Александр Аввакумов - Сыскарь

– Краткость, сестра таланта, – улыбаясь, произнес Харитонов. – У вас есть какие-то вопросы к Абрамову? Насколько я в курсе, это дело вы вообще списали на чеченцев, считая, что данный налет совершен ими.

– Извините, Юрий Васильевич, – заискивающе произнес Гасанов, – но у нас была информация о причастности чеченских боевиков к этому налету. Только на основании этой информации, нами была приостановлена целенаправленная работа по данному делу. Однако, судя по тому, что ситуация коренным образом изменилась мы готовы полностью переключится на это дело.

– Для того, чтобы его успешно завалить, – в унисон начальнику Управления уголовного розыска, произнес Харитонов. – Я считаю, пусть Абрамов со своей бригадой доведет это расследование, до логического конца. Давайте, не будем мешать ему, это делать?

– Я не против этого, – произнес Казбек Булатович, – но, как нам поступать в отношении жалоб, которые уже сегодня поступили в отношения Абрамова и его сотрудников. Кто будет ремонтировать коммунальное имущество, которое они разрушили в момент задержания этих лиц.

– Спишите эти издержки. Я еще не помню ни одного случая, когда МВД выплачивало ЖЭУ, за поломанные в квартирах двери. Думаю, что вы решите этот вопрос и без нас.

– Вопросов нет, мы, конечно, закроем все эти вопросы. Однако, в целях исключения подобных случаев, прошу включить в состав этой группы нашего сотрудника, – произнес Гасанов.

Харитонов, вопросительно посмотрел на Абрамова, ожидая по всей вероятности его согласия.

– Я, не против этого. Пусть ваш сотрудник подойдет ко мне завтра.

– Вот и хорошо, – произнес Харитонов. – Значит, все вопросы мы с вами закрыли.

Посчитав, что это небольшое совещание закончилось, Виктор встал со стула и вышел из кабинета.

***

Абрамов шел по коридору министерства, и все время думал, как мог Бондаренко и Гасанов узнать о задержании Айвазова и этого незнакомца.

«Мы их провели в здание министерства, закрыв их лица пиджаками, следовательно, установить их личность, было практически не возможно. Информацию, об их задержании я в оперативную сводку не давал. Все задержанные находились в кабинетах наших сотрудников и не общались ни с одним из местных сотрудников, тогда как они узнали об этом задержании?»

Чем больше он думал об этом, тем все больше и больше у него возникало подозрений в отношении своих подчиненных.

«Кто из них мог сотрудничать с представителями местной милиции? Кстати, как они узнали, о том, что я расколол Сазонову? Это тоже вопрос? Об этом знали лишь ребята, я и Харитонов».

Он вошел в кабинет и стал его осматривать. За этим занятием его застал Бондаренко.

– Вы чего ищите, Виктор Николаевич?

– Ничего, – ответил Абрамов, слезая со стула.

– А, я уж подумал, что ты хочешь покончить жизнь самоубийством, – засмеялся Бондаренко.

– Куда-то пропала ручка. Вот и ищу, может, положил на шкаф и забыл. Со мной это уже было.

– Это плохо, когда забываешь, куда кладешь свои вещи. Я к тебе вот по какому вопросу. Виктор, не играй в шпионов. Мы здесь такие же милиционеры, как и вы. Ты бы знал, как мне сегодня попало за твое задержание этих людей.

– За что они тебя ругали, ведь кроме меня об их задержании не знал никто, даже Харитонов. Откуда об этом узнало ваше начальство?

– Я не знаю, откуда, но влетело мне, будь здоров. Ты хоть ставь меня в известность о своих операциях. Мы же с тобой приятели и я бы не хотел, чтобы наша с тобой работа отражалась на нашей дружбе.

– Хорошо, Остап Григорьевич, считай, что мы с тобой договорились.

Он вышел из кабинета, а он сел в кресло и задумался над вопросом, о причине его появления в кабинете.

В дверь постучали и в кабинет зашли Обухов и Андреев. Судя по их внешнему виду, они просто валились с ног от усталости.

– Вот, что ребята. Я понимаю, что вы смертельно устали, но, тем не менее, я бы попросил вас проследить, чтобы в ИВС сняли с незнакомца отпечатки пальцев и все это отправили информационный центр. После можете идти отдыхать.

К вечеру на столе Виктора лежала официальная справка информационного центра о том, что человек, имеющий подобные отпечатки пальцев, по учетам информационного центра МВД Дагестана, не значится.

«Странно, – подумал он. – Человек трется с «ворами в законе», невооруженным человеческим взглядом видно, что он судим, все пальцы в наколках и вдруг по учетам информационного центра МВД, он не проходит?»

Абрамов встал из-за стола и спустился на первый этаж. Осмотревшись, он направился в сторону информационного центра. Представившись сотрудникам, Виктор поинтересовался у них, кто из них осуществлял данную проверку.

– Я, – произнесла миловидная девушка, – Что вас не устраивает?

– Вы не ошиблись случайно с ответом? – спросил ее Виктор. – Руки человека все исколоты, а вы даете мне ответ, что он не известен и не судим?

– Я несколько раз проверяла его и вполне уверена, что этого человека в нашей картотеке нет. Не верите мне, можете проверить сами. Вот его дактилоскопическая формула, а теперь можете искать.

– Да, что вы ради Бога, нет, значит, нет, – примирительно произнес Абрамов. – Давайте, вот что сделаем, отправим эти отпечатки в Главный аналитический центр МВД России. Посмотрим, что они нам ответят. Поставьте гриф, очень срочно.

– Хорошо, – ответил заместитель начальника информационного центра. – Как получим ответ, сразу же доложим вам.

Виктору вышел из информационного центра и направился к себе в кабинет. Неожиданно для себя, в коридоре он увидел Ольгу. Она сделала ему знак рукой и вошла в один из кабинетов. Оглядевшись по сторонам, Абрамов открыл дверь кабинета и последовал за ней. Похоже, это был архив, так как все помещение было заставлено стеллажами, на которых стопками лежало множество папок, амбарных книг и журналов.

– Виктор Николаевич! – прошептала она, взяв его за руку. – Я сегодня краем уха слышала, как заместитель министра отчитывал нашего начальника за то, что тот не проконтролировал вашу работу. Я не знаю почему, но шум поднялся из-за какого-то мужчины, которого вы задержали сегодня утром. Судя по всему, этот мужчина оказался с большими связями наверху и те, по всей вероятности сильно напрягли наше руководство.

– Спасибо, Оля за помощь. Ты бы как-нибудь зашла ко мне, попили бы чаю, поговорили немного.

– Спасибо за приглашение. Может быть, я как-нибудь выберу время, и мы попьем с вами чая. А, сейчас идите, не нужно, чтобы нас видели вместе.

Абрамов вышел из кабинета. Коридор министерства был пуст. Подходя к своему рабочему кабинету, он увидел Бондаренко. Он стоял около двери его кабинета и растеряно смотрел на него. Лицо его было до того беспомощным, словно Абрамов застал его за чем-то нехорошим.