Сергей Бакшеев - Верни, если успеешь

Ранним утром Давыдов вышел из офиса сотовой компании. Он вставил дубликат сим-карты Вилисовой в свой телефон и через минуту получил сообщение из банка с кодом подтверждения. Работает! Михаил поймал такси и помчался к Дине. Каждый раз, когда в его руке вздрагивал телефон, сообщая о новом коде подтверждения, он понимал, что счет «Бригантины» уменьшился еще на двести пятьдесят тысяч долларов.

– Быстрее, – попросил водителя Давыдов.

Таксист философски повел рукой. То здесь, то там попадались автобусы с полицейскими и ОМОНом. Экипажи ДПС начали перекрывать улицы. Власть серьезно готовилась к предстоящему митингу оппозиции.

Переступив порог Дининой квартиры, Давыдов потерял равновесие и увидел, как плиточный пол стремительно приближается к его носу. Руки подставить не удалось, Михаил припечатался к полу щекой. Второй раз за сутки его оседлал Бурков. Сейчас майор был настроен решительно. Он придушил Давыдова до помутнения в глазах и объяснил, что теперь он диктует здесь порядки. Затем сцепил пластиковой петлей Михаилу руки на животе и подтолкнул к дивану. Для большей надежности одну из ног пленника он зафиксировал такой же петлей к ножке дивана.

– Сиди и не рыпайся, Кузнецова тебе не поможет. Игры закончились!

Бурков демонстративно распахнул дверь в спальню. Там Дина беспомощно извивалась в постели, ее руки были прикованы к спинке кровати.

– Он ночью, когда я спала, – оправдывалась девушка.

– Ты первой нарушила договоренности. Пижамная вечеринка, пижамная вечеринка… Вот теперь и дрыгайся в пижаме.

– Завидуешь, извращенец!

– Попрошу без грубостей. Я офицер и нахожусь на службе.

– Ты садист!

– Не тех друзей вы выбираете, Динара Олеговна. Давыдов, между прочим, подозревается в поджоге и убийстве.

– Я не убивал! – не сдержался Михаил. – Это Осадчий, генеральный директор «Бригантины». Я могу доказать!

– Расскажешь об этом следователю, у меня другая задача.

На столике перед Давыдовым находился раскрытый ноутбук, он мог дотянуться до него сцепленными руками.

– Дайте мне пятнадцать минут.

– Тебе дадут пятнадцать лет. Это в лучшем случае.

– Мне надо в ванную. Развяжите! – потребовала Дина.

– Ну, хорошо. Только без фокусов, – согласился Бурков, покидая гостиную.

Михаил придвинул ноутбук, направил курсор и ударил по кнопке на экране, чтобы проверить состояние счета «Бригантины». За сутки сто миллионов долларов перекочевало в неизвестную оффшорную компанию на Кипре! Вор работал, не покладая рук. Надо срочно его остановить!

Давыдов положил телефон рядом с ноутбуком. Теперь всё готово для перехвата кода. Как только придет эсэмэс, он должен первым вбить код в окошко на дисплее ноутбука и заблокировать дальнейшие платежи.

«Давай же! Чего ты медлишь!» – подбадривал Михаил невидимого грабителя, разогревая пальцы скованных рук.

Осадчий сунул голову под кран. Холодная вода взбодрила. Ника явилась вовремя. Еще бы немного и он выбросился бы из окна от чертиков в голове, которых не может унять даже сорокалетний арманьяк одного с ним года рождения. Две белые дорожки, втянутые носом, вернули его к жизни. Пальцы ласково сжимали похудевший пакетик. К черту здоровье, надо повторить! Он не спит уже сутки и ему нужен особый заряд бодрости. Он знает, что приобрел зависимость к наркотикам. Наплевать! Когда он получит огромные деньги и обоснуется в благополучной стране, он пройдет курс лечения в лучшей клинике, и будет получать от новой жизни только удовольствие.

Как он радовался каждому миллиону. Один! Пять! Десять! Теперь на его счету уже сто миллионов долларов. Радость притупилась, накопилась усталость, но останавливаться нельзя. Он должен забрать оставшиеся пятьдесят семь миллионов. У него есть еще сутки, пока не обнаружится пропажа. Все улики укажут на Вилисову. Он поддержит эту версию, и как благородный руководитель возьмет часть вины на себя и в тот же день покинет свой пост. Не доглядел. Не распознал мошенницу.

Осадчий вытер нос и вернулся в комнату. Ника встала из-за стола, где он работал. Глухо зашторенные окна почти не пропускали свет. Ника любила полумрак, обожала шляпы и темные очки, порой являлась, закрыв лицо вуалью, и всегда надевала маску во время секса. Первое время игривый маскарад дополнительно возбуждал его. А когда однажды он попросил снять маску, то получил отказ. Ника сослалась на некрасивую родинку, от которой планирует избавиться летом. Вот тогда он увидит ее во всей красе.

Осадчий смирился. В конце концов, он видел ее прекрасный профиль в баре на Кипре и наслаждается ее чувственным телом. А женский секрет лишь подогревает его интерес к ней. Они встречались не часто. Ника говорила, что прилетает в Россию лишь изредка. Но порой Анатолию Сергеевичу казалось, что она где-то рядом, что он может столкнуться с ней на улице или в супермаркетах «Бригантины».

Сегодня Ника была в широкополой шляпе. Она прильнула к нему и нежно поцеловала в ухо. Всегда в одно и то же – левое.

– Пора работать, – шепнула она. – Мы встретимся вечером, и я тебя награжу за нашу победу.

Подобные обещания Ники сулили бездну наслаждений.

– Награда будет стоящей?

– Исключительной. – Она лизнула его в ухо так, как ему особенно нравилось.

Зазвонил телефон. Ника тактично отстранилась. Осадчий посмотрел на дисплей, скривился, но все-таки взял трубку.

Ненавистный Скворцов снова напомнил о себе:

– Завтра понедельник, Осадок. Я надеюсь, сюрпризов не будет?

– Сюрприз ждет только владелицу «Бригантины», – смело ответил Осадчий. После двойной дозы он чувствовал себя сильным.

– Девчонка снова станет нищей, – процедил банкир и отключил связь.

– А я богатым! – не удержался от восклицания Осадчий.

– Это был он? – меланхолично спросила Ника.

Она удалялась, чертя пальчиком по столу. Изгиб женского тела завораживал. На ней было удлиненное платье с коротким рукавом и тонкие перчатки. Чтобы Ника не одевала, она выглядела сексуально.

– Да, – облизнул губы Осадчий. – Обиженный Скворцов мечтает вернуть себе «Бригантину».

– А ты в курсе из-за кого он ее лишился?

– Из-за Кузнецовой.

– Одна бы девчонка ничего не сделала, ей помог Давыдов. Поэтому я и требовала, чтобы ты избавился от него. Он до сих пор на свободе?

– В бегах. Но я видел его с Кузнецовой и понял, что он может скрываться только у нее. Недавно позвонил, куда следует. Уверен, его уже задержали и выбивают признание.

– Каждый получит по заслугам.

За дверью ванной шипела вода и раздавались угрозы Дины утопиться, если не отпустят Давыдова. Бурков мужественно пережидал шантаж. Давыдов неотрывно следил за дисплеем. У него всё готово, чтобы пресечь вывод денег.