Валерий Рощин - Готовность №1

Улыбнулся и он…

Осторожно тронув ее правое колено, поинтересовался:

— Как наше боевое ранение?

— Замечательно… Я о нем почти забыла.

— Тогда в путь? — поднялся командир и протянул ей руку.

Арина без колебаний подала холодную ладошку и через мгновение оказалась на ногах. И скоро, нагруженные несметным багажом, они медленно поднимались в гору, плавно подворачивая на запад и обходя одно из самых южных селений горной Чечни…

Жорж наблюдал за сноровистыми действиями напарницы скорее из элементарного любопытства или, точнее, из-за маленькой несправедливости: она — юная девица умела легко управляться с продвинутой аппаратурой космической связи, а он — видавший виды мужчина был абсолютно не в теме. Арина же, не обращая внимания, на его косые и отчасти завистливые взгляды, связалась с координационным управлением и получила первые данные слежки за «клиентом»…

— Итак, — оповестила она, — записывайте…

Продиктовав кучу цифр и несказанно удивив командира отменной памятью, старший лейтенант ФСБ стала деликатно ожидать, пока тот установит искомое место по карте…

— Село Малые Веранды, — озвучил он через минуту. — По прямой двадцать километров, а по дорогам и тропам все тридцать… Ладненько, главное мы выяснили. Поехали…

Он завел двигатель, вырулил из лесочка на асфальт и повел серый камуфлированный «уазик» по направлению к Шатою. Пятнадцатикилометровый отрезок пути вдоль Аргуна не отнял много времени — автомобиль послушно несся по шоссе и немного притормозил лишь однажды — когда они проезжали злосчастную лощинку, где недавно угодили в искусно сработанную людьми Умалатова засаду. Хмуро окинув печальное место тяжелым взглядом, Георгий снова вдавил до пола педаль газа…

На подъезде к Шатою, он решал нелегкую задачу: либо отмахать семьдесят верст на машине по нормальной дороге через Дуба-Юрт и Урус-Мартан — других автомобильных трасс кроме этой не существовало, либо опять замаскировать «УАЗ» где-то в здешних зарослях и отправиться пешком в двенадцатикилометровый переход по горам напрямую к Малым Верандам. Усталость от постоянной беготни по пересеченной местности достигла апогея, но риск быть засвеченными на вполне узнаваемом автомобиле, взял в этом споре верх. Кроме того, наличествовала и еще одна причина, из-за которой Извольскому не слишком-то хотелось красоваться в людных местах — на въездах в относительно крупные населенные пункты располагались блокпосты федеральных сил. Командиры же спецгрупп «Шторма» издавна привыкли работать скрытно, как от противника, так и от союзников, дабы лишний раз не искушать и не испытывать судьбу…

И вскоре они снова топали друг за другом по склонам, долинам и ущельям, держа курс почти строго на запад…

— Сегодня нам чертовски везет, — оптимистично заявил подполковник, передавая Северцевой бинокль. — Наконец-то мы его настигли…

Та внимательно изучила с недавно выбранной идеальной позиции чеченское село и легко обнаружила среди десятка проулков, замеченные ранним утром в Гомхое автомобили. Вскоре она так же наткнулась и на самого «клиента», обосновавшегося в одном из больших домов. Он то появлялся во дворе, ведя за руку двух мальчиков лет четырех-пяти, то разговаривал с какой-то невзрачной женщиной-чеченкой, вероятно женой… Два чеченца из его охраны бродили по огромному участку, а четверо сидело за обеденным столом, стоящим в саду — под сенью раскидистых деревьев.

— Дальнейший план предельно прост, — Жорж по давней привычке перевернулся на спину, расслабляя мышцы тела, — дожидаемся темноты, я спускаюсь вниз, а ты контролируешь ситуацию отсюда — наблюдаешь, прикрываешь и подсказываешь по рации.

— А там — внизу, вы будете в одиночку противостоять семерым? — с сомнением спросила девушка.

— Не в первой… — тихо бросил тот. — Да и других вариантов все одно не предвидится…

Она хотела возразить, да, глянув на напарника, промолчала — слишком уж уверенным и спокойным выглядел он…

До вечернего намаза, традиционно начинавшегося на закате солнца и длившегося, пока не погаснет заря, оставалось менее часа, когда на участке возле особняка Умаджиева затеялось какое-то странное движение. Извольский с Северцевой припали к оптическим приборам…

Пара телохранителей неспешно заняла места в «Джипе», помощник начальника Главного штаба что-то сказал жене и тоже нырнул в салон черной машины. Вездеход плавно вырулил в проулок и покатил к северному выезду из села. «Нива» с четырьмя охранниками так и осталась во дворе…

— Да, вечер не удался… — вполголоса констатировал Жорж, опустив «Винторез» Кравчука. Прикрывая уставшие глаза, проворчал: — Как он мне надоел со своими внезапными исчезновениями!..

Арсен решил последовать совету Шамиля и немного отдохнуть от праведных трудов по подготовке операции в недавно построенном доме в Малых Верандах. Тем более что его весомый вклад в теоретическую разработку грандиозного теракта во Владикавказе был по достоинству оценен руководством. Практические же приготовления к его осуществлению шли полным ходом: в тайники завозилось все необходимое для взрыва; проверенные, умелые люди устанавливали контакты с теми, кто был вхож на стадион и имел доступ к самой вместительной трибуне центрального стадиона. Найденные и завербованные работники центрального стадиона вкупе с ценной информацией щедро оплачивались из казны руководства Ичкерии. Все развивалось строго в соответствие с придуманным Умаджиевым сценарием…

Еще затемно — ранним утром, он спустился по тайной тропе из лагеря и вошел в ближайший аул. Впереди и сзади следовала охрана — двенадцать хорошо вооруженных бойцов из личного отряда Татаева. С одной стороны Арсена раздражала подобная опека, но с другой — забота Шамиля о безопасности дальнего родственника и помощника была и объяснима, и приятна.

С двумя старыми, проверенными телохранителями он уселся в «Джип» с загодя прогретым двигателем. Еще четверо соплеменников оседлали «Ниву» и обе машины тронулись в путь. Бывший десантник вознамерился провести день с семьей в Малых Верандах, а потом, ближе к вечеру, сославшись на возобновившиеся боли в плече, двинуться в районный центр.

Никакие боли его, конечно же, не мучили — о затянувшейся ране он уж позабыл и думать. Просто перспектива провести ночь с русской длинноногой девушкой радовала и возбуждала куда сильнее, нежели слабое, еле теплившееся желание оставаться верным поблекшей и потерявшей всякую привлекательность чеченской жене. Впрочем, утром следующего дня Арсен планировал сделать кое-какие покупки в Урус-Мартане, включая разнообразные подарки для всей семьи и, вернувшись в село, должным образом ублажить истосковавшуюся по мужской ласке Амаль.