Роберт Ладлэм - Круг Матарезе

- "Красные бригады" захватили Альдо Моро почти в восьми кварталах от штаб-квартиры римской полиции и продержали его там, но я, в общем-то, не об этом.

Талейников подался вперед.

- Уоверли?

- Да, - коротко ответил Брэй.

- Но как? Вся американская сеть в Лондоне поднята на ноги, Матарезе преследуют тебя по пятам. Что ты задумал? Прорваться в Министерство иностранных дел Англии и добиться приглашения на чай?

- Уоверли будет доставлен сюда, в эту комнату, сегодня около восьми вечера. Талейников присвистнул.

- Можно спросить, как ты это организовал? Брэй рассказал ему о Сеймондсе.

- Он взялся поспособствовать этому, так как полагает, что сам факт нашего сотрудничества с тобой является достаточным основанием, чтобы прорываться на беседу к Уоверли.

- У них для меня есть кодовое имя. Надеюсь, он сказал тебе об этом?

- Да. Серпент.

- Предположительно я должен быть восхищен, но на самом деле этот ярлык меня не вдохновляет. Безобразное прозвище. Кстати, знает ли Сеймондс, что эта встреча - нечто большее, чем дружеская посиделка? И есть ли у него какие-нибудь мысли на тот счет, что ты видишь в Уоверли не только секретаря по иностранным делам?

- Нет, напротив. Когда он запротестовал, отказываясь везти Уоверли сюда, я убедил его, что эта встреча может спасти сенатору жизнь.

- Хорошо. Они приедут одни?

- Да. Я поставил такое условие. Номер в первоклассном отеле "Коннаф". У Роджера нет причин подозревать что-то. И кроме того, встреча Уоверли и человека из МИ-6 не должна вызвать у Матарезе какие-либо ассоциации с моей персоной.

- Ты уверен в этом? Мне кажется, что это самая слабая часть всей операции. Они ведь уже обнаружили, что ты в Лондоне, и им хорошо известно, что ты знаешь фамилии тех четверых людей, которые были приглашены на Корсику. И если Уоверли, являясь преемником кого-то из этого корсиканского клана, при этом встречается с офицером английской секретной службы, который был другом американца, известного под именем Беовулф, то вывод напрашивается сам собой. Если мне ясно, то почему это должно остаться незамеченным для Матарезе?

- По самой простой причине. Они не могут знать, были ли у меня контакты с Сеймондсом в Лондоне. Роджер отличный профессионал, и все его передвижения надежно прикрыты. Заметая следы, я добрался до него с двумя пересадками, а он - как бы не с четырьмя. Какое бы то ни было преследование со стороны Матарезе просто исключено.

- Эмоционально и неубедительно.

- Это лучший тактический ход, который я могу предпринять в Лондоне. За исключением одной последней оговорки.

- Что ты имеешь в виду?

- На самом деле никакой встречи не произойдет. Они даже не доберутся до этой комнаты.

- Встречи не будет? Но тогда какой же смысл был в их приглашении сюда?

- Мы должны захватить Уоверли еще внизу, прежде чем Сеймондс поймет, что здесь происходит на самом деле. Роджер поведет машину. Когда они подъедут к отелю, он войдет не через главный вход, а воспользуется одним из боковых.

На всякий случай, а я уверен, что так может случиться, если Уоверли будут сопровождать, ты останешься внизу на улице. Если заметишь сопровождение, в твою задачу входит нейтрализовать лишних участников операции. Я в это время буду у самого входа, где и встречу Роджера. Думаю, мне удастся справиться с ним и затолкать ему в глотку успокоительные таблетки, после чего он проспит несколько часов.

- Но этого недостаточно, - заметил Талейников, стараясь говорить тише. - Тебе придется убить его. На такую жертву следует пойти. Черчилль понимал это в случае с Ковентри и "ультра". А наш случай почти аналогичный. Британская секретная служба одна из крупнейших спецслужб в Европе, известная своим мастерством обнаружения и вылавливания. Нам же предстоит вывезти Уоверли из страны, и если ценой жизни одного человека мы сможем купить дополнительное время, то мы должны пойти на этот шаг.

Брэй внимательно посмотрел на Василия.

- Ты предлагаешь черт знает что!

- Но ты знаешь, что я прав.

Наступила тишина. Неожиданно Скофилд швырнул свой стакан через всю комнату. Осколки разлетелись вдоль стены.

- Черт бы побрал все это!

Талейников подался вперед, его правая рука находилась под пальто.

- Что это значит?

- Ты прав, и я знаю это. Но ведь он доверяет мне, а я должен его убить. Пройдет несколько дней, прежде чем англичане узнают, с чего им следует начинать расследование. Ни МИ-6, ни министерство иностранных дел абсолютно ничего не знают про "Коннаф".

Русский оставался невозмутим.

- Нам необходимо время. Я не вижу никакого другого пути.

- Если он есть, то я надеюсь, что Бог укажет его мне. - Брэй покачал головой. - Мне до смерти надоели все эти "необходимости". - Он взглянул на дверь спальни.

- Все остальное - уже только детали, - продолжил Талейников. - Я буду в машине прямо около входа. Как только я закончу свою работу, если таковая для меня найдется, я пройду внутрь и помогу тебе. Ведь труп необходимо будет забрать вместе с Уоверли и пристроить где-нибудь по дороге.

- У мертвых нет имен, - медленно проговорил Скофилд. Он встал и снова подошел к окну. - Тебе не кажется, что чем ближе мы подходим к ним, тем больше становимся на них похожи?

- Мне кажется, - ответил русский, - что твоя стратегия не заключает в себе ничего необычного. Мы не просто получаем в свои руки преемника Матарезе, мы обязаны его заполучить. Да и какого преемника! Секретаря по иностранным делам Англии! Понимаешь ли ты, что это значит? Мы должны представить его мировой общественности, и все будут слушать его. Уж его-то слова должны быть услышаны! Заставить мир услышать их - вот наша задача!

Из спальни донеслись звуки невнятного тревожного бормотания, перемежавшиеся слабыми вскриками.

- Это будет продолжаться до утра, - проговорил русский. - При таком количестве наркотиков мы имеем еще не самый худший исход.

- Да, я знаю, - ответил Скофилд, прислушиваясь.

- Ну, я пошел. - Русский поднялся, поправляя пальто. - Я позвоню тебе в девять или десять утра, а днем, возможно, заеду. Мы должны будем согласовать детали, условиться о сигналах и тому подобных вещах.

- Хорошо. Это мы сделаем. Куда же ты идешь? Ты можешь остаться здесь, если хочешь.

- Думаю, что нет. Как и в Париже, здесь есть десятки подходящих мест. Я знаю их так же, как и ты. Кроме того, я должен изучить улицы, подыскать машину. Ведь нельзя же без подготовки, без рекогносцировки браться за работу на новом месте.

- Нет, конечно нет. Необходима подготовка.

- Тогда спокойной ночи. Береги ее.

- Буду стараться.

Русский вышел было из комнаты в холл, но в этот момент Скофилд заговорил снова:

- Талейников!

- Да?

- Я сожалею о том, что произошло в Ленинграде.