Лэрри Бонд - Котел

Минуту спустя Ноумен, передав по своему каналу сигнал о готовности и надев наушники, ждал главного сигнала. На большом экране появился квадрат, по которому поползли, казалось бы, беспорядочные ряды цифр и букв. Это передавался особый президентский код для доступа к системе СОИ.

Едва появившись, код тотчас исчезал с экрана. Вместо него вспыхнула надпись крупными буквами:

"ЗАПУСК СИСТЕМЫ РАЗРЕШЕН"

Ноумен вызвал координатора системы:

– Ты готов, Джек?

Дежурный полковник отозвался сразу же:

– Да, сэр. Синхронизация пусковых установок проведена.

Ноумен окинул взглядом свой монитор, потом главный дисплей, еще раз запечатлев в памяти относительное местоположение вооруженных спутников и определенных для каждого из них мишеней. Все соответствовало предварительным расчетам. Он выпрямился в кресле, расправил плечи.

– О'кей! Полный вперед!

ГРУППА СПУТНИКОВ-ПЕРЕХВАТЧИКОВ СИСТЕМЫ СОИ "БРАВО-1", ОКОЛОЗЕМНАЯ ОРБИТА, ВЫСОТА 400 МИЛЬ

Над зелено-голубой планетой пролетело скопление из пятидесяти темных предметов, очертаниями напоминающих револьверные пули Они кружились вокруг земного шара со скоростью семнадцать тысяч миль в час.

Каждый "Бриллиантовый булыжник" был диаметром не больше девяноста сантиметров и весил около сотни фунтов. Эти "камушки" были начинены сложнейшей микроэлектроникой, центром которой являлся компьютерный мозг, обладающий сверхмощной памятью и сверхскоростным мышлением. Он был разделен на три доли. Каждая представляла из себя суперкомпьютер, считывающий информацию с телевизионных миниатюрных установок, снабженных антеннами самого широкого диапазона и мощными телеобъективами. Ракетные установки для маневра и топливные резервуары занимали все остальное пространство внутри спутника.

Команда, переданная через систему связи "Джи-Пал" к приемным устройствам пяти спутников, отменила программу, заложенную в их компьютеры шестьюдесятью минутами раньше. Медленно, но уверенно пять "Бриллиантовых булыжников" отделились от основной массы космических перехватчиков и вышли на новую орбиту. Поисковые головки, направленные прежде на земные объекты, сейчас сфокусировали свое внимание на участке пустого пространства в нескольких сотнях миль выше земной поверхности. Крохотный объект обрисовался в этом пространстве, вынырнув из-за невидимой части планеты, словно он специально прятался там. Объект стремительно приближался по дуге своей орбиты. Наш главный источник энергии – солнце – сверкало, отражаясь от экранов солнечных батарей, прикрепленных по обе стороны двухтонного, причудливой формы спутника. Это был "Гелиос" – французский военный космический разведчик. Его сверхзоркие телекамеры могли разглядеть любой предмет в космосе и передать на землю его изображение. Даже если в на орбиту запустили бейсбольный мяч, "Гелиос" изловил бы его своей "ловушкой".

На востоке Европы был рассвет, и низкое солнце расчертило земную поверхность тенями, которые так обожают фотографы.

Завидев добычу, "Бриллиантовые булыжники" включили все свои "охотничьи" и управляющие системы. Как только суперкомпьютер получил электронное изображение с телевизионного монитора, он определил параметры цели, скорость ее движения, расстояние и вычислил модель атаки.

При каждом маневре "Бриллиантовый булыжник" выпускал небольшое облачко тепла от сгоревшего топлива. И сейчас спутники на мгновение окутались дымкой. Все пять стройно продвигались вперед, навстречу "космическому фотографу". Они достигли его за двадцать восемь секунд.

"Гелиос" растворился в огненной вспышке, протараненный перехватчиком. Их встречные скорости, сложенные вместе, составили тридцать тысяч миль в час. Миллионы частиц металла распылились в пространстве на десятки квадратных миль. Два "Бриллиантовых булыжника" влетели в это метеоритное облако и распались. Два других обошли облако стороной и по снижающейся орбите стали опускаться в атмосферу, где они через несколько витков благополучно сгорят, не доставив неприятностей жителям Земли.

В массе перехватчиков вновь началось оживление. Еще пять "Бриллиантовых булыжников" проявили активность. Новый предмет поднимался по восходящей орбите. Новая мишень. Франко-германский радарный спутник SAR устремился навстречу своей гибели. Меньше чем через час все французские и германские разведывательные спутники постигла та же печальная участь.

5 ИЮНЯ, 19-я МОТОПЕХОТНАЯ БРИГАДА, КОТБУС, ГЕРМАНИЯ

Над ярко освещенным пространством, ограниченным проволочным заграждением, нависло черное беззвездное небо. Хотя была уже полночь, огни горели повсюду. Офицеры и солдаты 19-й мотопехотной бригады готовили себя, свое оружие и технику к войне. Работа кипела вокруг боевых машин. Опустошались склады, контейнеры с боеприпасами, запчастями, пищевыми походными рационами грузились на прицепные платформы и накрывались маскировкой. Снабженцы суетились в поисках того, в чем нуждались их подразделения. Отсутствие того или иного снаряжения было скорее правилом, чем исключением.

Когда третьего июня на море началась война, бригада уже находилась в состоянии передислокации и была разбросана чуть не по всей территории Германии. Некоторые части перехватили по дороге и срочно направили на восток, в Котбус, где разместили в полуразвалившихся строениях, сооруженных еще в 1945 году для советских оккупационных войск. Другие батальоны еще оставались на прежнем месте, в своих казармах, в ожидании путешествия по германским железным дорогам и автобанам.

Штаб прибыл в Котбус за сутки до того, как от командования 2-го корпуса поступил приказ о начале превентивных действий. Перемещение танковой бригады сопровождалось транспортировкой сотен тонн различных грузов. Процесс этот был трудоемким и хлопотным.

Подполковник Вилли фон Силов хмуро взирал из окна по-спартански обставленного кабинета командира бригады на суматоху, творящуюся снаружи. Он со своими помощниками несколько дней трудился вовсю, чтобы как-то наладить снабжение и разрядить обстановку. Они полностью выдохлись, добившись очень малого результата. Несмотря на их героические усилия, 19-я бригада пойдет в бой обеспеченная только на пятьдесят процентов от необходимого количества боеприпасов, продовольствия и горючего.

Насколько можно верить слухам, другие войсковые подразделения Конфедерации находились не в лучшем положении. Вся армия испытывала колоссальное напряжение, срочно передислоцируясь к польской границе и одновременно продолжая тяжелые бои в Венгрии.

Фон Силов сердито тряхнул головой. Одно дело – генералы и политики с их рассуждениями о грядущей войне как о легкой прогулке по чужой территории И совсем другое – реальная война. Особенно, если половина военных запасов лежит на стратегических складах за четыреста километров позади линии фронта.