Богдан Сушинский - Операция «Цитадель»
- Название:Операция «Цитадель»
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Вече
- Год:2015
- Город:Москва
- ISBN:978-5-4444-7806-6
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Богдан Сушинский - Операция «Цитадель» краткое содержание
1944 год. Союзные войска антигитлеровской коалиции освободили Францию, Голландию, Бельгию, Норвегию. Югославская народная армия почти полностью выбила фашистские оккупационные войска со своей территории. Советские армии вступили на территорию Польши, Румынии, Чехословакии. Третий рейх трещит по всем швам, а его бесноватый вождь продолжает цепляться за призрачные надежды на скорую победу, сменяя марионеточные режимы на еще подвластных территориях и веря в «копье судьбы», приносящее удачу своему владельцу. В основу нового романа лауреата литературной премии имени А. Фадеева писателя Богдана Сушинского положены малоизвестные исторические факты об операции по свержению в Венгрии режима контр-адмирала Миклоша Хорти, а также о подлинной истории создания Русской освободительной армии генерала Власова.
Операция «Цитадель» - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
— В таком случае эти господа могут быть свободными, — пренебрежительно махнул Унгвари рукой в сторону Домокоша и Гёзы, которых боевики Салаши сразу же оттеснили и повели куда-то в сторону ангаров. — Подержите их под охраной, пока вождь будет беседовать с генералом! — крикнул им вслед.
А спустя несколько минут сам генерал уже сидел в машине, увозящей его в ставку руководителя партии «Скрещенные стрелы». Чувствовал он себя прескверно, понимая, что у него нет никакой возможности скрыть от Салаши итоги переговоров со Сталиным. Тот в любом случае добьется правдивого рассказа, даже если придется прибегнуть к пыткам. И потом, в его захвате нилашистами есть и вина самого регента Хорти, его традиционной, непростительной беспечности.
В отличие от Унгвари сам вождь нилашистов пребывал в прекрасном расположении духа. На худощавом лице его, с тонкими невыразительными губами и холодным, пронизывающим взглядом, уже улавливались черты будущего диктатора — расчетливого и бездушного.
Инспектора королевской жандармерии он принял после того, как накоротке переговорил с Унгвари. Салаши восседал посреди большого зала старинного особняка, предоставленного ему на время одним из состоятельных нилашистов. Широкий дубовый стол, высокое, троноподобное кресло, в котором устроился вождь венгерских нацистов, старинные, потускневшие картины на ярко освещенных, увешанных гобеленами стенах… Здесь все свидетельствовало о властности нового хозяина особняка и его вере в свое призвание и свое будущее.
— Сразу же хочу сообщить вам, генерал, что не нахожу в вашем визите в Москву ничего такого, что вредило бы нашему движению или нашей будущей стране, — указал он на карту за собой, именуемую теперь Венгерским Союзом Древних Земель.
— Вполне приемлемое и даже справедливое название, — поспешил заверить его генерал, поглядывая на карту, на которой жирными линиями были обведены земли, когда-либо принадлежавшие их предкам.
— Если бы вашу миссию в Москву не направил регент Хорти, ее пришлось бы направить нам самим.
— Предполагаю, что так и следовало бы поступить, — промямлил Фараго Габор.
— Однако для нас это было бы связано с определенными политическими неудобствами. Вам понятен ход моих мыслей, генерал?
— Вполне, господин Салаши.
— Сталин, конечно же, отказался вести прямые переговоры с регентом Хорти? — с улыбкой поинтересовался вождь. В отличие от начальника своей охраны он на улыбки не скупился.
— Это не совсем так, — ответил генерал, только теперь усаживаясь на великодушно указанное ему кресло прямо перед столом Салаши. — Прочитав послание Хорти, переданное ему первым заместителем начальника Генштаба Красной армии…
— У вас сохранился текст этого послания? — прервал его рассказ Салаши.
— Он был в одном экземпляре и передан Сталину.
