Дон Пендлтон - Капо из Акапулько

Конечно, гости везли сюда и свои проблемы, которые одолевали их постоянно, так что волей-неволей Спилку приходилось испытывать на себе и чужую головную боль, но зато подобные неудобства окупались новыми полезными контактами и, соответственно, новыми возможностями для обогащения. Ради этого стоило потерпеть.

Много раз в беседах с «очень важными персонами» всплывало имя Мака Болана, и Спилк спесиво попрекал их за неспособность разделаться с этим зарвавшимся одиночкой. Подумать только, такая мощная организация не в силах совладать с каким-то негодяем! Несолидно и смешно!

И вот теперь он проклинал себя, что недооценил Болана, не отнесся всерьез ко всем его угрозам, посчитав их блефом, как, впрочем, считал за блеф и те слухи, которые роились вокруг имени Палача. Конечно, итальянцы любят преувеличивать и зачастую сами же готовы верить в собственные выдумки. Но ведь не бывает дыма без огня...

Возможно, парень и впрямь убрался восвояси. Это было бы лучше всего. Черт с ними, с яхтой и самолетом, в конце концов из двух зол выбирают меньшее, и уж как-нибудь Спилк переживет эту потерю. Но если Болан остался и собирается чудить дальше, тогда дело плохо. Ни к чему весь этот шум, да и ущерб может оказаться немалый. Обидно: всю жизнь корпеть, по крупицам собирая свое состояние, — и вдруг все разом потерять! Даже не обидно, не то слово — просто кошмар!

Нет, вероятно, парень все-таки свалил отсюда капитально. Ну, и слава богу.

Боль в желудке начала понемногу затихать. Спилк бросил в рот пару таблеток аспирина и запил их некрепким пивом, после чего, опустившись в кресло, знаком приказал Полу принести новую бутылку. Пора было чуточку расслабиться.

— Солнце заходит, сэр. Посмотрите, какая красота.

Хозяина Акапулько нисколько не волновали все закаты и восходы солнца вместе взятые, но он никому не посмел бы признаться в этом, поскольку закаты солнца почитались в Акапулько еще с незапамятных времен.

Удобно устроившись в кресле с высокой спинкой и подставкой для ног, он устремил свой взор в сторону пламенеющего заката. На самом же деле он не замечал ни неба, ни его цвета.

Слава Богу, головная боль тоже начала утихать.

Неслышно подошел Пол, держа наготове обрезанную сигару и зажигалку. Пока Спилк раскуривал сигару, лейтенант докладывал негромким голосом:

— Они пытаются определить местонахождение Дельгадо. Он вышел из офиса раньше обычного, и никто толком не знает, куда он направился.

— Забудь об этом, — пробормотал Спилк. — Слишком много шума из ничего.

— Хорошо, я отменю звонок, — кивнул Пол, и в его глазах мелькнула искра удивления.

— Что происходит внизу?

Лейтенант быстро выглянул в окно.

— Все как прежде, босс. Полный кавардак.

— Яхта застрахована, — проговорил Спилк, пытаясь философски отнестись к тому, что уже не изменить. — Да и вертолет — тоже. Пока это все наши потери, Пол. Будем считать, нам еще повезло.

— А реактивный «Лир»? — кисло напомнил Крутой Пол.

— Ну, его-то, я думаю, мы вернем, а если нет, то он ведь тоже застрахован.

— У меня появилась идея, господин Спилк.

— Какая?

— А вдруг самолет угнал вовсе не этот Болан? У нас же нет пока никаких доказательств. Мне кажется, сейчас лучше всего выставить часовых и немного подождать. Все еще может измениться.

— Ты прав, — согласился босс и, закрыв глаза, принялся легонько массировать веки. — Поддерживай связь с аэропортом, Пол. Мы не должны терять свое лицо.

— Да, сэр. Хуан держит нас в курсе.

Крутой Пол обоими локтями оперся на парапет, внимательно разглядывая гладкую поверхность океана. Огромное багровое солнце почти касалось линии горизонта, окрашивая все в зловещие малиновые тона. По воде побежала угрюмая тень, которую отбрасывала западная оконечность полуострова.

— А не похоже ли это на наш самолет? — неожиданно спросил лейтенант.

— Что? — встрепенулся Спилк.

— Какой-то самолет заходит на посадку, — сообщил помощник. — Движется со стороны океана. — Чуть погодя он встревоженно добавил: — Но как-то уж очень низко он летит, вы не находите? Ей-богу, никогда не видел, чтобы эдакая махина шла на такой малой высоте.

Спилк рывком поднялся с кресла и уставился в том направлении, куда указывал Пол.

— А ну, подай бинокль! — скомандовал он.

Лейтенант схватил с подставки мощный бинокль и услужливо протянул боссу.

Наведя резкость, Спилк секунду вглядывался в окуляры, после чего растерянно пробормотал:

— Будь я проклят!

— Самолет — наш?

— Да, реактивный «Лир»! Что они там себе позволяют?!

Раздался взволнованный голос Хуана, сидящего на телефоне:

— Они потеряли радарный контакт! Или самолет летит совсем низко, или отвернул в сторону, чтобы уйти из полосы слежения!

— Боже! — ахнул Пол. — Да они сейчас врежутся в дом!

— Мерзавцы! — прохрипел Спилк.

Но очень скоро стало ясно, что самолет вовсе не собирается разнести дом или какие-либо другие постройки на берегу. Слегка повернув и резко сбросив скорость, он устремился прямиком к поверхности залива, явно намереваясь произвести посадку на воду. Несколько лодок и катеров в панике заметались в тщетной попытке избежать столкновения с реактивной громадой.

Высокие волны, поднятые садящимся самолетом, разбросали легкие суденышки во все стороны и медленно и даже как-то величаво подняли на свои гребни изуродованный корпус яхты.

— Получилось! — восторженно завопил Крутой Пол. — «Сиворд» сошел с мели!

Но Макса подобная удача, казалось, нисколько не обрадовала. Более того, судьба яхты и реактивного лайнера для «особо важных персон», похоже, вообще потеряла для него всякое значение, хотя в другой раз он с ума бы сходил от переживаний. Ибо ему вдруг открылось нечто такое, что окончательно перевернуло мир в его глазах.

— Сукин сын, — потерянно пробормотал Спилк. — Значит, это правда... Он отправил мне самолет.

Сам того не желая, хозяин Акапулько примкнул к рядам верующих в Мака Болана, Палача.

Пилот достаточно ловко посадил на воду самолет — сильный толчок ощущался в основном лишь в центральной части салона.

Болан первым сбросил с себя ремень безопасности и резко вскочил на нога. Следом за ним из кресла выпрыгнул стюард и тотчас метнулся к люку.

Жирные мафиозные коты, ошарашенные случившимся, неподвижно продолжали сидеть на своих местах и, только когда пилот и его помощник вышли из кабины, слабо задергались, бессвязно выражая свой протест. Впрочем, их никто не слушал.

Стюард рывком распахнул люк и принялся колдовать с надувным плотиком, который никак не хотел пролезать в отверстие. Между тем самолет, кренясь все сильнее, медленно уходил под воду — судя по всему, ему недолго оставалось держаться на плаву.