Сергей Бакшеев - Парализатор

— Сегодня я узнал о мальчике, который начал ходить после трех лет инвалидности. Он попал в аварию в тринадцать лет, как и наш Сергей. И диагноз такой же!

— Он был колясочником?

— Да.

— И встал?

— Да!

— Как ему это удалось?

Самаровы читали о подобных случаях, жадно ловили слухи в больничных коридорах, но никогда не видели человека, победившего страшный диагноз. Но ведь подобное случается! Это не выдумка! А что, если существует методика или какая-то особая хитрость? Родители мальчика-инвалида надеялись, что знакомство с исцелившимся человеком способно приоткрыть важную тайну.

— Пока не знаю. Я его даже не видел, — честно признался Самаров. — Но я найду его, и тогда может быть…

Разговор супругов, как часто бывало в последнее время, закончился невысказанной надеждой.

В отличие от жены Николай Самаров научил себя переключаться с семейной трагедии на служебные обязанности. Иначе бы он не выдержал. Расследование преступлений являлось для него самым действенным лекарством, позволявшим не взорваться от внутренней боли.

Следователь позвонил в ОВД «Солнцево» и изложил суть вопроса. Его переключили на участкового. Самаров представился и попросил рассказать о Виталии Андрееве, недавно освободившимся из мест заключения.

— Запойный тип, — поведал участковый. — Бывает буйным, соседи жалуются. Дружки к нему ходят, такие же алкаши. Андреев уже что-то успел натворить?

— Пока не знаю. Я хочу допросить его по делу, в котором замешаны его знакомые.

— Вы один к нему едете?

— Да. А что?

— Давайте я подгоню наряд. От этого контингента чего угодно можно ждать.

Самаров не стал возражать. Наглядная демонстрация силы ускорит общение с бывшим уголовником.

Савчук на месте пассажира вращал седой головой, вглядывался в однотипные многоэтажки и отчитывал сидевшего за рулем Кабана.

— Куда ты свернул! Это не тот дом. Мы же здесь вчера были!

— Тогда Моня рулил.

— Я по навигатору, — отозвался сзади толстяк.

— Надо было включить.

— Да вот эта хата, я узнал, — уверенно сказал Кабан, сворачивая во двор.

Тиски сверился с адресом на углу дома и посмотрел на часы. Быстро домчались! Душевное равновесие вернулось к главарю, но на похвалу он был скуп.

— Следующий раз быстрее соображай.

Тиски достал из кармана черную маску для сна, приложил к глазам, проверил прочность резинки.

— Ты чего? — покосился Кабан.

— Это для Парализатора. Я тут выяснил кое-что и понял, если закрыть ему глаза, он бессилен.

— Превращается в обычного Колченогого?

— Типа того.

Кабан неожиданно нажал на тормоз.

— Опаньки! А легавые что здесь делают? — Впереди стоял «форд» патрульно-постовой службы, из которого вышли двое полицейских с короткими автоматами. — По ходу в наш подъезд чалятся.

— Сдай назад и приткнись, чтоб не отсвечивать, — обеспокоился Тиски.

Кабан нашел щель между машинами и въехал задними колесами на газон. Полицейские зашли в подъезд.

— Подождем, — решил Тиски.

Двое полицейских вышли из лифта на восьмом этаже и остановились у семьдесят третьей квартиры.

— Следак, похоже, еще не приехал, — сказал лейтенант.

— Участковый предупредил, что Андреев буйный, когда выпьет, — отозвался сержант, поправляя ремень автомата на плече.

— А трезвым он не бывает.

— У меня эффективный переносной вытрезвитель, — сержант за неимением приклада похлопал по затворной раме автомата.

— Скорее вырубатель.

— Кому как повезет. Заходим?

— Погоди, что за шум за дверью?

Марго срывает рубашку с тела Витала. На правом боку сочится кровь.

— Он ранен! Нужен бинт, — волнуется девушка.

— Марина, это всего лишь царапина. Он сам себя задел, — твержу я. — Так ему и надо!

— Ты изверг, Солома!

Ну вот, опять двадцать пять! Я еще и виноват! А если бы я не остановил буйного алкоголика? Из-за бутылки он схватился за нож. Как Марго этого не понимает!

Витал тупо хлопает глазами. Я ногой отталкиваю подальше нож, которым он чуть не пырнул родную дочь. Но «чуть» не считается. Сейчас в глазах Марго папочка жертва, а я бездушный садист. Она мечется по квартире, роется в ящиках, пытаясь найти медикаменты.

— Марго, уходим. Сюда едут бандиты! — Я взываю к ее разуму, но вижу, что бесполезно.

Как же не постоянны девушки! Что у них творится в голове? Час назад она хотела избавиться от папаши, а сейчас жаждет ему помочь. А время уходит. Опасность всё ближе. Надо что-то предпринимать. Не могу же я уйти один. Эх, была не была!

Я хватаю Марго за единственную руку и тащу к двери.

— Отпусти! Я ударю! — вопит она.

Я помню про ее меткую коленку и стараюсь располагаться к девушке боком.

— Нам надо смыться! Иначе будет поздно!

Я распахиваю дверь и натыкаюсь на дуло автомата.

— Стоять! — рычит сержант полиции.

Вот дела! Надо же! В прошлый раз ждали полицию, появились бандиты. Сейчас в точности наоборот.

Я отпускаю Марго. Мы невольно прижимаемся к стене коридора, чтобы не находиться перед стволом автомата. Глазам полицейских открывается страшная картина. На полу в разорванной рубашке с окровавленным животом лежит обездвиженный человек.

— Вот так сюрприз, мокруха! — лейтенант полиции, кажется, рад увиденному. — Смыться хотели? А мы вас с поличным. Мордой к стене, руки за голову!

Я подчиняюсь и тычусь носом в старые обои.

— Помогите ему, — умоляет Марго.

— К стене! Сержант проверь квартиру!

Тяжелый топот, хлопок туалетной двери.

— Чисто!

— Это мы удачно зашли. Держи их на мушке, а я позвоню в отдел.

— Что здесь происходит? — слышится с лестничной клетки новый голос.

Я искоса пытаюсь посмотреть.

— Следователь Самаров. — Мужчина в костюме и галстуке показывает удостоверение полицейскому и вглядывается в меня. — Повернись.

Я разворачиваюсь. Следователь сверяется с фотографией.

— Мой клиент. И девушка тоже.

— Они прирезали хозяина квартиры.

Самаров проходит в комнату и садится на корточки рядом с Виталом.

— Он живой, легкая царапина. Виталий Андреев, вы меня слышите? Что здесь произошло?

Витал мычит.

— Живой? — разочаровывается лейтенант, в мыслях уже примеривший новые погоны. — Везет алкашам.

— Не можете говорить? А пошевелить рукой? Та-ак, те же симптомы. — Самаров на минуту задумывается, встает и обращается к полицейскому. — Делаем следующее. Лейтенант, вы везете парня и девушку в свое отделение. Задерживаете до моего прибытия. А я вызываю «скорую».

— Он сам на нас напал, — пытаюсь объяснить я.

— И что ты с ним сделал? То же самое, что с Артуром Викторовичем Соломиным? — наседает следователь.

Вот дерьмо! Он знает про ограбление квартиры. Мы влипли!