Владимир Колычев - Лагерный волк

«Мужики» роптали. С одной стороны голод. С другой стороны воры и бандиты с их требованиями делиться. А дачки с воли не отличались повышенной жирностью. Народ по ту сторону колючки жил не очень сытно. А бытие вольного люда всегда определяло насыщенность посылок, отправляемых арестантам.

Зато решением начальника колонии были сняты все ограничения на получение посылок с воли. Сколько потянут твои родичи, столько и получай. К тому же на зоне водились куражные, то есть богатые зэки. Немного – раз-два и обчелся, зато из дома их грели не по-детски. За таких «коров» шла самая настоящая борьба. Воры норовили их подоить, «быки» покрыть...

Противостояние между блатными и бандитами нарастало и неудержимо близилось к кульминационному моменту. Воры – народ хитроумный. Они так просто к бандитам лезть не собирались. Они подбивали мужиков на бунт, чтобы под прикрытием большой смуты свести счеты со своими врагами. Лагерное начальство было близко к панике. Но, увы, ничего поделать не могло. Внешне пока все было спокойно, и ментовский спецназ не имел полномочий для проведения профилактически-упреждающих действий. Пока было спокойно... Но Ролан точно знал, когда все начнется. В тайнике на промзоне уже имелся приличный запас водки и самогона, чтобы завести толпу.

Хитромудрый Вертлюг знал, как разморозить зону. И ума у него для этого хватало, и авторитета. Но при этом он прекрасно понимал, что в решающий момент все должна решить грубая физическая сила. Поэтому особую ставку он делал на воровских бойцов. А чтобы они не голодали и держали себя в форме, выделял им грев из «общака». Это был аванс, который они должны были отработать в самом ближайшем будущем...

Вот-вот должно было все начаться. Пока все тихо. Но боевые дозоры враждебных сообществ барражируют по территории жилой зоны. В любой момент могла произойти стычка...

В одном таком дозоре находился и Ролан. С ним четыре бойца. Все с пустыми руками, но у каждого за голенищем «прохорей» по короткому, но толстому стальному пруту. И заточки тоже имеются, не без этого...

– Во, смотри, гребет! – встрепенулся Голыш.

Крепкий парнишка. Худощавый, но жилистый. Боксом на воле очень серьезно занимался.

Со стороны административного корпуса к зданию общежития подгребал «одинокий парус».

– Наш человек, – успокоил парня Ролан.

К бараку на всех парах торопился Васек. В руках большой картонный ящик. Уж не дачка ли...

Ролан перегородил ему путь.

– Здорово, братан!.. Почему один и без охраны?

Вопрос вовсе не праздный. И раньше в одиночку ходить было небезопасно. А сейчас и вовсе грозило обернуться бедой. Тем более для Васька, который переметнулся на сторону воров. Спортсмены ему этого никогда не простят...

Васек вздрогнул, когда увидел Ролана. Как будто врага в нем признал. Но затем успокоился. И даже на пошлятину перешел.

– Так это, Ленка моя группен-секс не признает, – ухмыльнулся он. – Поэтому я с ней один был. Один и возвращаюсь...

– Ленка, подруга твоя?

– Ну да, из Черноземска приехала...

– Так тебе что, свиданку с ней дали? Она же не родственница.

– Ну да, не родственница, – смутился Васек, но тут же взял себя в руки. Нашел ответ, который, по его мнению, должен был быть убедительным, – Так это, и свидание недолгосрочное. Ленка баблом подмазала, нас на пару часов оставили... Эх, пацаны, знали бы вы, как я сам себе завидую! Такой кайф!..

– Да, повезло тебе, пацан! – завистливо вздохнул Голыш.

– Жаль, что двух часов мало. Это как перед смертью надышаться... Скоро начнется, да? – спросил Васек и как-то странно посмотрел на Ролана.

– Начнется... Уже грев мужикам раздают. Бурлит все. А ты по бабам... Что там у тебя в дачке? – Голыш не сводил глаз с картонного ящика.

Боец он отличный, но дерьмеца в нем порядком.

– Так это, Ленка подогрела... Пацаны, вы меня до своих доведите. А я вам отстегну...

Васек присел на корточки, поставил ящик на землю, открыл... Верх был засыпан апельсинами. Несколько штук он отдал Голышу. Достал тонкую палку настоящей сырокопченой колбасы, банку какого-то варенья и три пачки «Мальборо»... В банке варенье. И сигареты в пачках, а не россыпью. Это наводило на мысль, что Васек не проходил «таможенный досмотр». Или подруга его денег на откуп дала, или кто-то другой круто подмазал... Кто-то другой...

– Вот вам, пацаны, от нашего стола вашему столу! Угощайтесь, чем бог послал!

Бог ему грев послал... А может, Сатана?.. Два месяца прошло с тех пор, как судьба свела их с Роланом в одном кондее. За это время много чего могло измениться. Тем более что до Черноземска рукой подать...

2

Голод и недовольство «серых» масс, авторитет смотрящего и «газ-квас» сделали свое дело. Зона разморозилась.

В этот день мужики вышли в промышленную зону, но к работе не приступили. Получили водку и закуску из «общака», и началось... На свою беду, под горячую руку попал зам по производству. Увидел пьянствующих зэков, сделал им замечание. И попал под раздачу... «Нет ничего страшнее русского бунта, бессмысленного и беспощадного».

Офицера избили до полусмерти, выбросили в выгребную яму. Но это было лишь начало. Взбесившиеся мужики принялись бить стекла в цехах, крушить станки и оборудование. Начальник зоны распорядился оцепить промышленную зону автоматчиками. Но зэки полезли на крышу «промки» и стали бросать кирпичи в ментов.

Выстрелы в воздух были призваны угомонить толпу. Но, как это часто случается, произвели обратный эффект. Толпа еще больше взбеленилась. Самые отчаянные зэки прыгали за ограждение промышленной зоны в межзонье... Начальник колонии отдал приказ открыть огонь на поражение. Четыре зэка были убиты наповал, еще несколько получили ранение...

И в жилой зоне бунтовали не вышедшие на работу и также напившиеся мужики. Избили дежурного офицера, разогнали отрядных. Били «козлов», крушили перегородки локальных зон, жгли костры из матрацев и постельного белья. Бунтари как на лианах висели на сетках, разделяющих жилую зону от административной, тянули руки к растерянным ментам, кричали, матерились... Это было прикрытие, под которым происходило главное действо.

За зданием общежития стенка на стенку в зловещем молчании сходились блатные и бандиты. Ролан был в числе воровских бойцов. И Васек в тех же рядах, по правую от него руку.

Около четырех десятков человек с одной стороны, около трех – с другой. Воровских бойцов было чуть больше, но бандитские «пехотинцы» отличались более крепким здоровьем. Злые оскалы, пылающие ненавистью глаза, арматурные и просто железные прутья с заостренными концами, кастеты с длинными шипами, заточки – все это наводило на мысль, что без трупов дело не обойдется. Ролан в том не сомневался. Он сам готов был убивать...