Александра Стрельникова - Танцы минус [СИ]

— Повезло тебе.

Для начала цитирую Кондратьева:

— Везет только тому, кто сам везет. А тебе бы в следующий раз поменьше в маски-шоу играть. Чего вырядился-то как в дешевом детективе?

Молчит, только зыркает злобно. Садится на корточки возле одного из парней, которые по-прежнему лежат неподвижными грудами. Изрядно я их от неожиданности. Повторяет мою же мысль:

— Крепко ты их.

Потом вдруг спотыкается на собственных словах и медленно поворачивается в мою сторону. Дошло.

— Так это их… ты?

Железная логика. Настоящая. Мужская.

— Я.

Качает головой.

— На ком я интересно два года был женат?

Вздыхаю угрюмо.

— На мне.

Смотрит, иронично усмехаясь.

— Ты, Маш, полна сюрпризов. То канкан на арене цирка, то шоу на мотоцикле, то гаечным ключом по башке… Чего ж таила такие таланты-то?

— Любила тебя, козла. Вот и таила. Ты ведь хотел себе в жены тихую и хозяйственную. Домашнюю… Сам мне не раз об этом говорил. По крайней мере поначалу. Это потом тебя заедать моя обыденность стала…

Слушает. Хмурится. А после отворачивается так ничего и не ответив. Ну и хрен с тобой!

— Как ты здесь-то оказался? Я уж решила, что ты с этими двумя, — киваю на тела.

— Поверишь? Случайно. У меня в этих же гаражах машина стоит. Приперся за ней, вошел внутрь гаража через дверку в створке, ворота только собрался открывать — они там как здесь, изнутри отпираются, как эти орлы нарисовались. Остановились за углом и совещаться начали — как кому действовать и куда бить. А я не фанат такого — чтобы вдвоем на одного да еще с трубами и бейсбольными битами. Ну и пошел следом.

— Герой. Штаны с дырой.

— Уж какой есть.

— А когда увидел, что я с ними справилась сама, чего полез?

— Познакомиться захотел.

Усмехается с издевкой. Отворачиваюсь. Не могу смотреть на его самодовольную и такую красивую физиономию.

— Позвони Приходченко.

— Я телефон потерял. Кое-какие проблемы были. И… в общем нет у меня его.

Протягиваю ему свой. Звонит.

— Нет, это не Маша, Андрей Михайлович… Что? Да, она меня нашла, можно сказать и так… Были уверены в этом?.. Бывшая, Андрей Михайлович, бывшая жена… Да, мне виднее…. Хорошо. Спасибо. Передам… Сказать пока особо нечего.

То есть как? А только что произошедшее нападение на меня? Оно что — вообще не в счет и никому не интересно?..

— Мне есть чего.

Вскидывает удивленные глаза. Забираю у него телефон.

— Здравствуйте, Андрей Михайлович.

— Машуня… Ты там как?

— Нормально. На меня только что два урода напали. Один с бейсбольной битой, другой с железной трубой.

— Цела?

— Ага. Пока они в отключке. Как в себя придут, поспрашиваем, чего им от меня понадобилось. Может что-то новое узнаем. А пока вот что: обнаружила случайно еще одного потребителя кокаина. Выцыганила у него дозу. Якобы для себя. Можно будет сравнить — из той же партии, что кокаин моего отца или нет. Где этот коксом разжился — не сказал. Но думаю, что смогла это выяснить. Конечно, не точно, но когда я его напугала прилично, он кинулся было звонить своему дилеру, как я поняла. И телефон я подсмотрела. Это номер нашего режиссера Ивана Яблонского. И вот что любопытно: напали на меня вскоре после того, как я в нашей киношной группе о наркоте спрашивать начала. Правда говорила только с двумя людьми. С тем самым наркошей — это актер Олег Иконников. И с директором съемочной группы Евгением Сидорчуком. Но ведь они вполне могли Яблонскому стукнуть…

— Молодец ты, Машка. Хвалю, люблю, целую. А теперь завязывай со своей партизанщиной и вали-ка из этого твоего Валдая. Раз Егор нашелся…

— Нет.

— Что значит нет?

— То и значит! Мне отца спасать надо. Он без меня пропадет.

— Твой муж…

— Бывший, Андрей Михайлович, бывший…

— Тьфу ты! Дай мне его!

Передаю трубку мрачному Егору и иду проверить парней. Ага! Оба пришли в себя, но лежат тихо, как мыши. Подслушивают? Или просто со страху обделались? Молча иду к дверям, подбираю брошенный на землю разводной ключ. Тот самый, которым я Егора приголубила. Делаю вид, что прикидываю подойдет ли, киваю сама себе, а потом присаживаясь на корточки рядом с тем, что напал на меня первым и деловито расстегиваю ему ширинку. Он начинает бормотать:

— Ты это чего, блин? Ты это брось! Умом тронулась?

Прикасаться к его вялому члену противно, но я все равно вытряхиваю его и теперь начинаю демонстративно подгонять под размер ключ. Егор, который все еще продолжает говорить с Приходченко, наблюдает за моими манипуляциями с брезгливым интересом. Когда подношу ключ к ширинке своего первого обидчика, он начинает дергаться в своих путах и неистово орать. Хорошо, что гараж каменный, с толстыми, утепленными листами пенопласта воротинами, а главное стоит на отшибе.

— Чего орешь-то? Ну отверну тебе яйца. Без яиц тоже жить можно. Я же вот живу.

Воет:

— Я не хочу, я не смогу.

— Тогда просто расскажи мне, кто тебя подослал и с какой целью, и я обещаю благосклонно рассмотреть твою просьбу о сохранении яиц в целости.

И он начинает говорить… Странные люди эти мужики. Вот этому яйца оказались дороже жизни. Неужели не понимает, что грохнут его как только узнают, что он дело провалил, а потом еще и растрепал все, что знал? От парня я и завершивший трепотню с Приходченко Егор узнаем, что наняли их по телефону. Номер звонившего есть — в мобильнике.

— Я его сохранил на всякий случай. Записал — Николай Николаев.

— Он что представился так?

— Да нет. Просто первое, что в голову пришло…

Егор хватает телефон. Смотрит и потом кивает мне — есть.

— И что, тебе позвонил какой-то абстрактный мужик, предложил подсудное дело и ты сразу согласился? Без гарантий, без страховки?

— Он на правильных людей сослался. Я потом отзвонился, проверил — действительно, они его знают.

— Понятненько.

Размышляя, почти неосознанно щелкаю разводным ключом. Парень каждый раз дергается. Усмехаюсь нехорошо.

— Ладно, гони координаты твоих нужный людей и будем прикидывать, как нам с тобой жить дальше.

Парень не раздумывает ни секунды. Егор записывает все в мой айфон — больше просто некуда, я же перевожу взгляд на второго.

— Есть, что добавить?

Решительно трясет головой. Некоторое время все так же задумчиво пощелкивая ключом смотрю на его пока еще застегнутую ширинку. Надеюсь, вид у меня при этом достаточно маньяческий.

— А по-моему ты врешь.

— Нет, нет клянусь! Он все сказал. Больше мы ничего не знаем.

Вмешивается Егор:

— А почему именно здесь ее ждали? И именно сейчас? Да и вообще, как узнали, что она — это она? В шлеме фиг определишь…

Я усмехаюсь. Это точно. Он вот, например, не определил.

— Нам позвонили и сказали.

— С того же номера?