Агата Кристи - Том 5

Джинджер вдруг расхохоталась.

– Простите, – сказала она извиняющимся тоном. – Я себе представила мисс Грей в роли мадам де Монтеспан [76] Франсуаза Атенаис, маркиза де Монтеспан (1641 – 1707) – фаворитка Людовика XIV. С помощью черной магии пыталась вернуть расположение охладевшего к ней короля. у алтаря, крытого черным бархатом.

– Джинджер! – воскликнула Роуда. – Не забывай, здесь наш викарий.

– Извините меня, мистер Дейн-Колтроп.

– Ничего, ничего, – улыбнулся викарий, – как говорили древние... – И он изрек какую-то цитату на греческом языке.

Помолчав некоторое время для приличия, я возобновил допрос с пристрастием:

– Я все-таки хочу знать, кто «они», – мисс Грей, а еще кто?

– С ней живет еще ее приятельница, Сибил Стамфордис. Она у них, по-моему, медиум. Вы ее, наверное, заметили – вся в скарабеях, ожерельях, иногда вдруг нарядится в сари, хотя почему – непонятно, в Индии сроду не бывала.

– И не забудьте про Беллу, – сказала жена викария. – Это их кухарка, – пояснила она. – И кроме того, ведьма. Она из деревни Литл-Даннинг. Слыла там колдуньей. Это у них семейное. Ее мать тоже была ведьма.

Она говорила так, словно речь шла о самых повседневных вещах.

– Похоже, вы верите в колдовство, миссис Дейн-Колтроп? – спросил я.

– Конечно. Ничего в этом нет таинственного и необычного. Житейское дело. Особая черта семьи, передается по наследству. Детей предупреждают: ведьму нельзя дразнить. Соседи ее ублажают – приносят время от времени творог или варенье.

Я глядел на нее в изумлении, но она казалась вполне серьезной.

– Сибил нам сегодня очень удружила. Всем гадала. В зеленой палатке. По-моему, у нее получается прекрасно.

– Она мне нагадала необыкновенное будущее, – добавила Джинджер. – Кучу денег. Красивого брюнета, чужестранца из-за моря, двух мужей, шестерых детей. Подумайте, какая щедрость!

– Я видела, как от нее вышла дочка Кертисов. Хихикала, – сообщила Роуда. – А потом страшно кокетничала со своим юным ухажером. Заявила ему, что на нем свет клином не сошелся.

– Бедняга Том, – сочувственно отозвался полковник. – Сумел он поставить ее на место?

– И еще как. «Я не стану рассказывать, чего мне нагадали, – сказал он. – Тебе, милая, это не очень бы пришлось по вкусу!»

– Молодчина Том!

– Старая миссис Паркер просто выходила из себя, – улыбнулась Джинджер. – «Дурь это все, – заявила она. – Оба вы хороши, нашли кому верить!» Но тут вмешалась миссис Криппс и запищала: «Ты не хуже моего знаешь, Лиззи, мисс Стамфордис видит то, чего другим не углядеть. И мисс Грей в точности знает, когда кто помрет: ни разу не ошиблась! У меня от этого, бывает, мурашки бегают». А миссис Паркер заявила: «Ну, когда кто помрет – уж вовсе про другое. Тут надо дар иметь». А миссис Криппс добавила: «Этих трех я поостереглась бы обижать, себе дороже».

– До чего интересно! Мне бы хотелось у них побывать, – мечтательно проговорила миссис Оливер.

– Завтра мы с вами к ним зайдем, – пообещал Деспард. – Старая гостиница стоит того, чтобы на нее взглянуть. Она прекрасно переделана: и дом комфортабельный, и все интересное сохранили.

– Я утром созвонюсь с Тирзой, – сказала Роуда.

Честно говоря, я испытывал разочарование. «Белый конь», который представлялся мне символом чего-то неведомого и грозного, оказался на поверку безобидным. Хотя, конечно, может, есть и какой-то другой «Белый конь». Потом у себя в комнате, уже в постели, я все думал об этом, пока не заснул.

На следующий день было воскресенье, и все блаженствовали, отдыхая. Палатки и тенты на лужайке трепетали от порывов сырого ветра в ожидании, пока их завтра рано утром уберут рабочие из фирмы по обслуживанию семейных празднеств. В понедельник нам предстояло уничтожать следы порчи и разрушений и приводить все в порядок. А пока, разумно решила Роуда, лучше погулять и наведаться к кому-нибудь в гости.

Первым делом мы все отправились в церковь, где с уважением внимали проповеди мистера Дейн-Колтропа, полной научных экскурсов. Она была посвящена пророку Исайе и скорее напоминала лекцию по истории Персии, нежели религиозное обращение к пастве.

– Мы сегодня приглашены на ленч к мистеру Винаблзу, – сказала Роуда, когда служба закончилась. – Он тебе понравится, Марк. По-настоящему интересный человек. Объехал весь свет, чего только не повидал. Бывал в самых отдаленных уголках. Купил Прайорз-Корт года три назад. Реставрация обошлась ему, наверное, в целое состояние. Перенес полиомиелит, ходить не может, передвигается в инвалидном кресле. Ему, должно быть, тяжко – ведь он так любил путешествовать. Богат, как Крез, дом свой привел в идеальный порядок и прекрасно обставил, а раньше это была настоящая развалина, просто руины. У него полно редкостных, драгоценных вещей, и сейчас, по-моему, он больше всего интересуется аукционами.

Прайорз-Корт был совсем недалеко. Мы поехали туда на машине, и хозяин встретил нас в холле, в своем кресле на колесиках.

– Как любезно с вашей стороны посетить меня, – сердечно приветствовал он нас. – Вы, наверное, без сил после вчерашнего. Праздник удался на славу, Роуда.

Мистеру Винаблзу было лет пятьдесят. Худое лицо, напоминавшее хищную птицу, большой крючковатый нос. Отложной воротничок рубахи придавал ему несколько старомодный вид.

Роуда представила всех друг другу. Винаблз улыбнулся миссис Оливер.

– Я наблюдал вчера эту даму в ее профессиональном амплуа, – сказал он. – Приобрел шесть книг с ее автографом. Будет что дарить знакомым на Рождество. Замечательно пишете, миссис Оливер. Ждем новых романов, все остальное уже прочитано. – Он с улыбкой взглянул на Джинджер: – А вы чуть не навязали мне живую утку, юная леди. – Затем повернулся ко мне: – С удовольствием прочел вашу статью в «Обозрении» за прошлый месяц.

– Очень мило с вашей стороны, что побывали вчера на празднике. И спасибо за щедрый чек. Я даже не надеялась на ваше личное присутствие, – ответила Роуда за всех.

– А мне нравятся эти увеселения. Они так характерны для английской деревни. Я вернулся домой с ужасной куклой, выиграл ее в лотерею, а наша Сибил разоделась в пух и прах – тюрбан из фольги, целая тонна бус – и каких только чудес мне не нагадала.

– Добрая старая Сибил, – сказал Деспард. – Мы сегодня званы на чай к Тирзе. Любопытный дом.

– «Белый конь»? Жаль, что дом не остался гостиницей. Я уверен: у этого места таинственная и зловещая история. Вряд ли здесь проходили пути контрабандистов, слишком далеко от моря. Прибежище разбойников с большой дороги, пожалуй. Как вы думаете? Или же там останавливались на ночлег богатые путешественники, а потом никто их больше не видел. А теперь – какая проза – дом превратился в гнездышко трех старых дев.