Дон Пендлтон - Капо из Акапулько

— Положись на меня, — беззаботно отозвался актер.

Болан пожал ему руку и направился к трапу, намереваясь подогнать его к кабине самолета, когда тот вырулит на указанное для него место.

Между тем Джон Ройал незаметно подошел к группе девушек и о чем-то с ними заговорил. Кабрилло, почуяв неладное, моментально ввязался в ожесточенную перебранку с актером, но вовремя подоспевший Болан без лишних церемоний саданул курьера по голове рукояткой револьвера и тотчас скомандовал Ройалу:

— Живо, исчезни! Ты и твои красотки!

Актер, ни слова не говоря, подхватил под руку одну из девушек и потащил ее на выход с летного поля. Остальные девицы покорно устремились следом за ними.

К тому моменту самолет уже остановился, и Болан подкатил к нему трап. Когда он взбегал по ступенькам, дверца самолета распахнулась, и на пороге возник стюард. Не дав тому опомниться, Болан на ходу увлек стюарда за собой, в салон, и, угрожающе помахав в воздухе револьвером, зловеще рявкнул:

— Закрыть дверь! Никому не покидать самолета! Ясно?

— Да, конечно, — ответил парень на чистом английском.

Салон был оборудован с невероятной роскошью: кресла одним нажатием кнопки превращались в удобные диваны; бар ломился от всевозможных напитков; для работы путешественников имелось самое совершенное электронное оборудование; на борту самолета был даже установлен специальный стол для ведения совещаний и переговоров. Когда Болан ворвался в салон, четверо очень вальяжных пассажиров неторопливо укладывали свои кейсы, чтобы двинуться затем на выход.

При виде Болана все замерли на какую-то секунду, и это краткое оцепенение стоило жизни двум телохранителям. С неуловимым запозданием они схватились было за оружие, но маленький револьвер 38-го калибра, словно игрушка, крутнулся в ладони Болана и дважды плюнул раскаленным свинцом, забрызгав роскошный салон кровью и бесформенными обрывками человеческой плоти.

Пока Палач подбирал с пола оружие, двое оставшихся в живых попытались укрыться в конце салона. Болан толчком усадил стюарда в кресло и, быстро настигнув «особо важных персон», заставил их лечь в проходе лицом вниз.

Дверь в пилотскую кабину отворилась, и на миг показалось бледное перепуганное лицо.

Болан впихнул летчика обратно и тотчас занял позицию в дверном проеме — с таким расчетом, чтобы держать под наблюдением и салон, и пилотскую кабину.

— Ты все понял, приятель? — крикнул он по-испански.

— Угон самолета, — невозмутимо констатировал пилот.

— Совершенно верно. Взлетаем. И никаких шуточек с диспетчерами.

На вид пилоту было лет тридцать. Судя по всему, это был крепкий профессионал.

— Как мистеру будет угодно, — с готовностью ответил он, бросив цепкий взгляд на мертвые тела в салоне.

Второй пилот, совсем еще молодой парень, даже и не пытался встать с кресла. Не поворачивая головы, он нацепил наушники и начал по-испански о чем-то торопливо переговариваться с диспетчерской.

Между тем первый пилот, заняв свое место, начал запускать двигатели.

Болан никогда не считал себя великим знатоком иностранных языков, однако в основных из них способен был улавливать ключевые слова и выражения.

«Угон самолета» — эту фразу понимали в любом аэропорту мира. Делая запрос на немедленный взлет, второй пилот несколько раз повторил роковые слова.

Диспетчер явно тянул время и все никак не давал разрешения на взлет.

— Передай им, — с угрозой произнес Болан, — чтобы немедленно очистили воздушный коридор. Мы взлетаем. Капитан, за тобой выбор взлетной полосы.

Первый пилот вздохнул и начал выруливать машину.

Спустя несколько мгновений они поднялись в воздух.

— Куда мы направляемся, друг? — бесцветным тоном осведомился первый пилот.

— На запад, — коротко скомандовал Болан.

— У нас мало горючего. Почему бы тебе не полететь в Пуэрто-Валларта?

— Я же сказал: на запад... друг.

Первый пилот покосился на своего помощника и предпринял вторую попытку:

— На западе ничего нет, только Тихий океан. Тысячи миль до ближайшего аэропорта. Давай будем благоразумны. У меня просто не хватит горючего.

— А нам и не придется лететь так далеко, — успокоил Болан. — Двигай на запад, пока не выйдем из зоны слежения аэропорта. А после этого бери прямой курс на Пуэрто-Маркез.

— Друг, ты когда-нибудь летал на самолетах?

— Я летал на всем, что могло подняться в воздух, друг. Так что не спорь и минуты через две делай разворот, как я сказал.

Пилот послушно развернул машину, после чего поинтересовался:

— Ну, хорошо, долетим мы до Пуэрто-Маркез. А потом?

— Там мы приземлимся, друг.

— В Пуэрто-Маркез? — пилот рассмеялся и ткнул своего напарника локтем. — В Пуэрто-Маркез нет посадочной полосы.

— А нам и не понадобится аэропорт, — отрезал Болан. — Мы приземлимся на вилле Максимилиана.

— Псих, — коротко отреагировал пилот. — Я бы даже самый маленький вертолет не взялся посадить на этот пятачок.

— Так тебе знакомо это место, да?

— Конечно, самолет-то ведь принадлежит Спилку. Ты что, не знал об этом?

— Знал, — ответил Болан. — Именно поэтому мы и должны приземлиться на его вилле, капитан.

— Но я же объяснил...

— Мы сядем снаружи, а не в самом саду!

— Ух ты! — нервно хихикнул пилот.

— Вот-вот! — хихикнул в ответ Болан.

— Друг, да там кругом одна вода.

— А что-то не так? Ты никогда раньше не сажал самолет на воду?

Пилот уныло посмотрел на своего помощника:

— М-да, дело серьезное.

Болан кинул ему на колени снайперский значок:

— Вот и покажи, на что ты способен. Конечно, это непросто. Но я рассчитываю на тебя, друг, очень рассчитываю. Все-таки, думаю, это не одно и то же — сажать самолет на воду или посреди дремучего леса.

Некоторое время первый пилот в замешательстве глядел на крест с глазом быка посередине, а затем показал значок своему помощнику.

— Видишь, что творится? — пробормотал он. — Ну, если так... Короче, я должен посадить самолет в океан, у самого берега, верно?

— Да. Когда будешь приближаться к вилле, старайся, чтобы солнце светило нам точно в хвост. И подлетать нужно на малой высоте. Возле виллы отличный пляж. Попытайся сесть где-нибудь рядом с ним.

— А если я скажу тебе, что этот самолет не может садиться на воду?

— Сказать ты можешь все, что угодно.

Первый пилот выпрямился и судорожно сглотнул слюну.

— Ладно, будь по-твоему. Сколько на борту живых пассажиров?

— Несколько человек осталось.

— Думаешь, они все умеют плавать?

— Мне как-то совершенно наплевать на это.

Между тем второй пилот что-то нашептывал в микрофон. Болан сорвал с него наушники с микрофоном и вышвырнул их в салон.

— С этого момента — никаких переговоров, — приказал он.