Анатолий Сарычев - Резервный агент ГРУ

— Сначала приехали Большие братья, а потом наше начальство! Я не мог говорить! — с ходу отрапортовал ГАИщник.

— Что Большой Брат хотел? — быстро спросил Игорь, смотря на куратора, который постучал указательным пальцем по циферблату наручных часов, поднеся их к лицу Игоря.

— Спросил: знаю ли я твой машина? Почему тебя не остановил? Почему не оштрафовал? Сказал, что разговаривал по телефону и не заметил машину. Но их я остановил и даже кагаз [58] бумага, в данном случае документ, удостоверение узб. жарг. Прим автора посмотрел! — похвастался Анвар.

— Что в ксиве написано? — скороговоркой спросил Игорь, вспоминая фильм «Бриллиантовая Рука» откуда и пошло это название документа в массы.

— Старший лейтенант Никифоров Сергей Мефодьевич! Девятое управление! — доложил Анвар и буквально через секунду, спросил:

— Когда анализы пойдем сдавать?

— Я тебе вечером позвоню! — оборвал разговор Игорь и нажал красную кнопку отбоя.

— Тебе есть, где отсидеться пару дней, пока мы будем наводить справки по комитету? — спросил куратор, забирая из рук Игоря телефон.

— Я сейчас еду в Чимган в зону отдыха ТВРЗ и буду там примерно неделю. Надо закончить расчеты для Тангипротранса. Вы же меня упрекнули в легком зарабатывании денег! Надо их отрабатывать! Дней пять из-за стола не встану! — подкинул шпильку Игорь.

Судя по тому, что куратор не задал ни одного вопроса по поводу содержания телефонного разговора по необычному телефону, записывалось на магнитофон.

— Рисковый ты парень капитан-лейтенант! Но пока тебе все удается! Звони каждый день в двадцать один — двадцать три часа! Если будешь работать под контролем, звони по второму телефону, контрольное слово:»Вы понимаете?» — закончил разговор куратор.

Беседа в Комитете государственной безопасности.

— Объект ушел от наблюдения на закрытом участке дороги! Никто ничего не видел и не слышал! Такое ощущение, что мы имеем дело с призраком товарищ полковник! Ни милиция его не остановила, ни наши оперативники на куйбышевском шоссе, которое было перекрыто от Переушки и до УзБума [59] узбекский бумажный комбинат. Прим автора . Дальше дорогу перекрыла милиция для проезда правительственного кортежа! — рассказывал коренастый майор, расстилая на полированном столе карту города.

— Это, что за забор майор? Что за предприятия? — раздраженно ткнул пальцем полковник.

— Этот забор отделяет Тепловозовагоноремонтный завод от автомобильной дороги! — доложил майор, вытянувшись перед столом.

— Мог наш санитарный врач заехать в эти ворота, сойти и оставить машину в любом месте. Сунуть бабки или удостоверение санитарного инспектора и оставить машину, а сам уйти пешком? — спросил полковник, уставив бешенный взгляд в стоящего перед ним майора.

— Не могу знать товарищ майор! Я командую топтунами, а не оперативниками! В течении двух дней объект ни дома, ни на работе не появлялся.

— Разрешите снимать людей? Я не могу больше держать людей без санкции руководства! — спросил майор.

— Снимай! — разрешил полковник и пожевав губами, уселся за стол.

Дождавшись, пока майор выйдет, полковник набрал короткий номер и, не представляясь, спросил:

— Разрешите зайти сейчас?

— Потерпеть не можешь? — рыкнуло в телефонной трубке.

— Есть вопросы, которые можете решить только вы! — твердо сказал полковник.

— Через час я тебя жду! — снова рыкнуло в телефонной трубке.

Час полковник потратил подшивая документы в папку. Рассматривая копию военного дела Игоря, полковник обратил внимание на пометку Особого отдела:

«Задерживался по обвинению в изнасиловании несовершеннолетней»

Ниже была пометка:

«Освобожден за недоказанностью»

Больше в личном деле старшего лейтенанта медицинской службы, а к демобилизации и капитан-лейтенанта, ничего интересного не было. Всю службу лейтенант, а потом старший лейтенант Караваев провел в береговой части номер шестьдесят восемь тридцать сорок шесть. В эту часть лейтенант призывался и из нее он ушел на дембель, честно прослужив три с половиной года.

— Найдите мне месторасположение воинской части шестьдесят восемь тридцать сорок шесть! — приказал полковник, набрав короткий трехзначный номер. Мотнув головой и скривившись, снова беря в руки папку с делом Игоря.

«Почему лейтенант, только что пришедший на службу через полгода получает старшего лейтенанта, а через три года кап-лея?» — задал себе вопрос полковник, набирая номер телефона городского военного комиссариата.

— Пришлите мне наградные листы на капитан-лейтенанта медицинской службы Караваева Игоря Алексеевича! — представившись, приказал полковник.

Раздалось негромкое пощелкивание, и властный голос произнес:

— Генерал-майор Решетов у телефона!

— С вами говорят из комитета государственной безопасности…, вальяжно начал говорить полковник, но был прерван:

— Пришлите письменный запрос полковник с визой начальника комитета! А еще лучше за его подписью! — жестко сказал генерал-майор.

— Извините, товарищ генерал-майор, а почему такие сложности? Нельзя разве отправить документы с нарочным по устному запросу? — удивился полковник, давно не получавший такого жесткого отпора. И от кого! От военкома города! Без пяти минут пенсионера!

«Ну я тебя достану! Я тебе покажу, как грубить полковнику КГБ! Ты у меня комариком вылетишь на пенсию!» — мстительно подумал полковник, закрывая дверь собственного кабинета.

Едва полковник вошел в кабинет генерал — лейтенанта, как на него обрушилась площадная брань всегда выдержанного начальника управления:

— Какого рожна ты начал звонить военкому! Кто тебе разрешил! Он родственник самого Шараф Рашидовича [60] Рашидов Шараф Рашидович в то время первый секретарь ЦК КПСС Узбекистана ! Хоть и дальний, но все-таки родственник! Ты, понимаешь, козел, куда полез? — напоследок рявкнул начальник управления, протягивая руку за папкой.

— Я не мог этого знать! У военкома русская фамилия! — попробовал оправдаться полковник.

— Проехали! Докладывай по существу! — приказал генерал-лейтенант, досадливо махнув рукой.

— Выяснились интересные подробности про этого санитарного врача! Караваев получил старшего лейтенанта через шесть месяцев после поступления на военную службу! В конце службы его чуть не посадили за изнасилование несовершеннолетней! И тут же присвоили звание капитан-лейтенанта! Надо поднять это дело!

Восстановим все обвинения против санитарного врача! Как можно очень сильно надавить на объект! С таким криминалом лепила [61] врач. феня. Прим автора будет ходить как дрессированная собачка на канате в цирке! — быстро проговорил полковник, испытывая прямо ненависть к совершенно незнакомому Игорю, который невольно так подставил его, полковника госбезопасности.