Иван Сербин - Сделка

«Ростов — Шахты»… Один через сорок минут, другой через пятьдесят три.

Алексей огляделся. Пассажиров в зале ожидания хватало. Справа возвышалась стойка буфета, за которой колдовала вокзальная Мона Лиза килограммов этак на сто сорок, нагловатая мордатая баба, барски покрикивающая на жавшуюся в очереди, недокормленную трудовую интеллигенцию. Слева размещались кассы и окошко администратора. К нему-то Алексей и направился. Кто-то толкал его, кого-то он сам пихал локтями и на гунявое «ты че, мужик» отвечал коротко и ясно: «Пшел», даже не оборачиваясь, потому что обернуться означало бы, что называется, стыкнуться на кулачках, а это ему сейчас было ни к чему.

У окошка администратора, впрочем, как и у всех других, стояла небольшая очередь. В другое время Алексей, может быть, пристроился бы в хвост, но сейчас каждая потерянная секунда могла означать смерть. Он нагло пролез к самому окошку, подвинув правым здоровым локтем невысокую бабулю и почувствовав, что в ключице все-таки что-то болит — грохнулся солидно, со вкусом, летел, как космонавт, — наклонился пониже и спросил у администраторши, красивой видной женщины лет тридцати пяти:

— Послушайте, мне срочно нужен милиционер.

Та не собиралась отвечать. Видимо, у нее и своих

забот хватало. Она раздумчиво писала что-то на бланке, не глядя на стоящих у окошка посетителей.

«В самом деле, что ей до нас?» — неожиданно озлобленно подумал Алексей.

— Слышь, старуха, — хрипло дохнул он в самое окошко, — я сказал, мне нужен менток какой-нибудь.

Дама наконец оторвалась от своих записей и подняла на него глаза. Она и правда была весьма привлекательной. Классический образ совдеповской администраторши, войдя в который уже и не выйдешь. Дама и не желала выходить. Ей нравилось. Королева.

— Чего надо, — произнесла она почти вопросительно и в то же время с вполне четко читающимся оттенком «пошел отсюда».

Алексей подумал, что он и правда, наверное, выглядит сейчас не лучшим образом: порез на щеке, помятый, грязный, с потеками запекшейся крови.

— Я говорю, менток мне нужен, — еще больше понижая голос, хрипло выдохнул он.

— Давай вали отсюда, — голос у администраторши был совсем молодой, звонкий.

«Вот так глаза закрой, и больше двадцати семи не дашь, — подумал Алексей. — Вполне еще пригодная барышня».

— Давай-давай. Нажрался, иди домой спать, а то сейчас и впрямь позову. Сильно охота в вытрезвителе покемарить? — рот ее презрительно перекосился, а в глазах мелькнули злобные искорки. — Что, не слышишь, что ли? — продолжала женщина. — Я говорю, вали отсюда.

Очередь одобрительно зароптала.

— Цыть, — рявкнул на них Алексей смурно. Смолкли. Он вдруг неожиданно для самого себя ухмыльнулся криво и зло. — Ты че, коза? — заблажил, растягивая слова на блатной манер. — Ты че, в натуре? Ну, зови хоть всех ментов. Давай, блин, пока я вас тут всех, в натуре, не перемочил. Вы, падлы, обурели совсем, в натуре. По три часа у вас тут автобуса ждать. Эта тварь из буфета помоями кормит. Давай, зови своих ментов.

Администраторша не стала препираться, сняла трубку телефона и набрала номер:

— Леша, — Алексей улыбнулся: «То, что надо». — Леш, подойди сюда. Здесь какой-то бомж буянит. Утихомирить бы надо.

Алексей продолжал стоять, согнувшись и наблюдая за ней все с той же глуповато-пьяной ухмылкой.

Леша не заставил себя долго ждать, вынырнул откуда-то из толпы, молоденький пацанчик, в брюках и кителе.

«Наверное, из транспортников», — решил Алексей.

На руке у Леши болталась резиновая дубинка, которой он легко и уверенно поигрывал, словно уже примеряясь для удара.

— Эй, дядя, — дубинка несколько раз легко стукнула Алексея по плечу. — Ну-ка, давай на выход.

— Хорошо, командир. Ты-то мне и нужен, — вдруг совершенно спокойно и даже с облегчением произнес бомж, придвигаясь ближе. — Слушай, сержант, где у вас находится ФСК?

— Чего? — Леша оторопел.

Во-первых, при ближайшем рассмотрении бомж вовсе бомжем не выглядел. Одежда на нем была старая и потрепанная, но не бомжевская, без характерного запаха помойки, мочи и блевотины, и алкоголем от него тоже не пахло. А глаза были хоть и затравленные, но вполне трезвые и чистые.

— В ФСК мне нужно, сержант, — Алексей говорил быстро и собранно. Он понимал: если дать Леше возможность прийти в себя, он не дай Бог потащит его в отделение или устроит здесь концерт, чтобы все присутствующие могли удостовериться, как здорово работает транспортная милиция.

— Зачем? — Леша пока еще не пришел в себя.

— Понимаешь, сержант, я — летчик, капитан. Был в Ростове, вез документы в областной военкомат. Напали какие-то, избили, документы отобрали.

Глаза у Леши стали размером с пятидесятирублевые монеты. И такие же круглые.

— Ты чего? — Он даже отступил на шаг и еще раз внимательно оглядел Алексея с головы до ног.

— Командир, некогда. Не до вопросов сейчас. Где тут у вас ФСК?

Леша на мгновение задумался. Подобного ему еще ни разу не приходилось слышать. Да и бомжей таких он не встречал. Спинным мозгом сержант чувствовал: что-то не так, но вот что… Прислушался бы к гласу разума, но тот молчал.

— А это… почему без формы? — наконец нахмурился сержант, вновь оглядев Алексея.

— Так я же тебе говорю, — горячо повторил Алексей, — ограбили меня, ударили по голове, порезали. Видишь? — он повернул голову, демонстрируя Леше порез на щеке. — Вещи пришлось попросить у какого-то старика.

— Как попросить? — не понял Леша.

— Ну, как, как… Ты, сержант, странные вопросы задаешь. Постучал в окно и попросил что-нибудь одеться.

— Одеться? — повторил Леша, не переставая хмуриться.

— Нуда. А ты как думал? Что, я в трусах по морозу пойду? Но форма-то, Бог с ней. Документы там были. Мне теперь надо в ФСК доложиться.

— А где ограбили-то? — спросил сержант. — В электричке?

Алексей едва не сказал «да, в электричке», но тут же сообразил: ограбление на железной дороге входит в компетенцию транспортной милиции. Он не успеет еще мотнуть головой, а этот ревностный служака потащит его в отделение составлять протокол, снимать показания и прочее. Может быть, оно и неплохо, но убийцы — а Алексей не сомневался, что широкоплечие уже кружат по площади, вынюхивая следы, — получат перевес во времени. У них хватит ума осмотреть и автовокзал, и станцию, покрутиться, поспрашивать. Так что рано или поздно его найдут. А ФСК — контора серьезная. Там он будет в какой-никакой безопасности.

— Слушай, сержант. Подожди, а? Давай все вопросы потом? Ты мне сначала скажи, где у вас здесь ФСК?

— Да вон, через площадь, — кивнул Леша совершенно автоматически. — Трехэтажное здание, желтое, за почтой. Там на первом этаже наш горсовет.