Сергей Самаров - Парад скелетов

Если день так удачно начался, можно было ждать, что он так же и продолжится. Он и продолжился удивлением Ирины Анатольевны моими успехами.

— Во сне учился, — сообщил я жуткую тайну шепотом.

Правда, полковник Михайленков настроение мне все же слегка подпортил, привел специалиста по татуировкам…

На ночной режим работы полностью группа перешла за три дня до вылета. Обычно и сам капитан Лосовски, и его бойцы быстро проходили акклиматизацию, тем более что климат Скалистых гор сродни климату Кавказа, но к перемене времени следует привыкать заранее. Трех суток для этого должно было хватить. Летели не напрямую, а сначала в Турцию на американскую военно-воздушную базу самолетом военно-транспортной авиации и оттуда уже на самолете попроще отправились в Грузию, где группу прямо на аэродроме встретил камуфлированной масти HMMWV [32], куда перегрузили все оборудование. Для группы места тоже хватило.

Рядом с водителем-грузином сидел стопроцентный американец со стопроцентной американской улыбкой, показывающей стопроцентно вставные идеальные зубы. Капитану Лосовски стоило большого труда не улыбнуться в ответ.

— Полковник Перескатис, — представился стопроцентный американец. — Меня попросил курировать вашу группу старший агент Кант.

Поездкой командовал, естественно, Перескатис. И маршрут выбирал, как и обещал Льюис Кант, тоже он. В город они не заезжали, хотя Лосовски много слышал о своеобразной красоте Тбилиси, сохранившего старинные замки, и хотел бы посмотреть. Но это можно сделать и на обратном пути… Боб Лосовски во время операции всегда был слегка суеверным и потому сразу одернул себя: зачем загадывать…

Грузинские дороги были настолько истерзаны временем и людьми, что Лосовски вспомнил про любимый «Сильверадо». Но и для HMMWV преград не существовало. Единственное, что могло помешать мощному броневику передвигаться, это высокогорье с его обычным кислородным голоданием. Когда преодолевали один за другим три перевала, чувствовалось, что двигатель задыхается и снижается его знаменитая тяга. Капитан Лосовски слышал о такой проблеме еще в Афганистане, где горы еще выше. Тем не менее машина перевалы преодолевала и ехала дальше на север. Но Грузия — далеко не Соединенные Штаты. Чтобы пересечь Грузию, даже не на самой быстроходной тяжелой машине, требовалось всего несколько часов.

— Скоро в чеченское село въедем, — предупредил полковник Перескатис. — Там попрошу всех быть сдержанными и аккуратными, не соваться куда не следует и самим не подставляться. Чеченцы народ ненадежный. Всегда могут что-то стащить, а обнаглеют или слабину почувствуют, попробуют просто отобрать. И чуть что, за оружие хватаются. С ними даже местные пограничники не связываются. Предпочитают решать дела миром.

— Нам с ними идти, сэр? — спросил Лосовски.

— Нет. Мы дождемся только группу сопровождения. Тоже чеченцы, но которых мы оплачиваем. Они нас и поведут.

— Они надежные?

— Не знаю. Пока не подводили. Знаю, что жадные. Всегда требуют в десять раз больше, чем получают в итоге. С ними нужно уметь торговаться. Они с другой стороны. Из России. Поведут, получается, домой…

— К месту встречи, сэр, — поправил Лосовски. — Нам нужно пройти к месту встречи. В Дагестан. Дальше мы от помощи вашей группы откажемся. Нас там собственная группа встретит.

— Я в курсе. Они доведут вас, куда требуется. Потом будут возвращаться, чтобы я с ними расплатился. Расплачиваться, во избежание неприятностей, я буду только после вашего сообщения об удачном завершении маршрута. Номер мой запомните. Связь здесь устойчивая. Оператор российский, обслуживает русские погранзаставы и местных жителей, в основном по ту сторону границы. Их вышка охватывает и грузинский район. Для местных жителей, живущих по эту сторону границы, это неудобно. Оплату приходится производить в России. Впрочем, к таким неудобствам они уже давно привыкли. Для многих пересечь границу то же самое, что для американца перед завтраком сходить в булочную.

— Вы с нами не идете?

— К сожалению… У меня нет полномочий на переход границы. Я лицо дипломатическое. И аккредитован только в Грузии. Следовательно, на дипломатический скандал нарываться не намереваюсь. Вам проще. Собрались и пошли… на экскурсию…

— Да, сэр, мы любим экскурсии, — согласился капитан…

Мое выздоровление дошло до определенного уровня и словно приостановилось. Дальше пошло вполне обычными темпами, что вызвало удовлетворение заведующего отделением госпиталя. Он хотел рекомендовать мне физиотерапевтические процедуры, но долговязый профессор, присоединивший к моему костюму кучу всяких датчиков, оттягивающих мой пояс, и постоянно записывающий их показания, заверил заведующего отделением, что костюм полностью восполняет восстановление. Врач показания датчиков посмотрел и согласился. Моего согласия в данном случае никто не спрашивал, никто не интересовался, насколько я устал таскать на себе эту амуницию, которую время от времени приходилось подключать к простой розетке, чтобы подзарядить аккумуляторы, хотя они, кажется, в определенной степени заряжались и при простом моем движении руками и ногами. Врача больше всего беспокоило мое правое плечо, хотя меня оно уже беспокоить перестало. И я, несмотря на наставления врача и долговязого профессора, снимал на ночь часть костюма, заменяющую мне «вертолет».

В один из дней у меня слегка поднялась температура. Это показали датчики костюма, да и сам я чувствовал. Врач вместе с долговязым, посовещавшись, пришли к мнению, что это реакция организма на большую татуировку. Обычно такие объемные татуировки делают в несколько заходов. В любом случае, краска отравляет если не весь организм, то раздражает кожу. И у меня на нескольких участках появилось воспаление. Так что физиотерапевтический кабинет посетить мне все же пришлось, где воспаленные участки облучили ультрафиолетом. Воспаление прошло.

Меня самого, как и полковника Михайленкова, больше всего беспокоили уроки арабского языка. Занимался я усиленно, и даже собственный язык, казалось, слегка покрылся трещинами от чрезмерных усилий. Но преподавательница была довольна.

Когда полковник Михайленков, выслушав доклад Ирины Анатольевны, сообщил мне, что капитан Лосовски со своей группой уже вылетел в Турцию, а оттуда вылетает в Грузию, я почувствовал облегчение. Мне, в силу характера и в силу специфики привычной службы, надоело быть подопытным кроликом у людей, делающих экзокостюмы и экзоскелеты. Хотелось действия…

— Ты когда будешь готов? — спросил Михайленков.

— Минут через пять, товарищ полковник. Только зубы почищу, и все, — пообещал я.