Георгий Вайнер - След черной рыбы

— Ноу проблем, — ответил Силов, улыбаясь.

— Тогда, может, вместе отдохнем? — спросила блондинка.

— Тура, ты как? — поинтересовался Силов.

— А что я? Я не против… — подыграл Тура.

— Подружек выберете себе сами…

Она кивнула на стоявшую у гостиницы машину с сидевшими в ней девушками. Поодаль прогуливались два молодых милиционера.

— Кудрявая, с голубыми глазами и белой кожей… — Силов посмотрел на блондинку. — Мне она определенно нравится.

— Но теперь у меня возникла проблема, — сказала та.

— Какая? — удивился Силов.

— Мани-мани… — Она показала пальцами, что считает деньги.

— Сколько?

— Двести пятьдесят…

— Нет вопросов! — заверил Силов. — Сейчас мы с моим другом должны ненадолго подняться наверх. У нас заказана междугородняя…

— Мы тоже отъедем… — Блондинке по какой-то причине это оказалось на руку. — И через полчаса вернемся. Будем ждать вас в машине…

— Ну, это просто чудесно! — заверил Силов. — А, может, подниметесь?

— Нет, нет. Там свои дела…

— А эти вас не беспокоят? — Тура показал на милиционеров.

— Нет! Здесь все схвачено. Чао, мальчики!

Через несколько минут Тура и Силов с чемоданом и огромной сумкой через вестибюль прошествовали вниз, к машине.

Ни девушек, ни милиционеров на площади уже не было.

Тура — в традиционном узбекском халате, в кроссовках, — накрывал на стол. Он резал помидоры, чистил лук. В средине стола возвышалась бутылка водки.

Силов, полулежа на тахте, быстро перелистывал общую тетрадь, которую Тура получил от вдовы убитого Пухова.

— Надо же! «В месяц по самым скромным подсчетам одной только лодкой вылавливается почти десять тысяч голов рыбы!» Триста штук ежедневно! Одной-единственной лодкой… За один рейс 700—800 килограммов!

— Да-а…

— А сейчас вдобавок нерест! Каждая шестая рыба с икрой! Представляешь, сколько денег идет здесь кому-то на карман! Рядовой ездок лодки зарабатывает в день несколько «штук»! У хозяина Берега сотня лодок! Какие же взятки идут наверх!

— Тут такой порядок, — объяснил Тура. — Браконьеры рассчитываются с Верхушкой, а потом те назначают общественную операцию «Невод»! Милиция и Рыбнадзор ударяют с катерами, с вертолетами, только ловить уже будет некого! Вся крупная дичь ушла…

Он оглядел стол, остался доволен работой.

— И в этом году? — спросил Силов.

— Тоже! Операция назначена на следующий понедельник…

— Тебя что-то смущает?

— В область приехал замминистра генерал Амиров. Бывший здешний начальник. В субботу свадьба сына директора Сажевого комбината Кудреватых. Есть и еще празднества… Потребуется много деликатесов — осетрины, икры… и, главное, все торжества до проведения операции «Невод»…

— Значит… Заготовки будут делать сегодня-завтра… В понедельник никто из крупных браконьеров в море не выйдет…

Внезапный порыв ветра ударил в окно, открыл раму. Силов поднялся с тахты, обошел вокруг стола, подошел к окну. Молния осветила крыши домов.

— Настоящая браконьерская ночь, — заметил Силов. — И ветер с моря! Даже если моторы заглохнут, лодку все равно прибьет к берегу…

Неожиданная мысль пришла ему в голову. Он остановился напротив Туры:

— Далеко отсюда до Берега?

— Не понял.

— До Берега далеко отсюда?

— А… Не очень.

— Может, съездим? Поплаваем?

— А с этим как? — Тура кивнул на стол.

— Успеется! Заодно аппетит нагуляем!

— Ну, что ж! Как скажешь… — Тура положил нож, которым до этого священнодействовал. — Я готов!

Шоссе было пустынно. Где-то рядом жило и напоминало о себе море.

В машине работало радио. Диктор сообщил:

«Эти дела, эти грандиозные предначертания, намеченные в важнейшем партийном документе, уже воплощаются в жизнь трудом советских людей…»

В «Ниве» находились Тура, Силов и Хаджинур. Тура сам вел машину.

Впереди показался маяк. Они находились недалеко от метеостанции.

— Транспорт! — хрипло сказал вдруг Хаджинур. Они вышли из «Нивы».

Далеко, по другую сторону впадины, шла встречная машина. За ней была темнота. А дальше шли другие машины. Они были еще далеко, снопы огня то вздымались, то снижались вместе с дорогой.

— Как мы узнаем, едут ли они с рыбой? — спросил Хаджинур обеспокоенно.

— Этого я пока не знаю, Хаджинур, — ответил Саматов. — Там увидим.

Они вернулись в машину, Силов снова включил зажигание. Приближавшиеся снопы света, словно балуясь, весело ползли между барханами навстречу. Было ясно: еще несколько секунд, и их заметят.

Силов выжал сцепление, подвел «Ниву» к осевой и затормозил.

Встречный транспорт приближался.

Над одной из машин светились три габаритных огня.

— Это КРАЗ… — сказал Тура. — Я уже видел его здесь! Поехали! — Они быстро вскочили в машину, на ходу хлопая дверцами.

Хаджинур круто вывернул руль.

КРАЗ набирал скорость.

Милицейская машина мчалась по бездорожью. Снопы огня уходили за край горизонта. Дождь хлестал в лобовое стекло. «Ниву» бросало из стороны в сторону.

КРАЗ шел, не останавливаясь.

Силов на ходу поставил на крышу «мигалку», крикнул в микрофон:

— Водитель КРАЗа 16—48, остановитесь! — Из-под колес вырывались брызги песка…

В «Волге», которая вместе с другим транспортом шла от метеостанции, был включен магнитофон.

В машине ехали двое. За рулем сидел снабженец Сажевого комбината Вахидов и рядом с ним зампредоблисполкома Шалаев — начальственного вида, лысый, с профессорской — «клинышком» — бородкой.

Оба наблюдали погоню, начатую милицией за КРАЗом.

— Это он! Идиот из водной милиции… — Вахидов узнал знакомый «почерк». — Этот будет гнать, пока не загонит… Я его сразу понял! Придется выручать.

В лобовом стекле сквозь дождь была видна круговерть огня над милицейской машиной. Донесся приказ: «Остановиться! Водитель КРАЗа 16—48…»

— Выручать — так выручать… Да что ты трясешься? — спросил Шалаев.

— Икра, которую вы взяли… Десять килограмм…

— Что ты все дрожишь? — сказал Шалаев. — Ты не еврей, случайно?

— Да нет…

Саматов догнал КРАЗ, машины шли почти рядом.

— Тура! Возьми чуть ближе… — попросил Силов, приоткрывая дверцу. — Я хочу познакомиться с этим долбаным…

Выбрав момент, Тура подвел «Ниву» вплотную к КРАЗу.

Дальнейшее было за Силовым.

Он ловко перескочил на подножку КРАЗа, протянул руку — через открытое окно выдернул ключ зажигания. Потом с силой рванул дверцу на себя, протиснулся в кабину.

— Подвинься, красавец… — и с силой двинул водителя корпусом.

КРАЗ медленно остановился и одновременно милицейская «Нива» развернулась перед ним, преграждая путь.

— Права, путевку… — приказал Силов.

Ошалелый водитель вынул из бардачка и передал документы. .