Алексей Азаров - Курьер запаздывает
- Название:Курьер запаздывает
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:“Сельская молодежь”, №№ 10–12
- Год:1971
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Алексей Азаров - Курьер запаздывает краткое содержание
В этой повести мало домысла. Ситуации, описанные нами, в основном совпадают с действительными событиями, а человек, названный слави багряновым, — он среди нас, живет в москве, и многие видели его на гоголевском бульваре. Любители шахмат поговаривают о нем, как об интересном и остром игроке. Впрочем, это все, что они знают о нем; остальное — настоящее имя, биография, вкусы и привычки — известны только тем, кому по должности положено быть осведомленным о некоторых других деталях его биографии.
Работая над повестью, авторы старались по возможности приблизить текст к изустному рассказу своего героя, и это не литературный прием, а, как нам кажется, единственно возможный для данного случая способ сохранить и донести до читателя подробности операции “идите с миром” — одной из многих операций, в которых участвовал человек, носивший двадцать девять лет назад имя слави николова багрянова…
Курьер запаздывает - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Снимаю шляпу и обмахиваюсь ею, как веером. Мне и в самом деле душно.
— Я могу сесть?
— Да, да, конечно!.. Пеппо, подвинь стул господину.
С достоинством опускаюсь на сиденье и наваливаюсь на спинку. Стул скрипит. Господи, где они откопали такую рухлядь?
Кладу шляпу на колени, прикрыв ею Э.Уоллеса. Кто знает, не захотят ли эти двое напоследок заинтересоваться книгой? В ней ничего нет ни в переплете, ни между страницами, но представители ОВРА могут не удовольствоваться поверхностным осмотром и растерзать обложку. “Не люблю растрепанные книги, — думаю я. — Между прочим, мне никто не сказал, что на таможне в Триесте рентген. Надо запомнить…”
Коротая время, достаю сигареты. Предлагаю Беллини и Пеппо. Беллини с видом знатока смакует каждую затяжку. Натянуто улыбается.
— Не будьте в претензии, синьор Багрянов. Поверьте мне, Италия — самая гостеприимная из стран в Европе.
— В мире, — поправляет Пеппо.
В третий раз я слышу все те же слова о гостеприимстве. Неужели ими встретят меня в Швейцарии и Франции? И кто в итоге окажется самым гостеприимным — швейцарская БЮПО, полиция генерала Дарнана [5] БЮПО — бюро политической полиции Швейцарии. Генерал Дарнан — начальник вспомогательной французской полиции в годы фашистской оккупации.
или имперское гестапо?
— Чего мы ждем, синьоры?
— Ваш багаж.
— Он нужен вам?
— Нам? Нет, синьор.
— Тогда почему его несут сюда, а не в вагон?
Беллини тянется к телефону. Прижав трубку к уху и набирая номер, говорит:
— Я думал, вы захотите убедиться, что ничего не пропало.
— А могло пропасть?
— О что вы! — И в трубку. — Беллини… Закончили паковать? Хорошо. Тогда несите прямо в вагон.
Закончив разговор, Беллини встает… Я слушаю его извинения с видом посла на приеме у Бориса III Обмен рукопожатиями происходит под аккорды взаимных улыбок.
Пеппо сопровождает меня до перрона. Киваем друг другу и расстаемся — дай бог, если навсегда. Хотя инцидент и исчерпан, хотя Беллини ничего не записал в процессе разговора, я склонен полагать, что в Милане меня не обойдут вниманием.
У вагона нахожу Дину и Альберто. В руках у Дины бутылка “Виши”. Кажется, они и не подозревают о причине моего отсутствия; в противном случае Дина не была бы так заботлива. Альберто протягивает мне бумажный стаканчик. Вода теплая, но я пью с удовольствием.
4. ИЮЛЬ, 1942. МИЛАН — РИМ — МИЛАН
— Будем откровенны. Вы должны были этого ожидать. Я уверен, что вы знаете все и, как человек проницательный, вероятно, догадались, что и мне известно многое. Так какова наша позиция относительно друг друга?..
— Я не совсем вас понимаю… Мне не ясна ваша цель…
— То есть вы хотите сказать, с какой целью я навожу эти справки?
