Джон Карр - Убийство арабских ночей

– И увидел бы! Потому что я тут же вернулся к входным дверям. Нет, сэр.

– Куда он мог юркнуть в таком случае?

– В «Египетскую галерею», сэр. Только туда. Понимаете, ее дверь расположена дальше по проходу, между этими двумя каретами. Она рядом с «Персидской галереей», так же как на другой стороне «Галерея Базаров» примыкает к «Восьмому Раю», и, как и там, между ними есть двери.

– Между ними есть двери, – повторил я. Вы же понимаете, что мне пришло в голову, не так ли? – Значит, галереи соединяются друг с другом. В «Персидской», вы сказали, было темно. А в другой?

– В другой тоже было темно. Понимаете, сэр, прошлой ночью мы не собирались использовать в пьеске ни одну из них. Кроме того, нам не хотелось, чтобы мистер Маннеринг забрел в персидскую галерею», где он мог заметить, что национальный костюм мистера Бакстера взят из экспозиции.

Заметки я набрасывал наспех, и они были совершенно неудобочитаемы, но я не оставлял своего занятия, фиксируя обрывки его рассказа, пусть даже сам в них сомневался. Они помогли бы мне освежить в памяти то, что я забыл бы.

– Хорошо! – сказал я. – Давайте выясним, чем занимались остальные ваши сподвижники. Бакстер! Вы сказали, что он вышел из затемненной «Персидской галереи» сразу же после того, как кто-то кинул в стенку кусок угля. Он все время был в ней? Что он там делал? Разве он не вышел и не подал голос с появлением Пендерела?

Пруэн с силой растер щеку.

– Я предполагаю, что он должен был подняться наверх вместе с остальными. То есть по железной лестничке в «Персидской галерее». Нет, потом он не выходил. Вот это я и хочу вам рассказать. Все были заняты подготовкой к действу и поэтому ходили взад и вперед – но на самом деле между появлением актера в дверях и звуками тех самых шагов прошло совсем немного времени. Именно! Не зная, что делать, я вернулся к входным дверям и крикнул, чтобы хоть кто-нибудь подошел ко мне. «Мистер Батлер! – позвал я. – Мистер Холмс!» Крикнул, просто чтобы посмотреть, что будет дальше, ибо в то время я был уже на грани растерянности…

– Ну и?..

– Едва только стихло эхо моего голоса, я услышал шаги в «Персидской галерее». Оттуда вылетел мистер Холмс. Он был куда более бледен, чем раньше, и махал мне руками, чтобы я замолчал. «Что тут за суматоха? – Вы понимаете, что он спустился по той самой железной лестнице. – Что тут делается?» – спросил он меня. И я ему рассказал о тех двух личностях; о том психе, который недавно появился, и о том, который исчез в каретном ряду. Мистер Холмс был чем-то смущен.

– Где он? – спросил мистер Холмс. – Почему вы не поставили меня в известность?

Мне не понравился его тон.

– Сэр, – сказал я, – вы сами приказали мне не оставлять своего поста. Один, который пришел первым, находится в кабинете вместе с мистером Джерри – худой и в очках. И поскольку, по всей видимости, мистер Джерри решил, что все в порядке, с какой стати мне вмешиваться? И кроме того, если мне будет позволено обратить на это внимание, почему всем вам потребовалось полчаса, чтобы заколотить небольшую упаковочную клеть?

В чем там было дело, сэр, я выяснил позже. Оказалось, что свинцовая крышка хранилища так приварилась к верху, что им пришлось как следует потрудиться, чтобы ее открыть. Но тогда я этого не знал. Я был несколько раздражен тем, что меня надолго оставили одного. Мистер Холмс продолжал стоять рядом, прижав кулак ко лбу. Наконец он сказал:

– Господи, да это же в самом деле подлинный Иллингуорд!

