Роман Каретников - Девушка с пистолетом ТТ

«Долго ли мы здесь продержимся?» – подумал Рачек.

- Здесь даже телевизора нет! – раздался за его спиной голос Алины.

- В самом деле? – изумился Рачек.

- Да, представьте себе. Вы что, не могли найти что-нибудь получше?

- Времени не было, - извиняющемся тоном произнёс Рачек, хотя по выражению его лица было видно, что извиняться он не собирается.

- Просто дыра какая-то, - Алина подняла сумку и с размаху швырнула её на тумбочку, досадливо кусая нижнюю губу. – Чем же тут заниматься всё это время?

- Книжку почитай, - флегматично предложил Рачек.

- Какую? Я не взяла с собой ничего.

Рачек взял со столика в прихожей книгу и бросил её на кровать.

- Это телефонный справочник, - глаза Алины округлились и заблестели.

- Другой нет, - пожал плечами Рачек и резко пригнулся.

Справочник, шурша страницами, пролетел над его головой, шмякнулся о стену и упал на пол.

- Так. Всё! Я здесь столько торчать не собираюсь. Сейчас же перезвоните Дмитрию Александровичу, пусть пришлёт за нами машину.

- И что? – спросил Рачек, усаживаясь в старое кресло с протёртой оббивкой.

- Вернёмся назад домой.

- А что там?

- Там? – Алиса на минуту запнулась. – Ну… там… Всё. Всё, что надо. По крайней мере, можно найти, чем заняться. А Артём Константинович увеличит охрану, и никто туда не сунется.

Рачек грустно посмотрел на неё.

- Если бы это было так, девочка, - сказал он, - мы бы с тобой оттуда не уезжали. Конечно, у вас там и кинотеатр, и спутниковое телевидение, и все твои вещи, к которым ты так привыкла, и бассейн, и многое другое, но… Кроме всего этого, там есть ещё люди, которые объявили войну твоему отцу. Эти люди не останавливаются ни перед чем. И если бы всё дело было только в охране. Ты же видела, что произошло с Марком Антоновичем, несмотря на охрану. А больше всего их интересуешь именно ты. Поэтому, там мы бы всё время находились под прицелом, в ожидании нового удара. Сейчас мы лишили их хотя бы этого преимущества.

«По крайней мере, на какое-то время», - добавил Рачек про себя.

- Но два дня, - простонала Алина. – Два дня. Здесь!

- Может быть и меньше, - мягко произнёс Рачек, хотя сам в это не верил. – Может быть, завтра ситуация переломится, и мы сможем вернуться.

Алина горестно вздохнула и, усевшись на кровать, принялась разбирать сумку.

Рачек же встал, проверил, как работает плита, включил холодильник и принялся перегружать в него съестные припасы из второй сумки. Продуктов было много, достаточно, чтобы продержаться дня три, или даже четыре, так что голодать им вряд ли придётся.

Затем Рачек зашёл в ванную, тщательно вымыл руки, сполоснул лицо и услышал, как в комнате у Алины запиликал телефон.

- Да? – донёсся до него её голос. – Да. Всё хорошо, папа… Уже на новом… Да так… ужасно, конечно, но жить можно. Если недолго… Хорошо… Хорошо… Сейчас. Вадим Петрович!

- Иду, - отозвался он, повесил полотенце, прошёл в комнату и взял миниатюрную «Нокию» Алины.

- Слушаю, - сказал Рачек, неуклюже держа аппаратик в своей огромной лапище.

- Это ты, охрана? – загремел у него над ухом властный голос. – Ну, как там у вас?

- Нормально. Пока держимся.

- Держитесь. Скоро эта байда закончится. Я здесь быстро наведу порядок. Только ты, охрана, гляди, не проморгай мне девочку. Понял?

- Об этом можно не говорить, - ответил Рачек.

