Леонид Влодавец - Шестерки Сатаны

— Нам много чего надо, — проворчал я. — И не только то, что ты перечислил. У этих ребят, между прочим, мамы имеются, а у одного даже папа. Если я ихним родителям этих «длинных-черных» покажу, которых друг от друга не отличить, они что, обрадуются? В жизни не поверю…

— Твоя-то какая печаль? Тебе бы посмотреть разок на эту самую Валетову маманю, алкашку сизую, которая полжизни по зонам за всякую бытовуху отсидела! Ей что Валерка, что тумбочка в доме — что-то из мебели, не больше. Иногда вроде бы жалко, что пропила, свое как-никак, нажитое. А по большей части — хрен с ней и с тумбочкой, и с Валеркой… Самому-то Валерке приятно будет с ней встретиться, спрашивал ли? Нет. Потому что ты его и не знал никогда настоящим. Ты видел биоробота, послушного солдатика, который ничего не боится, все приказы выполняет точно и в срок, все умеет и кого хошь завалит. Точно так же и Ваня Соловьев. Ты его папу порадовать хочешь, который спит и видит твоего отца в гробу? Думаешь, от этого Антон Борисович с Сергеем Сергеевичем помирятся? Черта с два! Там завязки не через одного Ваню, а разборка между ними на тот период, пока кто-то из них жив. Да и то, пожалуй, не закончится, будет идти сто лет, как корсиканская вендетта.

— Понимаешь, мы и так с батей перед этими пацанами кругом виноваты. Он побольше — потому что зазомбировал их, превратил в головорезов и душегубов. Я поменьше, потому что бросил их там, в лесу, сам свою шкуру спас, а тебе их оставил…

— Между прочим, если б они были обычными, то давно бы, уже минимум три часа, числились бы в покойниках. Валет помер бы от укуса жарараки, а Ваня — от того яда, который отсасывал. То, что они живы, между прочим, прямая заслуга твоего родителя, а также Зинули с Ларисой, которые им препараты вводили. Да, конечно, этот яд даром не прошел. Помнишь, тебе в Сибири Зинаида говорила про разные варианты? Или уже забыл?

— Почему? Помню. Только ведь это было там, в другом потоке времени…

— «Зомби-8» и препарат «331» здесь и там одинаковые…

В этот самый момент у меня в мозгу отчетливо зазвучал Зинкин голос:

«Лариса, которая работает с животными, проверяя на них наши препараты, чисто теоретически обнаружила, что возможен очень неприятный вариант биохимической реакции. Долго объяснять, но суть в следующем. Этим двум ребятам, которые у тебя в команде, Валерке и Ване, были сделаны по семь уколов „Зомби-8“ и его синтетического аналога препарата „331“. Полный курс — восемь инъекций — приводит не только к необратимому превращению их в биороботов, как при употреблении „Зомби-7“, но и к закреплению этих изменений на генетическом уровне. Мы в прошлом году, весной, хотели сделать все восемь уколов. Но сделали только семь, чтобы проверить, возможно ли в принципе восстановление у них самостоятельности. По тогдашним Ларисиным выводам, получалось, что они в течение десяти месяцев должны полностью очистить организмы от препаратов и обрести возможность совершать волевые действия. На самом деле ничего похожего не происходило. Они остались в том же состоянии, что прошлой весной, и никаких изменений в их поведении не наблюдается. В общем, вопреки теории суперсолдатики остаются такими же биороботами. У Чуда-юда есть препарат „330“, предназначенный для нейтрализации „Зомби-7“, он, в принципе, должен был, по идее, снять действие и „Z-8“, и „331“. Но он боялся сразу применять его на людях, заставил Ларису произвести аналоговые эксперименты на мышах и на компьютере. Оказалось, что в зависимости от групп крови, количества эритроцитов, резус-фактора и еще целой кучи параметров, возможно различное течение взаимодействия препарата с организмом. Опуская всякие незначительные нюансы — четыре варианта исхода. Первый — вполне приличный. „330“ и „331“ нейтрализуют друг друга. Ребята возвращаются к доинъекционному состоянию. Второй — очень плохой. В организмах нарушается обмен веществ, сильнейшие реакции на печень и почки.

Смерть в течение трех дней, не дольше, но мучения страшные — и никакиенаркотики боль не снимают. Третий вариант практически нулевой: все остается, как было. Наконец, есть еще четвертый, с нынешней точки зрения самый опасный. Парни становятся неуправляемыми, с повышенным чувством самосохранения, обостренной агрессивностью… Но при этом они сохраняют все боевые навыки, живучесть и прочее».

— Значит, у них развился «четвертый вариант»? — спросил я, когда Зинкина «фонограмма» перестала звучать. — Но ведь тогда ничего такого не случилось…

— Тогда до этого дело не дошло, — прокомментировал «Black Box». — Потому что в том потоке времени вы с компанъеро Умберто устроили катастрофу для всей Галактики — нарушили Великое Равновесие. Что это такое — объясню позже. Но угроза такого развития была и там. Одна лишняя вспышка на Солнце, магнитная буря в ионосфере, повышение уровня ультрафиолетовой радиации, лишний миллиграмм на литр какого-нибудь биологически активного вещества в воздухе или воде — и все пошло бы тем же порядком. После того, как Зинуля с покойной Кларой Леопольдовной сделали им по 7 инъекций из 8, у них в организме установилось равновесие. Такое же, как при полном курсе «Зомби-7». И Рейнальдо Мендес, и твой отец, и Зинка, и Лариса ошибочно считали, что эффект действия препарата состоит в том, что он при однократном введении в организм подавляет, а при семикратном — атрофирует группу клеток мозга, благодаря которым полноценный человек способен принимать волевые, сознательные решения. Мозг в целом при этом сохраняет работоспособность и даже, более того, улучшает ее. Потому что исчезает механизм внутреннего выбора и принятия стратегических решений. В мозгу образуется нечто вроде компьютера, в который голосом вводится задача. Нормальный человек, которому поставили какую-то задачу, получив приказ извне, может, в принципе, выбирать, выполнять его или нет, сомневаться, спорить или исполнять подневольно, без концентрации своих сил, думать о чем-то другом или даже мечтать о результате, совершенно противоположном тому, который он должен достигнуть согласно приказу. А компьютер не сомневается, он только выбирает наиболее оптимальный вариант исполнения, в зависимости от формулировки задачи.

— Ну а в чем же состояла ошибка?

— Ошибка состояла в том, что механизм действия препаратов «зомби» несколько сложнее. Дело в том, что после семикратного введения в организм меняется биохимический режим некоторых желез внутренней секреции. Изменения в мозгу, происходящие под воздействием препарата, настолько ему «нравятся», что он отдает приказ железам вырабатывать «Зомби-7», поддерживая его постоянное присутствие в организме. А «Зомби-8» закрепляет этот механизм на генетическом уровне.