Современный польский детектив

Комната была большая, с широким окном, у окна стоял стол, на котором в беспорядке валялись тюбики с красками, карандаши, рулоны бумаги, в майоликовой вазе торчали всевозможные кисти.

Пажистый опустился в другое кресло, а хозяин пододвинул стул и сел на него, закинув руки за спинку.

— Кажется, вы знаете от своего друга, кто я и откуда? — начал Герсон.

— Да, знаю. Кароль только что звонил мне, предупредив овашем приходе.

— Итак, если Магомет не идет к горе, то гора идет к Магомету…

— Ты уже успел что-то рассказать поручику? — Сарна кинул взгляд на приятеля.

— Только одно — что я был против твоего молчания, А все остальное, чтобы ты получил удовольствие, прибеper для тебя.

Сарна чуть кивнул и перевел взгляд на поручика.

— Что вас интересует?

— Все, что касается Анки Эльмер и того дела, в котором она замешана. Меня также интересует ваше участие в некоторых ее действиях. Рассчитываю на откровенность, Вы ведь разыскивали какое-то пальто и сумку?

— Поскольку вы уже знаете основную причину моей заинтересованности Анкой Эльмер, мне не избежать весьма неприятных последствий.

Не спеша, старательно подбирая слова, Сарна описал все события, в которых он принял участие, стараясь при этом обстоятельно объяснить мотивы своих поступков. Герсон молчал, вертя в руках шариковую ручку, время от времени делая пометки. Наконец Сарна закончил.

— И все это вы хранили в тайне только по этой причине? Трудно поверить.

— Но это так,— убежденно подтвердил Сарна.— Я должен был руководствоваться в первую очередь собственным интересом. Потеря невесты, а до этого неминуемо бы дошло, была бы для меня слишком дорогой ценой. У меня не было никакого желания платить ее.

— Как вы могли заранее все предрешить? Еще не известно, пришлось ли бы вам платить. В милиции работают люди, тоже имеющие невест. Вас вполне могли бы понять, вы должны были рассчитывать на то, что мы умеем хранить тайны.

— Да, но есть еще и инструкции. Я никак не мог рассчитывать на то, что ради какого-то там Сарны вы решитесь нарушить инструкцию.

— Договориться всегда можно, ибо тот же Сарна оказал бы нам большую услугу, сообщив весьма важные сведения. Это позволило бы давно закончить следствие, а вы давно получили бы свое пальто и сумку.

— Да, но их нет, и я уже готовлю себя к тому, что помолвка будет разорвана...— с горечью констатировал Сарна.

— Скажите,— обратился поручик к Пажистому,— значит, это вы сообщили своему приятелю адрес на Градовой, полученный вами, гм… не будем называть, при каких обстоятельствах? Наверное, вам небезынтересно будет узнать, что Анка Эльмер не может забыть тот вечер. Я не совру, если скажу, что у нее к вам довольно теплые чувства…

— По-видимому, это был тот редкий случай, когда на лице Пажистого вспыхнул яркий румянец. Он всячески пытался скрыть свое смущение. Поручик пришел ему на помощь:

— Таким образом, можно сделать вывод, что в ту ночь она звонила Яхме, тот велел ей ехать на Градовую. Там он передал ей шестьсот тысяч. Держать их при себе было рискованно. Она должна была ждать его с деньгами в его квартире, чего она не сделала, и он поплатился за это жизнью… Хотя я уверен, что судьба Яхмы уже была предрешена в тот момент, когда он признался, что обобрал своих дружков. Такие номера безнаказанно не проходят.— Поручик умолк, потом обратился к Сарне: — Где эта Градовая находится?

Сарна подробно рассказал, как туда попасть.

— А как вы узнали про Уейских и их адрес?

— Мне сказала ее тетка.

— Вы говорили, что видели, как истязали Яхму, и видели человека, который этим руководил?

— Да, но только сзади.

— Какой он?

— Сутуловатый, из-под шляпы торчали седые космы.

— Еще на что-нибудь вы обратили внимание, я имею в виду внешний вид?

— Хорошо запомнил руку. Он пил пиво и время от времени подносил стакан ко рту. Это рука пожилого человека, белая, морщинистая, покрытая веснушками. Пальцы длинные, костлявые, с коротко подстриженными ногтями.

— Во что он был одет?

— На нем было поношенное осеннее пальто, темное, и на голове коричневая бесформенная шляпа.

— Эльмер бросилась бежать, как только вы упомянули о сумке?

— Именно тогда. Видимо решила, что я очередной претендент на эти деньги.

— Когда же возвращается ваша невеста?

— Через два дня...— вздохнул Сарна.

— Посмотрим, возможно, нам удастся вам помочь. Хотя, если быть искренним, вы никак этого не заслуживаете. Скорее всего, мы должны злом отплатить за зло и в подходящую минуту вызвать вашу невесту и вручить ей найденные вещи.

— Сожалею. Я уже говорил, что понимаю, сколь печальные последствия меня ожидают.

— Черт побери,— воскликнул Герсон,— но ведь она должна вам поверить. Думаю, вы сильно преувеличиваете.

— Вы не знаете Терезу…

— Надеюсь, у меня будет возможность познакомиться с ней. Тогда я выступлю в вашу защиту...— проговорил Герсон, вставая с кресла.— Я обязан пригласить вас обоих в управление для дачи показаний,— закончил он разговор.

Анка, как и предполагал Выдма, приехав к дяде, сразу же легла спать, путано объяснив причину своего столь неожиданного приезда. Пан Эльмер, обрадованный появлением племянницы, не стал вникать в причины, побудившие ее приехать. Она была его любимицей, ее приезд свидетельствовал о том, что она о нем помнит.

Анка проснулась довольно поздно, болела голова, в горле пересохло, но холодный душ быстро улучшил ее самочувствие, поэтому она не отказалась от обеда в ресторане, на который ее пригласил милый дядюшка. За несколько часов в этом гостеприимном доме она почти совсем успокоилась. Лес и тишина сняли напряженность, страх притаился где-то на донышке сердца, и картины пережитого кошмара не казались уже такими страшными, она не думала об опасности, вроде ее и не было.

От такого настроения прошла и напряженность; она и представить себе не могла, какое донесение передал Герсон именно в тот момент, когда она шла на обед. Поручик, находясь в машине, доложил на центральный пункт связи следующее:

— В районе дома появились два подростка, сгребают листья, обращает на себя внимание их неторопливость в работе. Девица в сопровождении дяди вышла из дому. Один из парней исчез из поля зрения. Наблюдать за Эльмер выслал Зентека…

Деревья за окнами купались в солнце, и Анка, вернувшись с обеда, поставила шезлонг в палисаднике перед домом, прихватив с собой книжку. Царила тишина и покой. Неподвижные сосны, росшие вокруг дома, казалось, охраняют его, вселяют чувство безопасности. Пахло смолой, и в тишине едва различимо было гудение насекомых. Так прошло послеобеденное время, а вечером они сели перед телевизором.

Было уже десять, закончился фильм, и как раз в этот момент послышался шум мотора, внезапно оборвавшийся перед их домом. Анка подошла к окну и увидела, как из машины выскочила девушка, войдя в калитку, почти бегом бросилась к дому.