Уолтер Саттертуэйт - Клоунада

— Итак, вы вернулись в отель и встретились с инспектором.

Моя собеседница кивнула.

— У дверей в номер. Он подошел вместе с двумя напарниками и администратором. Администратор принес запасной ключ, но дверь не открывалась. Полицейским пришлось ее выбить.

Госпожа Нортон допила чай, наклонилась вперед, поставила чашку с блюдцем на столик. И сияла с чайника грелку.

— Еще чаю?

— Нет. Благодарю. Так вы нашли свой сборник?

Она налила себе еще чаю, снова накрыла чайник грелкой. И откинулась на спинку кресла с чашкой на блюдце в руках.

— Нет, — сказала она. — Но Ричард был там. И та немка.

— Вы успели как следует осмотреться?

Госпожа Нортон нахмурилась.

— Я туда пришла не достопримечательности разглядывать.

— Да, но за чем-то вы все же пришли.

— У меня, по правде, не было выбора.

— Как и у меня. Я обязан задать все эти вопросы, госпожа Нортон. Может, вы заметили там следы борьбы?

— Нет. Точно, нет. Они оба выглядели… такими умиротворенными. — Она посмотрела в сторону, будто пытаясь заглянуть в прошлое, потом снова повернулась ко мне. — Но понимаете, все было… так тревожно. Я знала его. Ричарда. И по-своему хорошо к нему относилась. И ту немку я знала. Мне она совсем не нравилась, но смерти ей я уж точно не желала. И все-таки она была там. Вместе с Ричардом.

— Почему вам не нравилась фон Штубен?

— Она была совершенно без ума от Ричарда и ничего не скрывала. А людям было неприятно на все это смотреть. Я всегда чувствовала себя неуютно, даже если просто наблюдала за ними, когда они были вместе.

Я кивнул.

— Где они были? Трупы. В каком месте комнаты?

Госпожа Нортон вздохнула.

— Фон Штубен лежала на боку на полу. С согнутыми коленями. Так, будто до того, как все случилось, она стояла перед ним на коленях. — Госпожа Нортон нахмурилась. — Знаете, меня поразил ее вид: крови было совсем мало. Только маленькая круглая дырочка во лбу.

Внезапно она поморщилась и перевела взгляд на чашку с чаем.

— А где был Ричард? — спросил я.

Она подняла глаза.

— Сидел, откинувшись в кресле.

— А пистолет? Видели?

— Да. Он был у него в руке. В правой.

Я кивнул.

— И долго вы там пробыли?

— Минут пять. Не больше, а может, и меньше. Инспектор поблагодарил меня и пообещал, что мое имя нигде не будет упомянуто, и я ушла.

— Сколько времени прошло после того, как вы услышали выстрел и ушли из холла, и до того, как вернулись?

Она задумалась.

— Минут пятнадцать. Может, двадцать.

— Значит, если в номере находился кто-то еще, у него было достаточно времени, чтобы незаметно скрыться.

Госпожа Нортон недоуменно нахмурилась.

— Кто-то еще?

— Если Ричард собирался застрелиться, зачем он назначил вам встречу?

— Возможно, то была одна из его шуточек.

— Угу. И где же здесь юмор?

— Я отвергла его великодушное предложение — отказалась покончить жизнь самоубийством вместе с ним. А он хотел показать, что у него нашелся сочувствующий, который принял его предложение.

— Но это произвело бы впечатление только в том случае, если бы вы пришли и увидели фон Штубен. А с ваших слов, дверь была заперта.

— Верно. — Она нахмурилась. — Может, он думал, я позову на помощь. И я так и сделала.

— Вы всегда приходите на встречи вовремя, госпожа Нортон?

— Простите?

— Вы всегда являетесь на встречу в назначенное время?

Моя собеседница снова нахмурилась, как будто опять не поняла вопроса, и ей это уже наскучило.

— Обычно я стараюсь быть пунктуальной. — Наверное, она заметила, как резко это прозвучало, потому что тут же смягчила тон. — Но, думаю, скоро вы поймете, что в Париже далеко не всегда можно соблюдать пунктуальность. А если честно, в Париже от вас этого даже никто не ждет. Но к чему вы спрашиваете?

— Вы сказали, что пришли туда в три часа. Точно в три?

— В три или около того. Возможно, я на несколько минут опоздала. Но не больше чем на четыре или пять минут.

— А что бы вы сделали, если бы не услышали выстрела? Если бы подошли к двери, постучали, а Ричард не ответил?

Госпожа Нортон некоторое время молча смотрела на меня.

— Я бы спустилась на лифте в вестибюль и позвонила по внутреннему телефону ему в номер. Если бы он не ответил, я бы, вероятно, ушла. Решила, что Ричард забыл о назначенной встрече и, наверное, куда-нибудь ушел…

— Вы, верно, хотите сказать, — спохватилась она, — что я повела себя иначе только потому, что услышала выстрел. И что Ричард никак не мог знать, что я стою за дверью, когда прозвучал выстрел.

— Вот именно. Стихи нашлись?

— Нет. Конечно, у меня есть еще экземпляры, но мне не очень приятно думать, что экземпляр Ричарда куда-то запропастился. Я спрашивала у Розы, но она понятия не имеет, что Ричард мог с ним сделать. Она не знает и о том, брал ли Ричард сборник в отель или нет. Но у них дома его тоже не нашли.

— Выходит, экземпляр Ричарда исчез.

— Да. — Она откинулась на спинку кресла и принялась за чай. — Вы и в самом деле думаете, что в номере еще кто-то был?

— После нашего с вами разговора это кажется мне более чем вероятным. Если в номере кто-то был, и сборник тоже, этот кто-то вполне мог его взять.

— Да, но какой смысл? И кому они, черт возьми, могли понадобиться? Неужели вы думаете, этот ваш кто-то и убил Ричарда? Но зачем? Где мотив?

— Не знаю.

— Но даже если ваше предположение справедливо, зачем Ричарду было приглашать меня в отель?

— Быть может, вы правы. Возможно, ему хотелось, чтобы вы видели их мертвыми. И все же что-то здесь не вяжется. Ведь, по вашим словам, если бы вы не слышали выстрела, вы бы, скорее всего, ушли. Форсайт не мог знать наверняка, что вы попадете в номер. Тем более что дверь была заперта на задвижку.

Госпожа Нортон отвернулась, задумавшись.

— Ранее вы упомянули, что обычно не разговаривали с Ричардом о делах в гостиницах.

Она повернулась ко мне.

— Да, это так. Обычно мы встречались у него дома.

— А где именно — дома?

— Ну, не в спальне же, как вы, должно быть, предполагаете.

— Я ничего не предполагаю. Просто пытаюсь разобраться, что же случилось на самом деле.

Моя собеседница какое-то время настороженно приглядывалась ко мне.

— Вы наверняка знаете, — сказала она, — что Ричард с Розой иногда приглашали к себе в постель еще кого-нибудь. В ту самую спальню. Ménage à trois. [31] Любовь втроем (фр.).

— Да, я слышал.

— Я в этом не участвовала.

— А я так и не думал.

Она сжала губы, потом удовлетворенно кивнула.

— Так где же — в доме? — напомнил я свой предыдущий вопрос.

Госпожа Нортон вяло улыбнулась.

— Вы всегда идете напролом, господин Бомон?

— Неплохая черта для частного сыщика.

Еще одна улыбка — на этот раз более радостная.

— В библиотеке. На втором этаже.