- Ну, смотри… Хорошо смотри. Если что, лучше сам ляж, но чтобы до неё никто не дотянулся. Иначе..., - Гриценко многозначительно замолчал.

Рачек демонстративно зевнул, постаравшись, чтобы его зевок был хорошо расслышан на той стороне земного шара. По-видимому, такого никто себе ещё не позволял, потому что в трубке на короткое время воцарилось озадаченное молчание.

- Надеюсь, ты понял, - сказал, наконец, Гриценко. – Будут проблемы, обращайся к Ворохову или Соломину. С остальным - сам управишься?

- Управлюсь.

- Ладно, поверю. Но ты не спи там, охрана. Неси службу, как положено. Скоро буду.

- Не задерживайся, - ответил ему Рачек. – Счастливой посадки.

Гриценко молча отключился. Рачек опустил аппаратик и встретился со взглядом широко распахнутых глаз Алины.

- Вы сумасшедший? – утвердительно спросила она.

- Нет, - ответил Рачек, протягивая ей «Нокию». – На нашу работу сумасшедших не берут.

- С папой ещё никто так не разговаривал, - сказала Алина, покачивая головой. – Ни один человек себе не позволял такого.

- А ваш родитель со всеми так обращается?

- Бывает и покруче.

- В таком случае, мои искренние соболезнования им. Ты есть не хочешь?

- Пока нет.

- Захочешь, скажи. Я хоть и не дядя Миша, но что-нибудь придумаем.

Алина кивнула.

- Хорошо. Только готовить буду я сама, ладно?

- Ради Бога, я не настаиваю.

- Хоть какое-то занятие. А вы ещё не проголодались, Вадим Петрович?

- Согласен потерпеть за компанию. Тем более что мне воздержание не повредит, - Рачек хлопнул себя руками по объёмистому животу.

Он опять выглянул на улицу, ещё раз зашёл на кухню, проверил, как открывается рама окна, спрыгнул на крышу магазина, прошёлся по ней до самого конца, убедился, что спуск никаких затруднений не вызовет, и вернулся назад тем же путём.

Спустя два часа, когда Алина уже хлопотала на кухне, он набрал номер Соломина.

- Это я, - сказал он, услышав голос Артёма.

- Наконец-то. Как ваши дела?

- Дела у вас. У нас всё спокойно. Тишина и симметрия, как пел Высоцкий.

- Завидую.

- Сплюньте. Не то сглазите ненароком.

- Плюю. Значит никого?

- Ни души. А на вашей стороне? Ещё не успокоились?

- Какое там. Лезут внаглую, напролом. Пока, правда, без стрельбы, никто из наших больше не пострадал, но, многие заметили за собой слежку. Грубо работают, не маскируются, в общем, жмут на нервы. Пришлось, как и говорили, собирать всех в одном здании. Так что, сейчас переезжаем в «Индустриал-банк».

- Правильно, - одобрил Рачек. – Только, теперь смотрите, чтобы вас там всех скопом не накрыли. Я смотрю, эти ребята без тормозов, с них станется заложить пару зарядов.

- Уже думали, - успокоил его Соломин. – Здание оцепили двойным кольцом, так что люди сейчас в безопасности.

- А по самим гостям ничего?

- Пока ничего. Ищем.

- Тогда всё. Удачи вам.

- Всего хорошего.

Соломин отключился.

- Вадим Петрович! Вы идёте или нет? Стынет ведь, - в третий раз донёсся из кухни призыв Алины.

Рачек встал, спрятал телефон в карман куртки, набрал полную грудь воздуха, сладко с хрустом потянулся, разбросав руки в стороны, и направился трапезничать.

Сам ужин прошёл под флагом перемирия и восстановления добрых отношений. Алина стала понемногу свыкаться с мыслью, что какое-то время придётся побыть здесь и, хотя, как и прежде, не испытывала радости по этому поводу, но желание расправиться с Рачеком в ней несколько поутихло.