Игорь Волгин - Алмаз королевы

Синицына уходила на работу в семь утра. Для Вики это было очень рано, но она всегда вставала вместе с подругой и помогала ей готовить завтрак. А когда та уходила, еще некоторое время спала. Но в последние дни, после непонятного исчезновения Бутыкина, спать она уже не могла. Неизвестность угнетала. Вика вздрагивала от каждого треньканья телефона, а звонки в квартиру и вовсе повергали ее в ужас. Она почему-то была уверена, что санитару удалось осуществить свой страшный замысел, но сам он, по-видимому, попался милиции. С той ночи ни он, ни Разгоняев в больнице не появлялись. Они отсутствовали без всяких объяснений. Не было их и дома. Оба как сквозь землю провалились.

Если они в тюрьме, то и Вике несдобровать. Они наверняка ее выдадут как свою сообщницу. Не выдержав неизвестности, она рискнула съездить на дачу к мужу. Дом был закрыт и опечатан. Поговорить с людьми, живущими в соседних дачах, она не осмелилась и сразу вернулась в Москву. Ясно, что преступление все-таки совершилось! Но куда в таком случае делись Бутыкин и Разгоняев?

Синицына не преминула отметить, что подруга стала хуже выглядеть, но приписала это на счет скорби по безвременно погибшему супругу.

— Тебе надо развеяться, — говорила она Вике. — Ты еще совсем молодая девчонка. Двадцать два года всего. Жениха тебе найти — раз плюнуть!

— Все-таки жалко Алешу, — бормотала та, а сама в страхе думала о том, что в квартире на Мичуринском проспекте ее скорее всего уже ждет милиция…

— А хочешь, я познакомлю тебя с одним парнем? — не унималась Синицына. — Отличный мужик, каратист, на руках тебя будет носить!

— Только не сейчас, ради Бога…

Утро выдалось теплым и ясным. Синицына только что ушла на работу. Вика бесцельно побродила по квартире, потом легла на кровать. Боже, и зачем только она согласилась на это идиотское предложение Бутыкина? Наверное, она слишком много выпила в тот вечер. Действительно, Гриша нравился ей больше, чем Петров, но неужели нельзя было уладить отношения с ними как-то иначе? Что ей теперь говорить на допросе в милиции? Наверняка всплывет дело и с фиктивными похоронами, и с этими мошенническими страховками…

Она только начала погружаться в тревожную дрему, как в квартиру позвонили. Звонок ее оглушил, заставив вскочить с кровати. Неужели это за ней?..

Она подкралась к двери и заглянула в «глазок». В следующий миг у нее едва не подкосились ноги. За дверью стоял Петров!

Несколько секунд она смотрела на него в «глазок», не зная, как поступить. Сердце билось как оглашенное.

Он еще раз позвонил.

— Вика, открывай же! Я знаю, что ты одна. Второй час околачиваюсь внизу, еле дождался, когда эта Синицына твоя умотает…

Она открыла. Небритый похудевший Петров ввалился в квартиру. Живой мертвец. Кажется, уже дважды мертвец!

— Уставилась, как будто в первый раз увидела! Пожрать есть чего? — Он заглянул в комнату, потом прошел на кухню. — Мне надо срочно драпать из Москвы, — сказал он, подсаживаясь к столу.

Вика начала доставать из холодильника еду. — Тут такие вещи творятся, что хоть беги без оглядки!…

— А что случилось? — спросила она, выдавливая улыбку. — Я думала, ты позвонишь мне сюда…

— Я потерял бумажку с телефоном… Ну да ладно. Вот что. Меня выследили.

—Кто?

— Бульдозер и его братва. Вика вздрогнула.

— Черт его знает, что тут происходит… — продолжал Алексей, откусывая от бутерброда. — В пятницу вечером они подвалили ко мне на хату. Хорошо, что меня не было. Не знаю, что у них произошло. Видимо, они устроили засаду, но, не дождавшись меня, начали выяснять между собой отношения… Устроили крутую разборку….

— С чего бы это? — пролепетала жена, наливая чай.

— Хрен поймешь, что на уме у этих бандюг. Короче, когда я пришел туда, они все валялись мертвые.

Вика ахнула.

— А это точно были парни Бульдозера? — спросила она и присела напротив мужа. Ноги уже не держали ее.

— Я видел Бульдозера собственными глазами! Вернее, его труп. И еще трупы мужиков, которые наезжали на меня. Я их всех запомнил.

— А больше… там никого не было?

— Живых — никого, только покойники. Если б кто из них живой остался,-я бы, наверно, не ушел оттуда так просто… — Алексей принялся открывать банку с кильками. — Их там было штук шесть или семь трупов. Вся кодла бульдозерская лежала… А может, на них напала какая-нибудь другая группировка? Ведь есть же у Бульдозера враги? Вот они их выследили и замочили всех до одного… А вообще не знаю. Темное дело… Я, конечно, быстренько сделал ноги. Хорошо хоть документов моих там не осталось, менты меня хрен найдут…

Вика тупо смотрела, как он поглощает рыбу прямо из банки.

— А ты не помнишь, — встрепенулась она, — не было ли там такого круглолицего, чернявого, с прыщами на лбу?..

Алексей закивал:

— Курчавый, на цыгана похож? Да, был! А ты откуда его знаешь?

— Он… — Вика запнулась. — Он был тогда в машине, когда на меня напали… Петров утвердительно кивнул:

— Замочили его.

Смутная Викина догадка подтвердилась. Она знала, что в пятницу вечером Бутыкин должен был дожидаться Петрова на даче. Получается, что санитар подвернулся бандитам под горячую руку и тоже погиб, и наверняка вместе со своим дружком Разгоняевым!

У Вики захватило дух. Хорошо, что муж не знает в лицо морговских санитаров! Он принял Бутыкина за одного из бандитов Бульдозера!

Алексей хлебной коркой выудил из банки остатки рыбы.

— Ума не приложу, как они меня вычислили… — добавил он с набитым ртом. — Я же вроде нигде не засветился. Сразу как у вас в морге появился труп, я ушел на дно. Нигде не бывал, ни с кем не контактировал… Вот только тебе пару раз позвонил в больницу… — Он перестал жевать и пристально посмотрел на жену. — А ведь они подвалили туда на другой день, как я показал тебе эту дачку!

— Не знаю, — растерялась Вика. — Я никому не говорила…

— Наверное, они тебя пасли.

— Да, наверное! — ухватилась она за эту догадку. — Мне показалось, что за мной ходит какой-то блондин. Но я все сомневалась: бандит это или нет?.. Я все делала, как ты говорил: ездила на троллейбусе, на электричке…

Он махнул рукой.

— Ладно. Чего уж теперь говорить. Может, все и к лучшему. — Алексей допил чай, встал и прошел в комнату. — Похоже, банде Бульдозера каюк. Даже если кто-нибудь из нее и остался, то им уже не до нас. Вчера весь день я крутился возле нашей квартиры на Мичуринском. Никакой слежки, все чисто…

— Ты не заходил туда?

— Понимаешь… — Он замялся. — Ключи я потерял.

Он не мог признаться, что всю ночь бежал, как трусливый заяц, настолько ошеломило его зрелище кровавых трупов, но больше всего — этот странный фотограф на шоссе. Магниевая вспышка повергла его рассудок в полнейшую панику, на какое-то время лишив способности рассуждать. До Москвы в ту ночь он добрался пешком. Ему всюду чудилась погоня. Два дня он ночевал в подъездах или на скамейках, благо ночи стояли теплые. Оставшиеся после пивбара деньги стремительно таяли, а на третью ночь его обчистила банда каких-то подростков, сняв с него куртку и часы. Петров остался совершенно без денег. К тому же в куртке находились телефонная книжка и ключи от квартиры.