Олег Приходько - Каратель

Додумался до того, что хотел встать и уйти, но дверь отворилась, из кабинета вышла женщина, за нею показался невысокого роста мужчина с округлым лицом и узкими глазами. Проводив посетительницу до двери приемной, он пожелал ей успехов и выразил надежду на сотрудничество.

— Готово? — подойдя к секретарше, посмотрел на экран компьютера. — Через полчаса мне уезжать.

— Еще пять минут. К вам посетитель, — она бросила мимолетный взгляд на листок в раскрытой папке: — Мехов Владислав Михайлович.

Камай тут только обратил на него внимание, машинально улыбнулся:

— Прошу!

При всей роскошной отделке его кабинета в нем не было ничего лишнего: стол, диван, кресла, компьютер, переговорное устройство, кондиционер в окне.

— Садитесь, пожалуйста, — указал Камай на стул и сел напротив. — Слушаю вас, Владислав Михайлович.

— Скажите, вы знали Кожухова Анатолия Борисовича? — спросил Влад.

Камай явно не ожидал этого вопроса, удивленно приподнял редкие белесые брови.

— Некоторым образом. Он учился на параллельном курсе. Трагическая смерть, я читал в газетах.

— А по работе вы с ним сталкивались? Камай выдержал паузу.

— Вы следователь? — спросил с явной целью продлить ее.

— Я частное лицо. Раньше я работал в службе безопасности «Краснодольскцветмета».

— Нет. Не сталкивался. Почему это вас интересует? «Врет! — понял Влад. — Врет. Значит, я на правильном пути — собака зарыта именно здесь».

— Потому что Кожухов был у вас в ночь с шестого на седьмое июня вместе со своим телохранителем Александром Земцовым, — заговорил он жестко против своего желания. — А спустя два выходных оформил доверенности на право распоряжаться дачей и автомобилем на свою жену Кожухову Зою Александровну, но ей об этом не сказал, а держал доверенности до поры — в рабочем столе. Пора пришла: за минуту до смерти он позвонил жене и сказал о том, что имущество переходит ей, его надо продать. И все! У него были крупные неприятности, шли повальные проверки. И в это время, когда его таскала министерская комиссия, а потом — Генпрокуратура, он выехал из города один-единственный раз — к вам! — Влад обострения не хотел, выпалив все это, вдруг сник. Потом добавил просто и доверительно: — За день до его смерти нашли труп Земцова. Об этом писали, но не писали о том, что он умер под страшными пытками. И теперь все занимаются перераспределением ролей и капиталов в объединении, но никого не интересуют убийцы телохранителя. Он был моим другом.

— Сочувствую.

— Да не нужно мне вашего сочувствия! Мне нужно знать, кто скрывается под «организованной преступной группировкой», о которой все время пишут газеты. Я еще ни разу не читал о том, что приговор в отношении наемных убийц приведен в исполнение.

— Думаете, я могу вам в чем-то помочь?

— Думаю, могли бы. Только едва ли захотите. У вас-то все о`кей — зачем вам какой-то телохранитель, положивший жизнь за человека, который назавтра застрелился. Глупо, правда?

К удивлению Влада, хозяин кабинета не выпроводил его за дверь; положив ногу на ногу, побарабанил пальцами по столу.

— Хотите выпить? — спросил вдруг.

— Я не пью. К тому же я за рулем.

— Вы специально приехали сюда из Краснодольска?

— Такие дела мимоходом не выясняют.

Камай встал, выглянул в приемную и что-то сказал секретарше.

— Моя фирма «Редмет» занимается добычей, обогащением и поставками редкоземельных металлов иностранным партнерам в соответствии с квотами и международными договоренностями, по мировым ценам. Мы работаем совместно с американской компанией «Геникс энд трэйд»…

Вошла секретарша, положила на стол несколько листков с принтерным текстом.

— Спасибо. Позвони «пять-ноль-пять», пусть Алексей посидит в приемной, — вполголоса сказал он и, когда секретарша вышла, продолжил: — У КожуХова и его объединения, как вам известно, другая продукция и другие задачи. Правда, два предприятия занимаются обогащением, но они находятся в ведении Миноборонпрома, поэтому наши с Кожуховым деловые интересы не пересекались.

— А с Паничем? — пошел Влад ва-банк.

Камай замер и покраснел, но мгновенно справился с собой и, чуть подавшись вперед, сделал вид, что не расслышал:

— Простите, с кем?

— С Паничем Дмитрием Константиновичем?

— Я не знаю такого. Никогда не слышал.

«Псих, — думал Камай. — Определенно ненормальный! Решил заняться частным расследованием и посчитаться с убийцами друга?.. Средневековое какое-то мышление! Мститель-одиночка… Бред!.. Откровенен, как сердце на ладони. Или все-таки играет?.. На кого? Панича упомянул… решил пойти в одиночку против Панича? Далеко пойдет!..»

— Значит, вы не скажете мне, зачем приезжал Кожухов? — спросил Влад.

— Скажу. Разумеется, не только затем, чтобы рассказать о своих неприятностях. Разорился банк «Техэкспорт», куда были вложены немалые деньги партнеров «Цветмета». Анатолия донимали кредиторы, заканчивался квартал, и предстояло выплачивать дивиденды акционерам. Он был неплохим технологом, но по части экономики до руководителя такого масштаба не дотянул, к тому же понадеялся на сомнительных специалистов, и этим воспользовались. — Камай достал чашки, неторопливо — так же, как говорил, — стал насыпать сахар, наливать кофе. — «Краснодольскцветмет» безнадежно погряз в долгах, нужны были кредиты. И с этим он решил обратиться ко мне. Точнее, через меня — к американцам, фирме всемирно известной и, как он полагал, богатой. Но на оформление подобного контракта требовалось время, кроме того, американцы, как известно, «по пятницам не подают» — нужны гарантии. Права закладывать под залог собственность акционерного предприятия у Кожухова не было, он обещал собрать Совет директоров. Я же, прежде чем связаться с партнером, ждал его решения. Но, как видите, не дождался. Теперь обязанности генерального директора исполняет Мещанинов, насколько мне известно. Серьезный человек, и стоят за ним серьезные силы — правительство и государственный банк. Думаю, теперь дела пойдут на лад, — Камай поставил перед Владом глиняную чашку. — Прошу. Могу предложить печенье.

На кофе Влад не взглянул.

— Значит, кредиты просить приезжал? — посмотрел на Камая с прищуром. — Накануне выходного, на ночь глядя, и попросил водителя подъехать со двора?

Камай был само спокойствие. Сел в кресло, неторопливо размешал сахар.

— Я не знаю, по какой причине он не хотел афишировать свой визит.

— А дверь черного хода в отеле закрыта, — усмехнулся Влад. — Тем не менее его встречали там двое ваших сотрудников. Значит, ждали? Он вам предварительно звонил и просил о конфиденциальной встрече?

На это Камай отвечать не счел нужным, полагая, что рассказал более чем достаточно.