Р.Л.Стивенсон,
Потерпевшие
кораблекрушение
Интересно, что испытывает собака, потерявшая хозяина? Я нередко видел: бежит по улице пес с растерянной мордой, тыкается носом в углы… Двухдневные поездки; сопряженные с непрерывными и безуспешными поисками, заставили меня вспомнить об осиротевших собаках и проникнуться к ним сочувствием.
На миланском вокзале я распрощался с Вешалкой. Фон Кольвиц после триестинского испытания вновь проникся доверием и подтвердил желание поговорить со мной по телефону в Берлине. Я поблагодарил его, дав себе слово забыть и номер телефона, и сам факт существования оберфюрера СС.
Прежде, чем думать о Берлине, следовало добраться до Рима, и здесь мне помог Альберто. Короткого звонка в полицию — прямо из будки на вокзале — оказалось достаточным, чтобы через час я получил разрешение на недельное проживание в Милане и поездку в столицу. Альберто с шиком довез меня до квестуры на своем “фиате”, таком огромном и черном, что его можно было принять за катафалк.
— Не забывайте нас, — сказала Дина. — Милан полон соблазнов, но лучшее, что в нем есть, — это друзья.
Адрес Дины я записал еще в вагоне. Альберто, сопя, протянул мне мягкую вялую лапу.
— Не обижайте малышку…
“Фиат” сверкнул отмытым лаком и умчался, а я, разделавшись с формальностями в квестуре, поплелся на вокзал, чтобы ехать в Рим.
…Визит в Вечный город оказался бесплодным… Выходя из швейцарского посольства, я пожалел, что отпустил такси, — весь разговор занял десять минут. Пока я ловил машину, чтобы вернуться на вокзал, подробности, всплывшие в памяти, отравляли душу, и Рим показался мне дурацким скопищем дворцов, ханжески подновленных церковных развалин и рваного белья, сохнувшего на веревках в переулках…
— Не думаю, чтобы с визой что-нибудь вышло, — говорил мне швейцарец с корректной полуулыбкой. — Почему вы не обратились в посольство у себя на родине?
— Меня лимитировали сроки.
— Напрасно. Софийские коллеги навели бы справки, не затягивая. Здесь это сделать труднее: кто знает, как скоро будет получен официальный ответ.
— Я не собираюсь задерживаться в Берне или Женеве. Мне нужна транзитная виза, чтобы через Швейцарию и Францию добраться до Берлина. Это меняет дело?
— На всякий случай заполните эти бумаги и побеспокойтесь о финансовом поручительстве вашего посольства… Не понимаю, почему вы не хотите действовать через свой консульский отдел?
— Сколько времени это займет?
— Месяца два, я полагаю.
— Вот видите! Потому я и рискнул прийти непосредственно к вам.
— Боюсь, что все-таки напрасно, господин Багрянов. Хотя я и попробую что-нибудь для вас сделать… Для начала запаситесь официальным подтверждением вашей кредитоспособности. Это многое упростит.
— У меня есть чековая книжка.
— Этого недостаточно… Весьма сожалею.
Можно было уходить, но я решил проявить непонятливость.
— Чем плоха чековая книжка?
— Деньги нетрудно одолжить на короткий срок, внести в банк и, по миновании надобности, закрыть счет. Не обижайтесь, господин Багрянов. Вы сами вынудили меня к ненужной прямоте. Если б вы только догадывались, сколько людей стремится укрыться в Швейцарии от войны! И каждый готов предъявить чековую книжку, а когда приезжает, оказывается, что республика вынуждена кормить его и одевать.
— Не забывайте, я еду транзитом.
— Из каждой сотни транзитных гостей пятьдесят пытаются остаться в Швейцарии, и один бог ведает, каких хлопот стоит Политическому департаменту уговорить их следовать дальше. Вы не поверите, но многих приходится отправлять до границы под конвоем…
Итак, все осложнилось. В германском посольстве ни болгарский паспорт, ни письмо министерства экономики не произвели впечатления. Третий секретарь был вежлив, и только. Он решительно отказался помочи мне добраться морем до любого из французских портов, чтобы оттуда ехать в империю.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: