Роберт Ладлэм - Превосходство Борна

— Возможно, что ты действительно хочешь, но у меня есть подозрение, что ты собираешься сделать это в одиночку.

— Нет, такого мне еще не приходило в голову.

— Теперь, — продолжил Борн, — вставляй конец марли в надрез, который я сделал на шланге. Дальше! Дальше! Работай живее!

— Мои руки не очень подходят для такой работы после твоих операций, заметил тот.

— Твоя левая рука вполне пригодна! Сильнее заталкивай марлю в надрез! Заправка самолета тем временем заканчивалась. Теперь уже все шланги были вывернуты из заправочных узлов, и люди покинули зону заправки, оттаскивая их к грузовику. Пилот и штурман заканчивали последний осмотр наружных механизмов. Через минуту они направятся к люку! Джейсон достал из кармана спички и выбросил их перед наемником, направляя пистолет в его висок. — Зажигай! Скорее!

— Нас разнесет здесь обоих вместе с этим грузовиком! Вот тогда мы действительно окажемся на небесах, особенно я!

— Не разнесет, если ты сделаешь все как надо! Положи марлю на траву, она еще сырая...

— Чтобы замедлить огонь?..

— Поторопись! Делай, как я сказал!

Пламя заиграло на конце марлевого жгута и медленно поползло к бакам грузовика.

— Теперь ты будешь все время впереди меня! — приказал Борн, когда они повернулись в сторону самолета. Он подхватил рюкзак и приладил его к поясу. — Старайся пригнуться и немного сожми плечи, так же, как ты делал это в Лоу Ву.

— Господи! Ты был?..

— Пошел вперед!

Заправщик уже начал отъезжать от самолета и сделал широкий разворот, как вдруг повернул вправо, в сторону от двух других стоявших рядом заправщиков, стараясь отъехать как можно дальше от того, который уже был охвачен ярким гудящим пламенем. Пилот показал штурману рукой в направлении грузовиков, и они оба бросились к люку.

— Быстрее! — почти прокричал Борн, подталкивая англичанина в спину. Теперь они повернули направо и бежали прямо к самолету, к металлической лестнице, ведущей в открытый люк.

Наконец это началось. Заправщик взорвался, разбрасывая вокруг себя пылающую жидкую массу и искореженный металл, люди бежали, потеряв голову, стараясь укрыться от огненного дождя, который медленно опускался вниз.

— Быстрее! — вновь закричал Борн, но ему можно было и не делать этого. Они оба подбежали к люку в тот момент, когда пилот уже был внутри фюзеляжа, а штурман все еще стоял на лестнице и переговаривался с ним.

В этот момент взорвался второй заправщик, образуя вулкан дыма и огня.

Пилот схватил штурмана за шиворот и пытался втащить его в открытый люк. — «Джау фай джи!..» — прокричал Джейсон по-китайски пилоту, объясняя ему, что он должен уводить самолет из опасной зоны.

— Вы правы, — прокричал пилот, высовываясь из люка и помогая штурману преодолеть последние ступени.

Теперь пришла их очередь. — Поднимайся! — приказал Борн наемнику. Тот вскочил и бросился к лестнице. Когда двигатели самолета были запущены, он уже начал подниматься по металлическим ступеням, потом вдруг резко повернулся, и его правая нога как стальная пружина выбросилась в сторону Борна, целясь ему в живот. Левой рукой он пытался при этом отклонить в сторону оружие, направленное в его голову.

Однако Джейсон был готов к этой отчаянной попытке освободиться. Он ударил англичанина стволом по лодыжке и, отбрасывая в сторону онемевшую ногу, нанес еще один скользящий удар стволом возле виска. После этого он затолкал бесчувственное тело внутрь самолета и поднялся сам. Поставив на место крышку люка, он задвинул скобы замков. Самолет тем временем медленно перемещался влево, удаляясь от места пожара. Достав из рюкзака нейлоновый шнур, Джейсон связал руки наемника, а каждую его ногу привязал отдельно к металлической арматуре фюзеляжа, и только после этого он направился в отсек, где находились пилоты. В этот момент самолет с заглушенными двигателями остановился около стеклянного здания. На площадке можно было видеть группу людей, которые, видимо, намеревались подняться на борт в качестве пассажиров, а пока со страхом и интересом наблюдали за пожаром.

— "Кай ба!" — произнес Борн, прижимая ствол пистолета к голове пилота. Штурман, выполнявший роль второго пилота, повернулся в своем кресле. Как только его рука сдвинулась с места, Борн продолжил на чистом мандаринском диалекте. — Продолжай следить за приборами и готовься к взлету, а, кроме того, дай мне твои карты.

— Но они не выпустят нас! Мы должны взять на борт пятерых пассажиров! — Куда?

— В Баодинь.

— Это на севере, — уточнил Борн.

— Точнее на северо-западе, — подтвердил китаец.

— В таком случае, готовьтесь лететь на юг. — Но у нас нет разрешения на полет в этом направлении!

— Ваша первая обязанность — спасти самолет. Вы не знаете, что происходит здесь, вокруг вас. Может быть, это пожар, может быть, нападение террористов, а может быть и восстание. Делай, как тебе говорят, или вы оба потеряете свою жизнь. Мне наплевать на то, что произойдет потом.

В это время пилот повернул голову и взглянул на Джейсона. — Ты, ты белый человек! Ты говоришь по-китайски, но ты белый! Что ты делаешь здесь? — Командую этим самолетом. У вас впереди, слева, практически свободна целая полоса! Поднимайтесь! На юг! И давайте мне карты!

— Вы сумасшедший! — закричал пилот. — Ради всех святых, подумайте, ведь это тяжелый самолет, и если мы будем взлетать в этом направлении, то сразу же заденем за деревья!

— Держи нос как можно выше, взлетай и набирай высоту, вот и все, что от тебя требуется!

— Но если пойдем в сторону моря, нас перехватят японцы и, чего доброго, собьют!

— Тогда вывешивайте белый флаг или еще лучше, просто замолчите на время. Если вы предоставите мне радиосвязь, может быть, я что-нибудь и придумаю, так что они еще будут эскортировать нас до Коулуна.

— "Коулун!" — завопил штурман. — Нас расстреляют!

— Возможно, но тогда уже это сделаю не я. А подумав внимательнее, вы должны понять, что я могу продолжить полет и без вас. Поэтому я полагаю, вам все же лучше попытаться сделать разворот на 160 градусов, когда для этого наступит подходящий момент, о котором я скажу вам, как только мы окажемся в нужной зоне.

Посмотрев на указатель скорости и на масштаб карты, Джейсон произвел ему одному понятные вычисления и взглянул на часы. Через девятнадцать секунд он скомандовал пилоту: — А теперь, капитан, делайте свой поворот!

— Так или иначе, а мне придется его сделать! Я не камикадзе, чтобы прямо сейчас объясняться с нашим самим небом посланным правительством!

— Вот видишь, как меняются взгляды прямо на глазах! — произнес Борн, вглядываясь в карту. Если приборы были исправны, то сейчас самолет шел со скоростью около 370 километров в час, а это означало по его подсчетам, что где-то через полчаса будут видны острова в северной части Гонконга.