Оставив меня в полной растерянности, он стремительно кинулся к кабинету куратора, где мы сейчас с вами и находимся. В это время наверху мраморной лестницы появились мистер Бакстер и мистер Батлер. Они с трудом тащили заколоченный ящик, который тут же стал громыхать по ступеням. Мистер Холмс с отчаянием приложил палец к губам и махнул носильщикам, призывая их к тишине. Затем он бросил на меня взгляд и осторожно приоткрыл дверь кураторской, чтобы заглянуть внутрь…

Когда они спустили ящик вниз, мистер Холмс уже наполовину просунул голову в щель и теперь видел и слышал все, что там происходило. Мистер Бакстер, мисс Мириам и мисс Кирктон подбежали ко мне узнать, в чем дело, а мистер Батлер щелкнул пальцами и снова взлетел наверх, будто он что-то забыл.

И тут – бах! Дверь кураторской с таким грохотом захлопнулась перед носом мистера Холмса, что мы подпрыгнули на месте. В тот момент псих принялся за дело, но тогда мы этого еще не знали…

– Вот, ребята, и завершение показаний, которые оказались для меня в новинку. Имея на руках рассказ Иллингуорда, я, конечно, мог подтвердить или опровергнуть сказки Пруэна. Но все сходилось один к одному.

Иными словами, отчет Пруэна хоть и не был столь уж цветистым, но излагал факты. Рядом с проходом в «Персидскую галерею» небольшая группа, состоявшая, кроме него, из Мириам, Гарриет и Сэма Бакстера, слушала его повествование. Холмс колотил в двери кураторской, отчаянно стараясь понять, что там происходит. Батлер, сообщив, что забыл наверху свою дубинку, поднялся по лестнице. Тут Джерри, победно затолкав Иллингуорда в лифт, распахнул двери кураторской, и Холмс зашел в кабинет. Через минуту или две они с Джерри вышли, продолжая спорить. Затем к ним присоединился Бакстер, который нашел на полу накладные черные усики, после чего троица, продолжая галдеть, присоединилась к тем, кто стоял у «Персидской галереи». Пока Джерри рассказывал об общении с Иллингуордом, послышались шаги Батлера, спускавшегося по мраморной лестнице. Он прошел вдоль ряда карет, заглядывая в каждую из них, и наконец открыл дверцу дорожного экипажа…

Он тут же отпрыгнул, захлопнув дверцу. Конечно, никто не успел заглянуть внутрь, поскольку все собрались в дальнем конце каретного ряда. Но Батлер различил очертания головы Иллингуорда, силуэт которой просматривался в зарешеченном отверстии вентилятора, и тут началось это столпотворение – сначала чтобы поймать Иллингуорда, а потом – чтобы втащить его с улицы через шахту для угля.

– Кроме того, – возбужденно закончил Пруэн, – мы не знали – никто из нас – о мертвеце. – Похоже, ему было невдомек, что Батлер успел обнаружить его. – Больше всего нас пугало, что коп вернется с подкреплением выяснить, что тут происходит. Так что все решили уносить ноги – и поскорее. Первым успел исчезнуть мистер Батлер; ему пришлось заняться этим старым идиотом, который все еще был в ступоре, – он настоял, что доставит его в гостиницу. Что мистер Батлер и сделал, хотя был основательно перепуган, чем удивил меня. Кроме того, он взял со всех слово, что они дождутся его дома у мистера Холмса. В общем-то странно; хотел бы я понять…

Он удивленно задумался, встряхнулся и заговорил:

– Мисс Мириам ушла одновременно с мистером Батлером. Она… ну, она чувствовала себя не лучшим образом; вы же знаете, сэр, что она болела. – Пруэн внимательно посмотрел на меня. – Она сказала, что хочет поездить, чтобы прийти в себя. Ее машина стояла на Палмер-Ярд. Мисс Кирктон предложила составить ей компанию, но мисс Мириам не хотела и слышать об этом. Она сказала, что попозже присоединится к ним на квартире у мистера Холмса, если ей станет лучше, и торопливо вышла…