Сергей Самаров - Парад скелетов

— Нам — крышка! — поковыряв пальцем в ухе, словно вычищая оттуда грохот взрыва, сказал сержант английскому майору, который тоже все понял, хотя голову и не поднимал, чтобы полюбопытствовать, что от его вертолета осталось. В небо поднялся огромный гриб из черного дыма. Это все, должно быть, объясняло: от вертолета не осталось ничего. Даже колеса, наверное, перелетели через ближайший хребет.

— Какая крышка? — все-таки не понял вертолетчик. Или просто сделал вид, что не понял.

— Самая натуральная. От гроба. Готовьте гвозди и молоток, сэр, чтобы талибы их не искали. Забить гвозди они сумеют, будьте уверены.

— В кишлак бежать… — повторил майор фразу, которой чуть раньше плешь проел на голове сержанта. — Там спрятаться…

— Какой дурак будет нас прятать! Кто захочет за нас собственную задницу талибам подставить! Нет здесь таких! Да и путь уже отрезан. Те парни, что на нас у костра напали, уже путь нам отрезали. Сейчас начнут в спину стрелять. Что скажешь, Рейциг? Как умирать будем?

— Как прикажете, сэр. Я бы предпочел как на базаре, но без долгой торговли.

— Это как? — спросил английский вертолетчик, возмущенный легким отношением «марин» к смерти. Майор не собирался умирать. Он не собирался умирать никогда. То есть предполагал, что когда-то придет старость. Но думать о том, что он тоже умрет, майор считал лишним. И фатализм американцев злил англичанина.

— Просто, сэр. Дорого!

— Они же обменивают пленников… — напомнил вертолетчик. — Если мы попадем в плен, нас обменяют на пленных талибов.

Сержант Прицолла зло хохотнул над наивностью майора.

— Не всех меняют. И не всех в плен берут. Они никогда не берут в плен тех, кто уложил кучу их парней. Нас они в плен брать не будут. Они сильно на нас злы. Если даже захватят, то долго будут над нами издеваться, будут пытать, а потом все равно убьют. Будьте в том уверены, и помолитесь, сэр, если вы верующий.

Майор, слушающий сержанта с широко раскрытыми испуганными глазами, послушно встал на колени, и начал вдруг истово креститься, что-то бормоча себе под нос. Его бормотание на молитву походило мало. Впрочем, плач, наверное, тоже может быть молитвой.

— А вы что, православный? — спросил его сержант-индеец.

— Почему? — растерялся майор от вопроса.

— Справа налево крестятся только православные. Все остальные христиане крестятся слева направо. Вас разве не учили креститься?

— Мои родители были атеистами, — сказал майор.

Автоматные очереди, раздавшиеся сверху, со стороны кишлака, заставили майора с колен перейти в лежачее положение очень резко. Но ни одна из пуль его не задела. Для прицельной стрельбы расстояние было слишком велико.

— Оружие у них старое. Стреляют из «АК-47», — определил Прицолла по звуку.

— Да, я еще наверху так подумал, — согласился рядовой Рейциг. — Но там было и два «АК-74».

— Внизу тоже «сорок седьмые», — сказал сержант. — Наверное, какая-то местная банда. Их из кишлака позвали. Может, даже и не талибы, а просто бандиты. Или наркомафия. Кто их разберет.

— А разве сами талибы — не наркомафия? — спросил английский майор.

— Нет, сэр. Талибы преследовали наркоторговцев. Уничтожали маковые поля. Они считали, что на полях должно расти то, что может людей прокормить.

Сверху дважды выстрелили из подствольников. Гранаты разорвались чуть ниже по склону. Потом последовало еще два выстрела. Теперь гранаты значительно не долетели.

— Классическая «вилка», — сказал, как приговор себе подписал, сержант. — Сейчас накроют. Прячемся между камней.

Он первым забрался в расщелину. Нашли себе убежища и рядовой с английским майором. Следующие два выстрела из подствольников легли точно на позицию натовцев. И не успей они спрятаться, их вполне могло бы накрыть осколками.

— Они нас видят? — спросил майор.

— Едва ли. Иначе мы тоже видели бы их, — здраво рассудил Рейциг. — Если головы задирать не будем, не поймут, попали в нас или не попали.

— Да, на колени, сэр, лучше не вставать, — посоветовал англичанину сержант.

Одновременно сверху и снизу заговорили автоматы. Стреляли беспорядочно и бестолково. Ясно было, что стрельба идет для прикрытия какой-то другой группы, выходящей на рубеж, откуда можно расстрелять натовцев. Прицолла изловчился, выбрался из своего убежища, и просунул голову между двух камней.

— Снизу поднимаются. Восемь человек. Уже близко. Рейциг!

Сержант вытащил из подсумка ручную гранату, следом за ней и вторую. Рейциг свои гранаты не тронул, но снял две гранаты с пояса убитого Солимана. И занял позицию рядом с сержантом. Гранаты они бросили одновременно, сначала пару, и следом вторую пару. Бросали навесом, не глядя. Сами спрятались за камни. И, как оказалось, сделали это не напрасно. Сразу активизировался обстрел со всех сторон.

Прицолла снова голову между камней высунул. Туда пули не попадали.

— Удачно, Рейциг! Один в живых остался. Ранен. Убегает, хромая.

— Будем ждать следующей попытки, — сделал вывод рядовой.

— А до этого спрячемся.

«Марины» снова полезли в расщелины. Английский вертолетчик свою расщелину и не покидал, устроившись там почти со всеми удобствами, за исключением, наверное, туалета. Обстрел из подствольников начался вскоре. Стреляли много, с разных сторон, и большей частью мимо. Только три гранаты легли поблизости. Но у талибов тоже не было на вооружении «лягушек», и потому осколки не могли повредить натовцам.

— Долго мы так прятаться будем? — спросил майор.

— Долго, сэр. Пока не убьют, — со знанием дела объяснил сержант Прицолла.

— До ночи не дотянем, — оценил ситуацию рядовой Рейциг. — Постараемся последний день своей жизни прожить так, чтобы он не только нам запомнился.

Обстрел из подствольников прекратился одновременно с каким-то воющим по нарастающей звуком. Горы искажают все звуки. А потом ухнул взрыв. И ухнул он там, наверху, на позиции талибов. А следом за ним новые воющие звуки слились в один, и грохнуло еще три взрыва.

— Я начинаю надеяться, что нас спасут, — просто и почти равнодушно, только что не позевывая, констатировал ситуацию сержант Прицолла.

— Минометы, сэр, — констатировал рядовой Рейциг.

— Здесь поблизости нет никаких наших воинских частей, — выбираясь из щели, сказал английский вертолетчик.

Целая серия еще более сильных взрывов, словно в опровержение слов англичанина, раздалась и на нижней позиции талибов.

— А это уже ракеты, — сообразил рядовой.

— Класс «воздух — земля», — подтвердил сержант и показал пальцем на небо. — Беспилотник нам в помощь. Не зря, выходит, господин майор молился, хотя креститься его в детстве и не научили.

— Может быть, сэр, — предположил Рейциг, — потому и сработало, что он иначе крестился. Я сколько ни крещусь слева направо, у меня не срабатывает.