заводить. Потом, посмотрев на Картунова, сказал: — Вы бы легли на сиденье. Не ровен час — стрелять начнут.

Картунов, не говоря ни слова, лег на широкое, как диван, заднее сиденье «Блейзера». Я повернулся к Андрюхе:

— Сейчас будет поворот, свернешь направо.

— И куда мы попадем?

— На той стороне ремонтное депо, — проговорил я, вспоминая макет города, который видел в местном музее. Но макет — всего лишь макет, надо было ознакомиться с маршрутом на местности. Думал, что обойдется. Не обошлось.

«Эх ты, оперативник, чекист, все напрочь забыл, чему учили. Расслабился, привык за толстосумами и их сучками следить. Совсем нюх потерял». Впрочем, корить себя уже не имело смысла. Нужно было использовать все возможности для того, чтобы уйти. В противном случае живьем нас отсюда не выпустят.

Не зная маршрута, Андрюха не мог по-настоящему «дать гари». «Шевроле» визжал тормозами, едва вписываясь в узкие повороты. Милицейские «Жигули», ревя форсированным двигателем, держались на расстоянии видимости, и нам никак не удавалось увеличить разрыв.

Мы въехали в совершенно дикий район: полуразрушенные избы, сараи, какие-то развалины, каменные коробки зданий складов и цехов депо.

— Вадим Григорьевич, где мы находимся? — срываясь на крик, спросил Акулов.

Катрунов, выглянув в окно, промямлил:

— Это район бывшей «нахаловки» возле депо, я здесь лет двадцать не был.

— Во черт, — выругался мой напарник. Мы выехали на какой-то пустырь. Под тяжестью лопнул лед, и машина едва не по самые оси провалилась в грязь бездорожья. Счастье, что это был вездеход, иначе — кранты.

Ревя натужно мотором и работая широкими вседорожными колесами, «Шевроле», подобно ледоколу, пропахал пустырь. Едва мы выехали на твердый грунт, как на другой стороне появился милицейский «жигуль». Из мигающей, как дискотека, машины выскочили двое стражей закона, они нерешительно остановились возле колеи, оставленной нашим «Блейзером», им такой подвиг не по колесам. Они быстро вернулись к своей машине и начали сдавать назад.

Мы возвращались обратно к центру. На освещенных улицах Андрей потушил фары и теперь ехал, ориентируясь по свету фонарей. Неожиданно на перекрестке он резко ударил по тормозам. В трех метрах перед нами пронеслась милицейская «Лада».

«Начали облаву по полной программе, — подумал я. — Подняли по тревоге все, что у них есть».

— Еще полчаса, — сказал Андрей, как будто угадав мои мысли, — и «мусора» плотно закупорят город. Вот тогда нам по-настоящему будет звездец. Или того хуже… Надо сейчас уходить.

— Давай прямиком, — сказал я, — попробуем уйти через Царское Село. Судя по макету, там есть дорога.

Но едва машина проехала перекресток, на заднем сиденье завизжал Картунов:

— Там нет дороги. Там сейчас песчаный карьер. Такой, что и танки его не переедут.

От страха у вице-мэра была замедленная реакция, но возвращаться было поздно, позади ревели милицейские сирены.

Мы обогнули в очередной раз Караульный курган, когда заметили несущийся нам навстречу патрульный «уазик».

— Пристегнись, — рявкнул мне Андрюха, рывком застегнув на себе ремень безопасности, и тут же вдавил педаль газа до упора — «Шевроле» по-звериному заревел, набирая скорость. Машины стремительно сходились, я сжал зубы и руками уперся в переднюю панель. Мгновение — и…

Водила «УАЗа» рванул в сторону, и мы разошлись буквально в полуметре друг от друга.