Андрей Молчанов - Форпост

– Это характерно для вашей организации, – сказал Серегин. – Тогда без затей обозначьте интересы…

Собеседник, оценив юмор, легонько усмехнулся. Объяснил ласково:

– Нам пригодятся такие типы, как вы и ваши партнеры, на той территории. Мы послушали ваши разговоры… этак, с недельку… Кое-что прояснили для себя. Возник вопрос: готовы ли вы, гражданин Серегин, послужить Отчизне?

– Только этим и занимался…

– Неужели?

– Армия. После – подрыв экономики и благосостояния Главного Противника, – сказал Олег, припомнив незабвенного шофера «сигаретной» фуры и его страстный диалог о разрушительной силе русского элемента на просторах США.

– Соглашусь, – вдумчиво кивнул чекист. – На этой почве, думаю, и сойдемся…

– Но чем мы можем быть полезными для вас там?..

Собеседник опустил взор к тусклому лаку столешницы казенного стола. Побарабанил по ней пальцами.

– Занимайтесь тем, чем занимались, – проронил он устало. – Переправляйте машины, переправляйте оружие. Мы подыщем вам заказчиков. Получайте денежную прибыль. Сегодня мы проведем аналогичные беседы с вашими товарищами. После вы обсудите свое положение и мнения о таком положении в тесном неформальном кругу. Где именно соберется этот круг, мы вам обозначим. Именно вам. Вы первая скрипка. К тому же наш родной советский человек, сразу же, как я уяснил, проникнувшийся своей необходимостью и востребованностью в служении Родине… Или что-то не так?

– Именно. И думаю, в каком-то смысле на текущий момент нам попросту повезло… – отозвался Серегин.

– Одно удовольствие – работать с сообразительным парнем, – прозвучал ответ. – Значит, так: из Москвы никуда. Нам предстоит завершить некоторые формальности, далее – я представлю вас офицеру, с которым вы будете работать, ну, а после иная рутина: вас должны посмотреть наши специалисты…

– Это еще какие?..

– Психологи, к примеру… Что вы разволновались? Психиатров покуда не предлагаю… Да и вообще кое-чему вас придется подучить.

– Не думал, что вот так, между прочим, устроюсь в «стукачи»… – уныло поведал Серегин.

– Какой же вы «стукач»? – с довольно искренней укоризной посетовал ему человек в сером костюме. – Вы – агент. И если все сложится – вашей карьере смогут позавидовать многие штатные офицеры… Да и наверняка позавидуют… Если будете дружить с головой и с логикой, ваша жизнь окажется – о-го-го! – Тут он выдержал паузу, видимо, соразмеряя казенщину собственного бытия с тем будущим, что ожидало Серегина. – В общем, – тряхнул он досадливо головой, – теперь о формальностях…

Нешуточные страсти бушевали в отгороженном от основного зала кабинете ресторана «Пекин», где трое свежеиспеченных агентов КГБ предавались горячим обсуждениям своего нового, внезапного и вынужденного статуса, навязанного им изощренной и злой волей советской контрразведки.

Вину за провал контрабанды валили на беспринципного авантюриста Джона, связавшегося с местной уголовной нечистью, в чьих рядах наверняка обретался информатор госбезопасности. Джон, отмахиваясь, говорил, что в каждом деле возможен фатальный провал, а, кроме того, заявлял, что нет худа без добра и не каждому повезет в жизни столкнуться воочию с такой знаменитой организацией, как советский КГБ, и уж тем более удостоиться чести быть принятым в ее пускай, вторичный, но в штат!

– Нам не дано предугадать, кому и где придется дать… – сделал он вывод.

– Но если нас раскроют, это электрический стул, – пробубнил угрюмо Худой Билл. – И запомни, юморист, – прищурился на Джона. – Шутники тоже умирают всерьез. Не лучше ли сдаться ФБР по приезду?

– А сколько лет ты получишь за ограбление оружейного?.. – спросил его Серегин, единственный, вымерявший каждое слово в данной дискуссии, ибо не без причины опасался тайных микрофонов. – А за контрабанду в составе организованной группы? Далее: вдруг из наших стволов кого-то уже прикончили в Штатах, а?..

– Да, мы в просчитанном капкане… – согласился Худой Билл. – Но пока он не жмет, его можно считать удобным…

Серегин выразительно поднял глаза к потолку, и товарищи, проникнувшись его намеком, умолкли, уткнувшись в тарелки с китайскими пельменями в соевом соусе.

Далее их ждала утка «по-пекински». Не так и плохо! В тюремной камере, недавно грозившей им, иные контрабандисты удовлетворялись куда более скромными блюдами.

Так начался у преступной троицы вынужденный, а потому грустный, однако чрезвычайно увлекательный роман с одной из самых мощных и основательных секретных служб подлунного мира – Комитетом государственной безопасности СССР, вскоре распавшимся и уничтоженным вместе с той страной, чьим порождением он являлся. Однако до событий распада прошел немалый срок, когда под сенью вездесущего ведомства Серегин и сотоварищи проживали отпущенное им время бытия как на разбродном нищем пространстве России, так и в жесткой, сытой клетке Соединенных Штатов.

Начало же общения с нечистым духом, олицетворенным в субъектах работников государственной безопасности, не оставляло сомнений в том, что дух крепко вцепился в холки своих новых подопечных, напоминая о себе едва ли не ежедневно, заставляя проходить неофитов проверки на полиграфе, экспертизы психологов и задушевные встречи с курирующим их офицером.

Процедуры общения с ГэБэ происходили камерно, пускай и в положительном смысле данного определения, обсуждение такового общения внутри компании куратором не приветствовалось, но и в самом трио не обнаруживалось желания изустно анализировать архитектуру той ямы, куда оно угодило.

Над попавшими в ловушку гангстерами повисло облако загадочной неопределенности. Единственной прорехой в облаке стало задание Серегину выехать в США, переправив оттуда в порт Ленинграда пару автомашин с оружием. Оплату услуг коррумпированных американских таможенников, равно как и расходы на поездку, оплатило КГБ, невесть почему заинтересованное в иностранных стволах. При этом за товар поставщики не получали ни цента, хотя с такой постановкой вопроса не спорили. Да и какие могли возникать и озвучиваться вопросы и претензии?.. Впрочем, за оформление груза на советской территории Серегин подписываться категорически отказался, но на его согласии никто и не настаивал, нашлась, вероятно, более покладистая и доверчивая агентура.

Встречать машины в порту, дабы их безошибочно идентифицировать, тем не менее пришлось: в Ленинград он отправился на поезде вместе с куратором – капитаном Евсеевым.

Всю ночь они пили коньяк, кадрили проводниц и трепались на разнообразные темы.

Олега тревожил вопрос: каким предполагается его будущее? Вопрос был задан под занавес дорожной пьянки, когда в сером рассвете они вышли на перрон Московского вокзала с гудящими от алкоголя головами и с нарушенной динамикой телодвижений.