— Но ведь вы помните его содержание? Вот и изложите. А заодно положите мне на стол послание Сталина. Я так понимаю, что «вождь всех времен и народов» не стал рубить заброшенные адмиралом Хорти якоря, но выдвинул свои, совершенно неприемлемые, условия переговоров?
— Именно так оно все и произошло, — подтвердил генерал, удивляясь прозорливости Салаши.
— По существу, он требует безоговорочной капитуляции, одним из условий которой является немедленный вывод венгерский войск со всех оккупированных нами территорий.
— И даже указывает сроки вывода — в течение десяти суток.
— В течение десяти суток?! — от неожиданности Салаши даже приподнялся, налегая локтями на стол. — То есть он попросту поиздевался над предложениями регента Хорти?
— У меня тоже создалось впечатление, что Сталину хочется не просто поставить Венгрию на колени, но и превратить ее в еще одну республику своей коммунистической империи.
Салаши откинулся на спинку кресла, уперся руками о край стола и с минуту отчужденно смотрел куда-то мимо генерала. Этот был тот «взгляд в никуда», с отрешенности которого начиналась мистика восхождения еще одного вождя, мистика величия личности и нации.
Генерал не верил, что Салаши способен подняться до значимости Гитлера, Сталина или дуче. И время уже не то, и страна ему досталась не та, да и сам он мелковат для того величия, мантию которого уже давно примерял на себя. Тем не менее просматривалось в его взгляде, в облике, в самой харизме вождя венгерских нацистов что-то роковое.
Салаши пригласил переводчика, внимательно выслушал пункты перемирия, предложенные Сталиным, и, убедившись, что Габор говорит правду, победно рассмеялся.
— Нужно будет сделать все возможное, чтобы как можно больше венгров узнало, что Сталин побрезговал рукой дружбы, протянутой ему регентом Хорти, — сказал он, обращаясь к Унгвари, все еще стоявшему у двери.
— С одной стороны, это окончательно подорвет авторитет Хорти, — продолжил его мысль начальник личной охраны, — с другой — окончательно развяжет нам руки для продолжения войны до победного конца.
Услышав это «до победного конца», генерал оглянулся и посмотрел на Унгвари с таким сочувствием, словно видел перед собой городского сумасшедшего — жалкого, духовно и физически убогого. В эти мгновения он с ужасом думал о том, что ведь может настать время, когда вся страна окажется во власти таких вот «убогих».
— Но вы мне все же позволите доставить послание Сталина господину регенту? — спросил он, с трудом отрывая взгляд от Унгвари.
— Считаете, что в этом все еще есть необходимость?
— Даже если вы захватите все аэродромы страны, из этого не следует, что можно проявлять неуважение к представителю венгерской короны.
— Я всего лишь поинтересовался, есть ли в этом необходимость, — опять продемонстрировал еще довольно крепкие, молодые на вид зубы будущий вождь нации.
— Это вопрос не только моей чести, но и чести всей нации, которая имеет право и должна знать, что ее ждет в ближайшем будущем.
— А что ее ждет, если Хорти удастся продержаться еще хотя бы месяц? — спросил Салаши.
— Уверен, что уже в ближайшие дни регент объявит о перемирии с Россией.
— То есть как это: объявит перемирие? На вот этих условиях? — грозно постучал он указательным пальцем по листику с текстом сталинского меморандума. — Такого не может быть! Хорти на это не решится.
И вот теперь уже настала очередь генерала Габора снисходительно улыбнуться:
— А почему вы так заволновались, господин Салаши? Разве не в ваших интересах, чтобы Хорти объявил перемирие и прекратил всякие боевые действия против русских, вызвав тем самым негодование Берлина? Так что, наоборот, — подался вперед, упираясь руками в колени, генерал Габор, — вы должны просить, чтобы я подтолкнул регента к такому решению. А значит, подтолкнул его к политической пропасти.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: