Михаил Март - Двуликое зеркало

Аркадий остановился возле двухэтажного особняка в одном из районов старой Москвы и вышел из машины. Возле дверей висела бронзовая табличка «Адвокатская контора М. А. Тихомирова».

Сначала он набрал пятизначный код, а потом вставил ключ и открыл дверь. За красивой резной дверью находилась железная, а следом стояла крепкая решетка.

Проникнув в помещение, он прошел мимо пустующей будки охраны и по мраморной лестнице поднялся на второй этаж. Новая дверь, приемная, стол секретаря, опять дверь и, наконец, кабинет.

Аркадий повесил пальто на вешалку, снял шляпу и, подойдя к окну, поднял жалюзи. На противоположной стороне переулка стояла серая «волга». Он не обратил на нее внимания. Светиться у окна не входило в его планы. Деловой походкой временный хозяин кабинета сел за адвокатский стол и осмотрелся. Четыре телефона, факс, компьютер, модем, настольный ксерокс, селектор.

Неожиданно один из телефонов зазвонил. Аркадий вздрогнул. Он с испугом смотрел на серый аппарат и не знал, что ему делать. Телефон не умолкал. Нервы не выдержали, и он снял трубку.

– Слушаю вас.

– Включите компьютер. Электронная почта.

В наушниках послышались короткие гудки. Аркадий выполнил предписание, и голубой экран загорелся. Через несколько секунд появились буквы. Слова составлялись медленно, текст набирал новичок, неладивший с клавиатурой. В итоге Аркадий прочел странную фразу: «Не забудь помолиться, придурок! Успешной дороги в ад!»

– Идиоты! – проворчал Аркадий. – Ну и работенка! Он их защищает, а они его запугивают. Тем не менее живет и в ус не дует.

Аркадий набрал номер Тихомирова и положил трубку на стол. Теперь пора позаботиться о сигнализации, а то не ровен час загребут как взломщика.

Он снял трубку красного телефона.

– Тяжелая-то какая.

Пальцы легли на клавиши, и он вспомнил номер. Как только кнопка с цифрой семь утонула в аппарате, раздался мощный взрыв. Ему снесло голову, и она разлетелась вдребезги, как переспелый арбуз, забрызгав стены, стол и ковер кровавой жижей. Руку вырвало из локтя с костью, а от начиненной взрывчаткой трубки ничего не осталось.

Тихомиров слышал взрыв. Он с тоской смотрел на телефонный аппарат и лежавшую возле него трубку. Спустя некоторое время адвокат положил ее на рычаг.

Он неторопливо встал, подошел к стенному шкафу и достал старое женское драповое пальто.

Из подъезда вышла старуха с хозяйственной сумкой и палкой. Переваливаясь с ноги на ногу, она медленно поплелась в сторону трамвайной остановки.

Как только в квартире раздался звонок, Лида тут же забыла о предосторожности и открыла дверь. На пороге стоял высокий мужчина с широкими плечами, проседью на висках и жестким лицом.

– Вы из милиции? Что случилось с Павлом? Она сказала сама все, что хотел услышать Медведев. Ему не пришлось представляться.

– Давайте разберемся вместе в этой истории. Могу я задать вам несколько вопросов?

– Да, конечно, заходите.

Лида проводила его на кухню и усадила на то самое место, где несколькими часами раньше сидела его жена. На столе еще стояли рюмки и бутылка с ликером.

– Когда ушел ваш муж?

– Ночью. Я спала. Меня разбудил капитан. Он задал мне тот же вопрос.

– Вы знаете, куда он мог уйти?

– Нет.

– Уверены?

Лида колебалась, потом не выдержала.

– У него есть женщина. Марина Кайранская. Артистка из мюзик-холла. Куда еще может уйти мужчина ночью?

– Такое уже случалось?

– Нет. По ночам он не уходил. Бывало, Павел не приходил ночевать, но так вот, среди ночи… первый раз.

– Ему угрожали?

– Всю жизнь. Павел связан с большими деньгами. Кому еще могут угрожать?

Сегодня все построено на деньгах. Но он относился к угрозам спокойно. Я не думаю, что его могли запугать.

– Расскажите мне о человеке, который был у вас вчера вечером.

– Когда я вернулась домой, у него сидел охранник. Раньше он не заходил в наш дом. Они что-то обсуждали. Потом охранник ушел.

– Вы знаете, как его зовут?

– Нет, имен их я не знаю. Во дворе находилось человек пять. Один даже в подъезде болтался. А этот у них главный. Он ездит на черном «БМВ». В лицо я всех знаю, но никогда с ними не общалась. Они следуют за Павлом по пятам. Если Павел дома, значит, охрана во дворе. Я уже привыкла к этому.

– Вы можете припомнить, в какой обуви они ходят?

– Те, которые гуляют по двору, одеты обычно, а те, что сидят в машине, носят каммуфляжную форму, будто собираются идти в атаку.

– Хорошо. Теперь поговорим о другом посетителе. – Медведев покрутил в руках рюмку. – Как звали эту женщину?

Несколько секунд Лида молчала, потом тихо сказала:

– Таня. У нее неприятности. Это чужая тайна, и я не могу вам ничего сказать. Она ушла от мужа, и ей требовалась помощь. Ее подозревают в том, чего она не делала.

– Давайте так, Лидия…

– Николаевна.

– Давайте так, Лидия Николаевна. Мы с вами прекрасно понимаем, что ваш муж банкир, а не милиционер. Чем он мог помочь женщине, которой грозит опасность?

Почему она обратилась к Сарафанову, а не пошла в правоохранительные органы?

Если мы установим некоторые детали ее визита, то нам легче будет найти вашего мужа. Эту женщину зовут Татьяна Медведева, и она тоже исчезла. Сказать правду – в ваших интересах. Время работает против нас. Мы можем опоздать. Речь идет о жизни и смерти.

Лида долго думала, сомневалась, но потом выложила всю историю как на духу.

Лицо полковника мрачнело и превращалось в глыбу льда.

– Вы сказали, что какой-то мужчина уже предлагал документы вашему мужу. Его имя упоминала и Татьяна, когда говорила об убийстве охранников в подъезде. Он завладел ее пистолетом, так?

– Фамилии его я не запомнила. Павел упоминал его звание. Кажется, майор.

То же самое говорила Таня.

– Может быть, Трошин?

Глаза Лиды вспыхнули.

– Точно, Трошин. Он пытался продать документы мужу, но у него ничего не вышло. Как могли те же бумаги попасть к Татьяне, я не знаю. Она об этом не говорила.

– Чем кончилась история?

– Павел обещал ей помочь. Я отвела ее к нашему соседу в квартиру напротив.

Когда она ушла от соседа, я не знаю. Она боялась выходить на улицу, пока во дворе паслись охранники. Мне кажется, она всего и всех боялась.

– Вы знаете о существовании гаража в соседнем дворе, где стояла одна из машин вашего мужа?

– Нет, мне ничего об этом не известно.

– Если бы он вышел ночью на улицу, то телохранители последовали бы за ним?

– Нет сомнений. Павел находился под жесткой опекой.

– Но он попал в соседний двор один. Как это могло получиться?

– Не представляю. Наш подъезд и черный ход выходят на одну сторону.

– Я могу осмотреть черный ход?

– Конечно.