Лэрри Бонд - Котел

– Что тебе надо, Неуманн? – хрипло спросил Вилли у подошедшего рядового.

– Вас вызывает командование 2-го корпуса. Они хотят знать, когда мы выступаем. Там ситуация...

– ... – закончил за него Вилли. – А у нас здесь что? Пикник?! Завтрак на траве?

Фон Силов сразу же пожалел, что дал волю своим чувствам в присутствии рядового. Тот выполнял свой долг, свои обязанности – не более того. Он положил руку на плечо молодого солдата и почувствовал, что парень дрожит мелкой дрожью.

– Скажи капитану Веберу. Пусть передаст во 2-й корпус... два батальона бригады выступят через час. И пусть расчистят нам все мосты от бегущих трусов. А то мы их сбросим в воду! Понял?

Неуманн отдал честь и исчез из поля зрения. В темноте Вилли не видел никого, кроме призраков. Живого Бремера, живых товарищей по бригаде, ожившие танки и самоходки. Если б можно было воскресить из мертвых эту силу и отправить в бой. Он теперь по званию и по должности командовал бригадой. Но бригада существовала лишь как символический знак на оперативной карте высшего командования.

21 ИЮНЯ, 19-я МОТОПЕХОТНАЯ БРИГАДА. ПЕРЕПРАВА ЧЕРЕЗ ВАРТУ

Фон Силов с ненавистью смотрел на восходящее солнце. Несмотря на заверения командования 2-го корпуса, все три моста через Варту были забиты отступающими в беспорядке французскими танками и прочим движущимся железным хламом. Признаки панического отступления наблюдались повсюду. Танки "ЛеКлерк" с порванными гусеницами или заглохшими моторами блокировали мосты или торчали огородными пугалами возле хуторов и деревень. Пешие солдаты огибали свою бывшую грозную защиту, харкали на броню черной от дыма и пыли слюной, вяло ругались и шли, шли на запад, обратно туда же, откуда их направил в бой генерал Монтан. Вилли тряс за плечи французского капитана военной дорожной полиции.

– Я требую, чтобы вы выслушали меня! Сейчас же очистите мосты! Или я сброшу с них вашу рухлядь сам!

Офицер-регулировщик выдавил из своих пересохших губ робкий ответ:

– Генерал Беллар приказал... Мосты предназначены для отхода 5-го дивизиона...

"А если я убью генерала Беллара, командующего 5-м дивизионом", – такая соблазнительная мысль мелькнула в мозгу Вилли.

Фон Силов бросил взгляд вокруг. Сзади него скалились "Леопарды" и "Мардеры", готовые к прыжку через Варту. Они были легки на подъем – эта стая диких уточек. Недаром танкисты шутили, что даже мартышка может управлять "Леопардом".

Но, к сожалению, "уточки" не могли плавать и пересечь этот проклятый ручей, называемый Вартой. Господь Бог их пожалел и почему-то не направил польские штурмовики на эту массу танков, скопившихся возле мостов, как нищие безработные в очереди за пособием.

– Где же этот генерал Беллар?

Последовал нервный смешок, потом ответ:

– Не знаю, сэр. Еще ночью командные машины проследовали на запад.

Вилли фон Силов уже раскалился докрасна, пар давил на стенки, котел скоро лопнет... Значит, генерал Монтан обосрался от страха и меняет свои штаны на не менее нарядные. А я должен подтирать ему задницу и еще прикрывать его стыд спереди?!

Он тряхнул французского капитана, как куклу, и указал на передовой "Леопард".

– Знаешь, что это такое, капитан?

– Знаю, сэр.

– Прекрасно! – Вилли приблизил свое лицо к лицу испуганного офицера так, что они стукнулись лбами.

– Если ты сейчас же не освободишь мост от своего хлама, я истрачу дорогостоящие ракеты и сожгу всех вас... к матери. Ну что? Отпустить тебя на волю, или ты крикнешь: "Вив де франс!" – и сдохнешь тут же?

Офицер судорожно затряс головой и, когда его освободили, побежал выполнять свои нелегкие обязанности. Его бригада была готова вступить в битву.

21 ИЮНЯ. ГРУЗОВОЙ ПОРТ. САВАННА, ШТАТ ДЖОРДЖИЯ, США

Над гаванью Саванны раздавался колокольный звон. В церкви начиналась воскресная служба. Но этот мягкий, нежный звук тонул в реве моторов грузовиков, подъемных кранов и автопогрузчиков. Гавань напоминала растревоженный муравейник. Над кипящим человеческим морем, над водой, радужной от маслянистых и мазутных пятен, метались в поисках случайной добычи стаи бесстрашных морских чаек.

Суда, заполнившие гавань, загружались людьми, техникой и военным снаряжением для отправки в Европу. Среди судов были новейшие транспорты RO/RO со специальными подъемными устройствами, откидывающимися бортами, с подвижными палубами, изменяющими угол наклона, предназначенные для быстрейшей погрузки и разгрузки в экстремальной ситуации. Большинство же составляли обычные морские сухогрузы и контейнеровозы, которые выстроились в очередь под портальными кранами многочисленных причалов Саванны.

Майк Дейкер положил на привычное место свою коробку с домашней снедью, как всегда заботливо приготовленной женой для трапезы в короткий рабочий перерыв, растянулся во всю длину на деревянной скамье. После восьми часов, проведенных в стальной коробке на немыслимой высоте по соседству с нахальными чайками, любая жесткая скамья покажется королевским ложем. Он потер себе щеки шершавыми ладонями, смежил веки и прикрыл лицо носовым платком. Таким образом он расслаблялся. Позади была тяжелая ночь, а предстоял не менее тяжелый день.

Он отработал уже две смены. Стрела его крана монотонно проделывала один и тот же маршрут, в одном и том же ритме, подхватывала с бетонных причалов и опускала в развернутое нутро палубы кораблей одни и те же грузы – танки, бронемашины, зачехленные пушки и опять пушки, бронемашины, танки. Порядок менялся, суть оставалась та же. Более молодому человеку, может быть, было бы легче выдержать этот бешеный рабочий график, все-таки Майку оставалось всего ничего до выхода на долгожданный отдых после тридцати лет работы крановщиком, но молодым не доверили бы такой работы, да еще в такие напряженные дни. Было важно не сбиться с ритма, а у молодых нервы, как нитки. Зато у Майка нервы, как толстые просмоленные веревки. Поэтому он мог расслабиться и отдохнуть на жесткой деревянной скамье, а молодым нужна дискотека, чтоб попрыгать, виски или еще что похлестче, вроде "дымка" – самодельной сигаретки с травкой. Никто его не информировал, зачем такая спешка. Газет он не покупал, телевизор не смотрел из-за надоедливой рекламы и физиономий нелюбимых им актеров и политиков. Но здравый смысл ему подсказывал, что Соединенные Штаты вступили в войну. А Штаты – его страна, и правда, и справедливость всегда на ее стороне. Значит, надо пожелать кораблям, которые он загрузил, счастливого плавания.

22 ИЮНЯ. РОТА "АЛЬФА", ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ 3/187, ГДАНЬСК

Внутри обширного помещения грузового самолета С-141 было сумрачно, несмотря на включенное освещение под потолком. Капитан Майк Ренолдз с трудом разглядел мощную фигуру сержанта, вставшего во весь рост в дальнем конце самолета. Чтобы преодолеть гул моторов и быть услышанным всеми, сержанту пришлось поднести к губам микрофон. Огромную воздушную машину потряхивало, и сержант держался свободной рукой за металлическое кольцо в потолке.