Я Немой - Кумтрест

Теперь вместо изолятора зэки отрабатывали свою вину на производстве. Если выполняли норму, то их не трогали. Кто перевыполнил план, тот был достоен работать дальше на производстве и репрессии проходили мимо него. К таким было лояльное отношение со стороны администрации. Для осужденных, работающих в промышленной зоне, Шмаров сделал исключение, которое для Радуги было немыслимо. Андрей давал вновь прибывшим осужденным испытательный срок. В этот период они должны были показать себя с наилучшей стороны на производстве.

Кто не справлялся с работой или не хотел работать, того, как будто вновь, принимали по этапу. Пытали по полной программе, в которую изнасилование было включено первым пунктом. Зэку давали выбор. Или ты работаешь или тебя ебут, как в лучших порнофильмах зарубежья. Для зэков — это был лучший стимул. Производство начало перевыполнять план на сто пятьдесят процентов.

При каждом удобной случае, да и без него тоже, Андрей дискредитировал директора производства Киселёва. Все заслуги приписывал себе, откровенно говоря, оно так и было. Директор Киселёв видимо раньше много переработал в управлении и у него нет жёсткости. Несмотря на всю свою грамотность он не до конца понимал, что зэк мог с плугом идти без устали только за «боюсь». За многие годы работы у Андрея уже был авторитет. Зэки знали, что погоду в зоне делает он и все прекрасно понимали к чему стремиться Шмаров. Никто даже подумать не мог что-то против нынешней политики в зоне. Это было равносильно попытке самоубийства.

Шмаров вёл тщательную работу и среди сотрудников. Неважно кем ты работаешь, начальник отряда, опер, режимник или врач, не говоря уже про производство и службу тыла — ты в первую очередь обязан принять все меры и перевыполнить план на своих курируемых объектах. Бригады и цеха Шмаров честно разделил на всех. Ну а личная ответственность сотрудников за осужденных, которые халатно работают, вошла в норму. Не выполнил зэк план, значит зэка на дыбу, а сотрудник недосчитывается премии. Всё было пропорционально плана.

Единицы сотрудников считали, что к производству они никакого отношения не имеют. Согласно своим должностным обязанностям, они должны выполнять другую работу. В отношении этих сотрудников начали резко появляться компрометирующие материалы. Оперативный отдел под чутким руководством Садомского находил их в течение суток. Шмаров никого не пугал выговорами. У него для таких сотрудников было два варианта. Или работаешь в зоне, или не работаешь в зоне, имея на руках характеристику, с которой даже в дворники не возьмут.

Через полгода в колонии уже не хватало мощностей, на которые вышел Шмаров. Он поставил вопрос о том, что колония может делать больше, но сейчас всё зависит от оборудования. Оно физически не может производить больше продукции, хотя рабочей силы в колонии с избытком.

Шмаров вышел на двести процентов плана. Такого в истории ИК-12 ещё не было. Как и не было такой большой смертности среди осужденных. Зэки дохли по естественным причинам, как мухи, по пять, шесть человек в месяц. Конечно, у всех естественные причины были практически одинаковыми. Не у всех зэков хватало здоровья в независимости от того, работаешь ты или отказался от работы. Кто-то умер у станка, кто-то в складе хранения инвентаря. Инфаркты, инсульты, почки, печень или просто старость.

На коллегии заслуги Шмарова высоко оценили. Ему вручили почётную грамоту и поблагодарили за огромную проведённую работу. Следующим пунктом протокола коллегии назначили начальника ИК-12 в лице полковника Краюхина. Он имеет огромный опыт работы не только в нашем регионе, с которого он начинал службу, но и в соседнем федеральном округе, куда был ранее отправлен на повышение. Руководство ходатайствовало и вернуло его обратно, чтобы возглавить самую перспективную колонию в нашем управлении.

Шмаров, слушая речь генерала о человеке, который действительно достоен этой должности, от злости сжал челюсти и сломал один зуб. У него не было объяснений происходящему. Он понял, что начальником колонии ему уже не стать никогда. Он вечный заместитель по безопасности и оперативной работе и на следующую ступеньку перешагнуть не может.

Жизнь в зоне опять пошла по новому ритму. Полковник Краюхин чувствовал себя в зоне как дома. Его можно понять. Он много покатался по стране в поисках счастья. Но Андрей этого даже и близко не хотел понимать. Все распоряжения и приказы Шмаров выполнял конечно безоговорочно. Полковник Краюхин был другого уровня человек, не то, что предыдущий начальник, ему сказку не расскажешь. Полковник Краюхин быстро показал рамки дозволенного Шмарову и его поле деятельности. Через месяц Андрей вернулся в то время, когда в колонии был начальником Коляпин. У него был режим и оперативная работа, за которую полковник Краюхин очень сильно драл.

Андрей опустил руки, начал курить и плотно бухать. День прошёл и ладно — под таким девизом он продолжил свою дальнейшую службу.

Бобышкин за эти годы уже утвердился в должности первого заместителя начальника колонии по безопасности и оперативной работе. Но Лёша первым замом себя не чувствовал, по крайней мере в душе. Он был моложе всех по возрасту. Как первый заместитель, он должен был быть выше остальных, так считал Бобышкин. Начальник относился ко всем одинаково. Лёша даже ревновал, что присутствует это равенство между ними. Бобышкин решил, чтобы стать ещё ближе к хозяину и быть выше остальных, ему необходимо убирать конкурентов, стоящих между ним и начальником. Поразмыслив, он понял, что проще одного прихлопнуть, а остальные и так поймут, кто здесь главный опер. Естественно, хозяин не в счёт.

Бобышкин посмотрел на всех заместителей и трезво рассудил. Замполит Тюменцев пока нужен, какие не какие, а вопросы решает. Тем более бабло с УДОшников через него идёт в управу. Пусть пока работает. Зам по охране Абдулаев, так он мне не конкурент. У меня зэки, а у него охранники. Тем более эхо побега десятилетиями витает в воздухе. Он и так сам себя боится. Занести в зону или что-нибудь вынести у меня проблем нет. Пусть работает. Заместители по тылу Кунгуров и производству Тимошенко. Они в доску управские, там генерал Саросов всем лично рулит. Все вопросы питания и производства только там решаются. Мне они значит тоже ни к чему, хозяин сам ими занимается. Так, и что получается, что все при деле? Стоп!

Начальник медсанчасти у нас сам по себе. Что-то там лечит зэков, всё вылечить не может. А он тоже не святой. За копейку отправляет зэков в больницу как в отпуск. Они там отдыхают месяц, а потом типа выздоровели, приезжают обратно. Вот он мне и нужен. Врачей у нас много безработных, не велика потеря, а мне плюс. Тем более, я в новой должности ещё ни одного серьёзного сотрудника не взял. А как же тогда борьба с коррупцией, вдруг мне скажет Горлов, а я уже работаю. А лучше я сам начальника МСЧ отработаю и по факту доложу Горлову.