Сергей Самаров - Парад скелетов

— В эту парочку не стрелять. Захватить их следует живыми. Принстон!

Лосовски говорил, видимо, в микрофон своего шлема. Прицолла уже видел миниатюрный микрофон и посчитал его удобным средством коммуникации.

Лосовски увидел протянутую к нему руку и дал бинокль майору Томпсону.

Англичанин рассматривал талибов долго и тщательно. Но не нашел что сказать и вернул Лисовскому бинокль. Определить, что за люди среди талибов, не смог и он.

— Значит, так, Принстон, — продолжал между тем капитан. — Мины должны ложиться позади талибов. Пятерых мы общими усилиями перестреляем. А двоих следует брать живьем. Мне кажется, это вообще не афганцы. Вопрос политический. Нужно проверить, кто за них воюет. Или даже так сделаем… Оставляйте минометы на месте и быстро к нам. Нам лишние стволы не повредят.

Ответы Принстона слышны были, наверное, только самому капитану Лосовски. Но, судя по тому, что капитан больше ничего не спрашивал и команд никаких не давал, его поняли, и капитан остался ответом удовлетворен.

Подтверждением тому стало появление троих бойцов в экзокостюмах. Прибыли они быстро, но даже не запыхались.

Талибы в момент прибытия трех бойцов группы Лосовски находились в низинке. Но скоро взобрались на пригорок, после которого от засады их отделяло только двести футов [14] Двести футов — чуть больше шестидесяти метров. свободного пространства, как определил сержант на глаз. А глаз его обычно не подводил.

— Пару в камуфляже не трогаем. Остальных, по порядку, как мы лежим, разобрали каждый своего. Огонь открываем по моей команде, залпом.

Прицолла изначально держал на прицеле как раз одного из камуфлированных. Теперь перевел прицел на следующего. Капитан Лосовски не был уверен в стрелковом мастерстве всего своего отряда и потому дал талибам приблизиться еще на сто футов. И только тогда прозвучала команда. Сам Лосовски не стрелял, но наблюдал в бинокль за результатами.

— Огонь!

Залп грянул дружно. Все стреляли в автоматическом режиме, короткими очередями. От ближайших скал, ударившись в них, отскочило эхо выстрелов. И потому вход в ущелье наполнился грохотом. Пятеро талибов свалились сразу. Обычно не носят бронежилетов. Хотя в последнее время и они стали предохраняться от пуль средствами защиты. Созрели.

Двое оставшихся в живых сделали по паре очередей, и, пригнувшись, попытались отступить короткими перебежками, часто оборачиваясь и отстреливаясь.

— Принстон! — сказал капитан. — Хватит заряда аккумулятора?

— Хватит.

— Работайте!

Трое бойцов в экзокостюмах поднялись в полный рост. Управляли своими костюмами они точно так же, как и Лосовски, с помощью тачскрина на левой ладони. И понеслись вперед стремительно. Со скоростью автомобиля. А если учесть, что автомобиль стремится двигаться большей частью по прямой линии, а бойцы в экзокостюмах передвигались резкими зигзагами, чтобы затруднить стрельбу в них, то скорость у людей была, возможно, и выше автомобильной. Несколько секунд прошло, и преследуемые были настигнуты и сбиты с ног. При этом они были так напуганы внешним видом бойцов группы Лосовски, что забыли о сопротивлении.

Сам Лосовски двигатели своего костюма на высокую скорость не включал, хотя и передвигался значительно быстрее двух «марин» и английского вертолетчика. Когда те подошли к пленникам, капитан уже заканчивал разговор. При этом вытащил из кармана свою трубку и набрал номер, только что, видимо, ему названный. Один из пленников полез в карман и вытащил свою трубку, заливающуюся затейливой восточной мелодией. И ответил. Лосовски на своей трубке нажал клавишу завершения разговора.

Сержант Прицолла не понимал ни слова.

— Кто они? — спросил все же майор, пользуясь своим званием и некоторой независимостью. Озвучил он при этом вопрос, который хотели бы задать и «марины».

— Они с Северного Кавказа, из России, — просто ответил Лосовски. — Проходили обучение в лагерях талибов. Скоро думают домой вернуться и там применять свои знания против русских. Принстон, верни им оружие. Пусть идут. Мы скоро увидимся.

Вспышки на шлеме капитана снова засверкали. Он сфотографировал понурых пленников…

Два талибских стажера ушли торопливо и сначала часто оглядывались, словно ожидали расстрела в спину. Но в них не только не стреляли, на них даже не смотрели.

Принстон уже не имел возможности за минометом сходить. Аккумулятор его экзокостюма отказался работать. И только помигивала красная сигнальная лампочка на запястье, где вместо часов крепился какой-то блок приборов.

— Сиди, лейтенант, пока командир работать будет, — показал капитан, что тоже не гнушается физических нагрузок, и с двумя другими своими бойцами отправился туда, где были оставлены минометы и мины.

Вернулись все трое быстро, нагруженные контейнерами. На запястьях двух бойцов тоже мигали красные лампочки. Один только аккумулятор Лосовски еще был в рабочем состоянии.

— Все! — сказал Лосовски, вытаскивая из рукава похожий на трубку сотовой связи прибор и вытягивая из него длинную антенну. — Включаю радиомаяк. Будем ждать вертолета.

Сержант Прицолла коротко глянул в сторону ущелья, в котором уже скрылись двое недавних пленных. До высоких скал, обозначающих вход, они добрались очень быстро. В нормальной обстановке, наверное, времени на этот путь потребовалось бы вдвое больше. И оба скрылись за поворотом.

— Они лейтенанта нашего сильно испугались, — уловив взгляд сержанта, сказал капитан Лосовски. — С перепугу даже о сопротивлении забыли. Насмотрелись фильмов о звездных войнах и на внешний вид обращают внимания больше, чем на сущность. Но это тоже следует иметь в виду. Психологическое давление может оказаться в какой-то момент более действенным средством, чем силовое.

— Я сам, когда вас увидел, понять не мог — то ли роботы, то ли «зеленые человечки», — без улыбки признался сержант Прицолла. — Не слишком приятно было на вас смотреть, честно скажу.

— Да, непонятное всегда пугает, — согласился и майор Томпсон.

Впрочем, о своем испуге майор предпочел не распространяться.

— Это, наверное, тоже следует учесть, когда я буду писать отчет, — сказал капитан. — Особенно, мне думается, экзокостюм производит впечатление на малоинтеллектуального противника. Первый сегодняшний пленник, тот полицейский, которого я пристрелил, смотрел на меня так, что глаза, казалось, вот-вот лопнут. И только одно слово повторял: «Куффар [15] Куффар — иноверец, неверный, нечестивец (арабск.). , куффар»…

— Мы для них все куффары, — заметил майор Томпсон, — в каком бы костюме ни предстали.

— Все мы для них куффары, соглашусь, — кивнул Лосовски. — Но к куффарам тоже может быть разное отношение. Вас вот хотели уничтожить, а нас испугались. Это как раз и говорит о том, какое значение имеет психологическая атака.