Сергей Самаров - Парад скелетов

— Не знаю. Надо на месте смотреть.

— И никто не знает. Установка апробировалась несколько лет назад, когда в Грузии разгоняли митинги оппозиции. Мы поинтересовались. Действие направленное. Но с расширением по мере удаления от источника. Примерно то же самое происходило во Франции. Там тоже испытывали на массовых выступлениях… Из Грузии у нас есть только видеоматериалы, но они позволяют сказать, что слабое действие оказывалось на тех, кто стоял в стороне. Из Франции нами была получена даже копия отчета МВД Франции. Там положение было хуже. Установка действовала и на тех, кто ее использовал. Поэтому будем исходить из грузинских реалий. Атаковать группу Лосовски и Айтмырзаева можно только сбоку или с тыла. Это первое. Второе. Работать на опережение. До того, как установка будет подготовлена к использованию. По нашим данным, запаса аккумуляторов у нее практически нет, и работает психотронный генератор на токе, вырабатываемом простым солярочным генератором переменного тока. Понимаешь ситуацию?

— Понимаю.

— Если не успел атаковать, спасайся бегством. Тем не менее рюкзак туалетной бумаги я бы тебе рекомендовал запасти.

— При моем «скафандре» это бесполезно. Не успею снять. А где солдаты? Мне сказали, что мы летим с солдатами.

— Едут. Их ждем. Вон, кажется, машина. Двигатель шумит.

— Не понимаю только, зачем мне чужие солдаты. Мне бы свой взвод под команду.

Полковник промолчал, но посмотрел на меня странно. И я все понял. И потому не удивился, когда при загрузке в самолет первым в салон вошел старший сержант Серегин. Нашел меня взглядом, козырнул:

— Товарищ полковник, разрешите обратиться к товарищу старшему лейтенанту.

Михайленков рукой махнул, разрешая.

— Товарищ старший лейтенант, взвод прибыл в ваше распоряжение. Разрешите продолжить загрузку?

Хотелось радостно улыбнуться, но я побоялся, что от моей радости исчезнет радость в глазах Серегина…

Перед наступлением темноты пришли четыре человека. Бородатые лица, на груди автоматы, на поясе подсумки с гранатами, только кинжалы зубами не сжимают и платков на лицах нет, иначе стопроцентные кавказские абреки, какими их представляют в фильмах. С настоящими абреками Лосовски не встречался, но считал, что каждый выходец с Кавказа немного абрек.

Полковник Перескатис заговорил с ними о помощи по переноске груза, проводники решили торговлю устроить. Капитан Лосовски, когда понял, в чем дело, прервал полковника.

— Мы свой груз сами понесем. Никому не доверяем. Презентационная техника.

Полковник перевел сказанное. Проводники сразу сникли, исчезла наглость…

В принципе, психотронный генератор не тяжелый, был приспособлен для переноски. Единственное, приходилось нести с собой запас солярки для обеспечения энергоустановки. Но запас этот был небольшим. Солярку кавказские бандиты пусть добывают себе сами. Это, наверное, не сложно даже в России.

Как только стемнело, двинулись в путь. Шли сначала по улице села. Улица, естественно, не освещалась. Но за невысокими заборами в темноте виднелись фигуры людей. Группу провожали взглядами, удовлетворяя свое любопытство, местные жители. Капитан Лосовски вполне допускал, что среди них может оказаться и информатор ФСБ, но что-то противопоставить этому он не мог и только надеялся, что горцы, которые всегда любят представлять себя людьми чести, таковыми и являются. Однако предпринимать что-то уже поздно. Даже если и вернуться в дом, откуда они вышли, соглядатай ФСБ не поверит и будет всю ночь караулить и ждать, когда группа уйдет.

Значит, следует соблюдать осторожность при переходе границы. Соглядатай может сообщить российским пограничникам, и группу встретят автоматными стволами. Но группа капитана Лосовски была хорошо экипирована, и приборы могли помочь обнаружить засаду. Шлем каждого из бойцов был снабжен тепловизорной оптикой. И любую засаду можно будет обнаружить заранее.

Как только закончилась улица села, закончилась и дорога. Каменистая тропа вела вниз, к берегу речки. Света звезд явно не хватало для того, чтобы не спотыкаться, и капитан Лосовски первым опустил на шлеме очки ночного видения [33]. За ним последовали и другие бойцы группы. У чеченских проводников таких очков не было, но они, кажется, как волки, обладали способностью видеть в темноте и шли не спотыкаясь.

Тропа вывела к воде. Проводники вошли в речку, группа Лосовски последовала за ними. И дальше путь шел уже по руслу мелкой реки. Здесь споткнуться было трудно, несмотря на то что дно не просматривалось в темноте ночи. Просто камни, о которые можно было споткнуться, над поверхностью выступали заметно. А вокруг тех, что не выступали, вода слегка бурлила, и очки ночного видения позволяли это рассмотреть. Но скоро стало светлее, потому что из-за гор выплыла луна.

Ваха, старший из проводников, остановился и дождался, когда с ним поравняется капитан Лосовски.

— Скоро с грузинскими пограничниками встретимся, не пугайтесь, — сказал с легкой насмешкой на плохом английском.

Взгляд у Вахи был высокомерный, как у большинства чеченцев, которых Лосовски встречал в своей жизни.

— Мы не из пугливых, — ответил капитан. — Но хорошо, что предупредил. А то могли бы расстрелять их.

— Не надо. Они, конечно, жадные, но свои деньги отрабатывают.

Наряд пограничников показался как раз перед поворотом реки. И, увидев группу, пограничники сразу развернулись и двинулись в обратную сторону. Так, должно быть, договорено. Пограничники свою оплату отрабатывали.

Шли еще с десяток минут по дну речки. Свернули вслед за руслом, но на берег не выходили. Обувь уже начала промокать.

— Ваха, — позвал Лосовски. — Когда будем границу переходить, предупреди. Я в тепловизор осмотрю.

— Мы уже давно в России. Когда грузин увидели, мы как раз границу переходили. Они участок для нас охраняли. Если бы к нам пошли, значит, переходить нельзя. Ушли — можно.

На берег выбрались только через полчаса, когда на небе начали одна за другой гаснуть звезды. Звезды гаснут обычно перед рассветом. Но в горах рассвет наступает позже, чем на равнине. Солнцу тоже требуется время, чтобы преодолеть участок неба, закрытый горами.

— Мы в Чечне?

— Мы в Ичкерии. Так мы свою страну зовем. Это русские зовут ее Чечней.

— Чечней ее зовут и в Америке, и в Европе, — не согласился Лосовски. — Но нам надо в Дагестан. Это долго?

— Завтра утром будем там. Не переживай. Мы поведем вас, где другие не ходят. Ночевать придется в горах. Но ночи сейчас короткие. А там, где мы пойдем, особенно. Там высоко.

— Дорога трудная?

— Дороги вообще нет. Нет даже тропы…

Тот факт, что не мне одному предстояло мучиться, передвигаясь в «скафандре», не утешал. Бойцы группы испытателей на мой костюм смотрели с некоторой завистью. Наверное, потому, что он легкий, как я понимал из предоставленных мне ранее документов.